Пленники судьбы - Санта Монтефиоре

— Нет, — поспешил успокоить его Люк. — Она же замужем.

— А почему ты до сих пор ничего не рассказал мне об этом? Разве мы не закадычные друзья? — С трудом встав, профессор размял ноги.

— Конечно же, друзья. Просто, прежде чем поделиться с вами, я хотел посмотреть, как будут развиваться события.

— Она тоже такая же сочная, как спелый фрукт?

— Да она даст фору любому фрукту!

Карадок в знак одобрения кивнул головой и с чувством хлопнул Люка по спине.

— Обещаю не говорить никому ни слова, — сказал он и направился, прихрамывая, к карточному столу. — Кто-нибудь перед ужином хочет сыграть партию в бридж?

Однако времени на бридж явно не было, поскольку Коко и Джуно устроили представление. Они танцевали балет на террасе, нарядившись в соответствующие балетные костюмы, которые специально для них пошила Вентура. За просмотр этого действа каждый должен был заплатить один евро. На сиденьях лежала красочно иллюстрированная программка, составленная самими девочками под руководством их бабушки. Под бурные аплодисменты и одобрительный свист Карадока девочки выделывали пируэты и кружились в такт музыке из балета «Петя и Волк».

Как только Люк освободился, поужинав вместе со всеми в замке, он сразу же поехал в тратторию повидать Козиму.

— Ты сможешь поехать со мной?

— Сегодня здесь не слишком оживленно. Я только скажу отцу, что ухожу. — Она исчезла в ресторане и через несколько минут появилась в кардигане, накинутом на плечи.

— А у меня для тебя кое-что есть, — сказал Люк. — Маленький презент. Он лежит в багажнике машины. — Он повел Козиму к тому месту на площади, где припарковал автомобиль.

— А что это — неужели щенок?

— Лучше.

Когда крышка багажника открылась, Козима увидела корзинку, полностью заполненную лимонами.

— О Люк! Да они просто прелесть! — Она взяла один и поднесла его к носу. — Они из фермы «ла Мармелла»!

— Так ты действительно можешь их различать?

— Лучше их не сыскать на всем белом свете. Спасибо! — Она обвила его шею руками.

— Если твоя реакция и впредь будет такой же, то я готов покупать тебе лимоны хоть каждый день.

— Тогда и я буду ежедневно награждать тебя вот таким поцелуем. — С этими словами Козима прильнула к его губам. — Это самый лучший подарок, который ты когда-нибудь мог мне преподнести.

Люк опустил крышку багажника.

— Куда бы ты хотела поехать?

— Пусть выбор будет за тобой.

— О’кей, тогда давай отправимся во флигель возле замка. Я хочу показать его тебе.

Она зарделась.

— Любовное гнездышко маркиза?

— Совершенно верно.

— Я однажды ходила туда вместе с Юджином, когда замок еще лежал в руинах. Эта постройка прекрасно сохранилась.

— Моя мать решила ничего там не менять.

— Что ж, отведи меня туда поскорее. Я с удовольствием посмотрю на нее снова.

Люк уже пошел к машине, чтобы открыть заднюю дверцу, но Козима взяла его за руку.

— Не надо. Я знаю лучший способ добраться туда, — потайную тропинку, ведущую вверх по утесам. Мне не хочется в такую прекрасную ночь сидеть в машине.

Она повела его вдоль набережной к уединенному пляжу, покрытому галькой. В дальнем конце виднелась маленькая, покрытая травой тропа, которая змеилась вверх по склону. Уже совсем стемнело, но луна была достаточно яркой и хорошо освещала им путь. В кустах трещали сверчки. Саламандра стремглав бросилась через дорогу и, затаившись в траве, терпеливо ждала, пока они пройдут. Влюбленные шли медленно, разговаривая о пустяках, наслаждаясь романтикой ночи и своей тайной прогулкой.

Наконец они подошли к флигелю. Люк был поражен тем, насколько легко было попасть во владения замка, и задавался вопросом: а что, если таинственный гость пользуется этим же путем.

Повернув ключ в замке, Люк медленно открыл дверь, почему-то уверенный в том, что обнаружит кого-нибудь внутри. Однако в комнате, слава Богу, было пусто. Пошарив в кармане, он нашел зажигалку и зажег лампу на туалетном столике. В маленькой комнатке было тепло, приятно пахло лесом.

Закрыв дверь на замок, Люк наблюдал, как Козима бродит по комнате, внимательно рассматривая каждую деталь. Ее волнение постепенно росло.

— Да это настоящий эротический рай, — прошептала она. — Чего стоят книги, картины, не говоря уже о статуе… — Она провела пальцами по мраморному изваянию, на мгновение задержавшись на соблазнительном изгибе бедра. — Может, маркиз и был убийцей, но он знал толк в эротике.

— И обладал прекрасным вкусом.

Козима взяла первую попавшуюся книгу, стоящую на полке.

— «Казанова», — смеясь, сказала она, взглянув на корешок, и, открыв наугад страницу, начала громко читать: — «При этом она, сняв с себя шляпку, позволила волосам свободно упасть на плечи, а затем, расстегнув корсет и высвободив руки из платья, предстала пред моим изумленным взором, словно ожившая сирена с красивейшего полотна Антонио Корреджо. Увидев, что она подвинулась, дабы предоставить и мне место, я понял, что время рассуждений миновало и что любовь подсказывает, чтобы я ловил момент».

— Любовь подсказывает, чтобы и я тоже ловил момент, — сказал Люк, приближаясь к Козиме.

Она положила книгу и намеренно пошла к кровати, дразня его чувственным покачиванием бедер, но не позволяя себя обнять, словно хотела, чтобы он немного помучился в ожидании.

— Мне кажется, Валентина провела здесь много счастливых часов, — задумчиво сказала Козима, скользя пальцами по шторам, которые свисали со столбиков. — Интересно, он построил этот домик для нее?

— Мне известна история о мужчине, который, влюбившись в актрису, построил ей целый театр.

— Какая прелесть! А что бы ты сделал ради меня?

— Я подарил бы тебе лимоновую рощу.

Она обернулась, посмотрев ему прямо в глаза.

— А ведь это не так уж и дорого, верно?

— Ну, по крайней мере, это дешевле, чем бриллианты и меха.

— А что бы я сделала для тебя? — Обвив его шею руками, Козима внимательно посмотрела на него, и Люк увидел в ее глазах откровенное желание.

— Хороший вопрос.

— Как насчет ресторана с названием «У Люка»?

Засмеявшись, он приблизился к ней, так что их носы почти соприкоснулись.

— И что бы ты для меня там стряпала?

— Торт, — ответила она.

— Ты сама пахнешь лимонным тортом.

— Ну так съешь меня, Люк.

Ему больше не нужно было слов. Он впивал в себя каждое мгновение близости с этой прекрасной женщиной, наслаждаясь ее прелестью и боясь упустить даже самую незначительную деталь. Он целовал ее шею, скользя губами по коже и ощущая при этом, как под рукой трепещет ее горячее тело, вздрагивающее от каждого его прикосновения. Люк осыпал поцелуями ее шею, щеки, виски и лоб, а потом впивался губами в ее уста, словно желая с помощью поцелуя познать тайну этой удивительной женщины. Козима расстегнула его рубашку, скользнув руками по груди и сильным мускулам живота. Потом спустила кардиган со своих плеч вместе с бретельками платья, и Люк стал водить пальцами по гладкой нежной коже ее декольте. Платье скользнуло вниз по ее чувственной фигуре, опустившись у ног шелковым островком. Теперь Козима стояла перед ним, робко улыбаясь. На ней не было ничего, кроме черных атласных трусиков, украшенных кружевами. У Люка перехватило дыхание при виде ее соблазнительного тела, освещенного золотистым пламенем свечи. Ее кожа была смуглой, атласной, живот был мягко округлен, а бедра крепкие, красивой формы. Не в силах больше сдерживаться, он подвел Козиму к кровати и уложил поверх одеяла. Опустившись на матрас, она вытянулась на постели, как красивая кошка. Сбросив рубашку, Люк лег рядом с ней, наслаждаясь теплом ее тела на своей груди. Он покрыл поцелуями ложбинку между грудей, спускаясь все ниже к животу, по которому от прикосновения мужских губ пробегала мелкая дрожь. Козима тихонько засмеялась и потянула его вверх, желая снова ощутить вкус мужских губ на своих устах, и, быстро справившись с пуговицей его джинсов, расстегнула змейку.