Там, где живет любовь - Светлана Алексеева

– Смотрите, Марина Леонидовна, больше так не поступайте! Завтра вам вручат повестку. Придете в Оболонское управление милиции, кабинет двадцать три.

– Хорошо, хорошо! – протараторила девушка, закрывая двери.

Вернувшись в комнату, Марина устало упала на диван. Что делать дальше, она не знала. Посвящать кого-то в тайны своей психики она не собиралась. Значит, теперь оставалось рассчитывать только на себя. Ну, не звонить же сейчас Сергею, слезно извиняясь за то, что на нее нашло затмение и она нечаянно позвонила в милицию, обвинив его в убийстве друга. Глупости! Но что же все-таки делать? Марина снова задумалась. Наверное, лучше его предупредить, рассказать правду. По крайней мере, это будет честно. А как ему поступать дальше, решит он сам.

Не теряя времени, девушка вытащила мобильный телефон и набрала номер Волошина. Но абонент не отвечал. Немного подождав, она позвонила еще. Но и в этот раз ответа не последовало. Из новенькой, сияющей золотыми отблесками трубки слышались длинные, протяжные гудки.

– Я чувствую: что-то случилось, – протянула Марина и тихо застонала.

Вытерев глаза, Марина дрожащей рукой нажала на следующий номер, отмеченный в телефонной книге.

– Слушаю, – довольно быстро отозвался приглушенный и какой-то неестественный голос водителя.

– Ростик, это Марина!

– Вижу, – коротко ответил парень и засопел в трубку.

– Я не могу дозвониться до Сергея. У него все в порядке? – тихо, предчувствуя беду, поинтересовалась она и резко замолчала.

На какое-то мгновение повисла пауза. Парень молчал. Молчала и Марина.

– Простите, я не могу сейчас говорить. Я позвоню позже, – чуть слышно ответил он и отсоединился.

Марина вздрогнула и опустила трубку. Какое-то страшное, тяжелое и очень реальное ощущение беды сковало грудь и перекрыло дыхание. По телу пробежал неприятный холодок. Опустив глаза, девушка тихо заплакала.

Глава 21

Чем ближе Волошин подходил к офису, тем неспокойнее становилось у него на душе. Опустив голову, он вошел в здание. Прямо перед ним на стене в массивной черной раме висел огромный портрет Ермакова. С радостным выражением лица и добродушной, немного лукавой улыбкой Валерка смотрел на него, как живой. Рядом на столе горела небольшая лампадка, окруженная множеством цветов, перевязанных жуткими траурными лентами. По спине Волошина пробежали мурашки.

– Братишка, – со стоном выдавил он и побежал наверх.

Тяжело дыша, как-то по-воровски заскочил в приемную и закрыл за собой дверь.

Дрожащими руками Сергей вытащил сигареты и, сделав глубокую, жадную затяжку, устало упал в кресло.

Усевшись за стол, Волошин первым делом открыл ящик, в котором лежали документы, связанные с поставкой рапса. Что-то в этой математике у него явно не сходилось. Не спеша, вчитываясь в каждый договор, он сверял его со счетами и банковскими платежками.

Вооружившись ручкой, Сергей вытащил белый лист бумаги и, как в старые студенческие времена, стал длинными, прямыми стрелками старательно вычерчивать схемы отработанных поставок. Если верить цифрам и бумаге, то разница между закупкой рапса и его отгрузкой на экспорт составляла три миллиона евро. Зачем Ермаков оплатил такое количество сырья? Да и поставщики зависшего рапса были Волошину незнакомы.

Встав из-за стола, Сергей вытащил сигареты, сделал глубокую затяжку и, меряя пространство огромными, нервными шагами, стал взволнованно ходить по кабинету. Он не верил в то, что Ермаков был способен на предательство. Искренний, добродушный Валерка, всегда готовый поделиться с ближним, не мог так поступить с друзьями. Ведь три миллиона евро зависли в каком-то небольшом сельхозпредприятии Тернопольской области, о котором они раньше никогда и не слышали.

А может, Ермаков просто ошибся? И поняв это, потребовал вернуть деньги? Может, за это его и «грохнули»?

От нахлынувших мыслей и напряжения голова буквально раскалывалась.

– Дим, зайди ко мне, – растерянно пробубнил Волошин. – По-моему, я что-то нашел.

Положив трубку, Сергей внимательно посмотрел на часы. Почему до сих пор не звонит Марина? Скоро двенадцать, она обещала долго не задерживаться.

Не успел он об этом подумать, как ожила трубка мобильного телефона. «Ростик», – высветилось на дисплее.

– Да! – выкрикнул Волошин.

– Шеф, у нас новые проблемы, – вырвалось из трубки.

– Что? Что случилось? Что-то с Мариной?

– Нет, с Мариной все хорошо. Надежде Петровне плохо. Вас… как это сказать… – взволнованно начал Ростик и замялся. – Вас ограбили! А может и не ограбили. Но бардак оставили исключительный!

– Что с мамой Надей?

– Сейчас все нормально. Она уже пришла в себя. Говорит, голова кружится и очень болит. Я только что заехал к вам домой, продукты завез. Смотрю, дверь открыта, в квартире погром, а Надежда Петровна на полу лежит. Она без сознания была. Я первым делом вызвал «скорую».

– Правильно! – с облегчением вздохнул Сергей. – Она уже что-то рассказала?

– Да, – овладев собой, успокоился парнишка, – сказала, что приходил молодой парень, курьер. Принес авиабилеты на ваше имя. Она, конечно же, ему открыла. А пока расписывалась о доставке, он брызнул ей чем-то в лицо.

– Понятно, – задумчиво протянул Волошин. – И куда я лечу?

– В Москву.

– Когда?

– Сегодня, в половине третьего.

– Понятно. Я сейчас буду. Нигде ничего не трогай, – быстро приказал Сергей и отсоединился.

Открыв сейф, Волошин вытащил пистолет, проверил обойму и аккуратно уложил его в кобуру. Все его движения были спокойными и размеренными. Эмоции отступили на задний план, уступив место здравому смыслу и прагматичному расчету. Он понимал: это война. С кем и за что, он пока не знал. Однако в том, что на карту поставлена жизнь дорогих и близких ему людей, а также его жизнь, он больше не сомневался.

Не успел Волошин подойти к двери, как та резко распахнулась и перед ним, чудом избежав неожиданного столкновения, застыл Корниенко.

– Серый, меня ограбили! – на одном дыхании выпалил Корней. – Галка вернулась из магазина – дома бардак, как после ядерной войны. Все перерыто, и Сэм на полу дохлый валяется.

– О-па! – воскликнул Волошин. – Меня тоже.

– Кошмар! – нервно выкрикнул Корниенко и устало упал в кресло. – Что нам делать? Я боюсь, что мы будем следующими!

– Дим, не каркай. Лучше бери «пушку» и дуй домой, успокой Галчонка. Об остальном поговорим потом. По-моему, нас тоже хотят убрать.

– Кто? – заорал Корниенко. – Кому мы мешаем, Серый?!

– Пойдем, – подтолкнув товарища к двери, приказал Волошин. – По дороге поговорим!