Пленники судьбы - Санта Монтефиоре

— Чудеса не поддаются объяснению.

— Так же, как и волшебство.

Люк отрицательно покачал головой.

— Существует огромнейшая разница между чудесами и волшебством. Ну да ладно. Лучше скажи мне, Стефания Кейт, сколько рассчитывающих на твою симпатию молодых парней ты оставила в Йоркшире?

Роза спускалась по склону холма, направляясь в город. Последнее время она чувствовала постоянное раздражение. Чем больше Козима смеялась, тем сердитее становилась Роза. Как вообще можно было так внезапно измениться? Такую метаморфозу можно объяснить только тем, что все ее предыдущие страдания были лишь блефом, этаким пассивно-агрессивным способом привлечь к себе внимание. Альба не соглашалась и бранила свою родную дочь за то, что та смела говорить о сестре подобные вещи. Она защищала свою племянницу со свирепостью тигрицы. По ее мнению, Козима нуждалась в катализаторе, который ускорил бы ее выход из затянувшейся депрессии. Ее неудавшаяся попытка самоубийства лишь показала, насколько сильно она хочет жить. А Люку удалось убедить ее, что для нее еще не все потеряно и что она может снова чувствовать себя привлекательной и способной на любовь к мужчине. Не оставалось ни капли сомнения, что он очень сильно волновал Козиму, однако Роза не могла и не хотела верить в то, что Люк мог ответить на ее чувства.

Подойдя к траттории, она увидела, что он сидит там в своих темных очках, небесно-голубой рубашке, и его обаяние опять ударило ей в голову, словно вино. Он смеялся, болтая с какой-то очень юной особой, которую ей никогда не приходилось здесь видеть раньше. Ярость Розы немного утихла. Если бы он был влюблен в Козиму, то не заигрывал бы вот так, в открытую, с другой женщиной.

Когда Роза вошла на террасу, Люк помахал ей рукой, отчего сердце девушки бешено забилось, готовое выскочить из груди. Она заметила, как он с выражением явного одобрения пробежал глазами по красному топу, обтягивающему ее грудь, и облегающим голубым джинсам, задержав взгляд на ее красивых ярко-красных ноготках, выглядывающих из сандалий на высоких каблуках.

— Как ты умудряешься ходить на таких каблучищах? — спросил он.

— Долгие годы тренировок, — ответила Роза, с кокетливым видом принимая соблазнительную позу. — Мои ноги не созданы для туфель на плоской подошве. — Она повернулась к его спутнице, явно ожидая, что он их представит.

— Познакомься с моей старой знакомой Стефанией. Она приехала из Англии.

Роза тепло заулыбалась, пожимая ей руку.

— Приятно познакомиться с подругой Люка. Сейчас Люк и мой хороший друг! — Она присела, не дожидаясь приглашения. — Ну и как ваши дела?

— Хорошо, — сказал Люк. — Мама хлопочет, ожидая приезд журналистки из «Санди таймз».

— Скажи ей, что она всегда может обратиться ко мне. Если ей любопытно узнать правду об Инкантеларии и всех убийствах и скандалах, которые здесь произошли, я в полном объеме располагаю интересующей ее информацией. Я до сих пор храню все газетные вырезки, которые имеют какое-либо отношение к убийству моей бабушки.

— Не боишься, что мать поколотит тебя за то, что ты сплетничаешь?

— Не сплетничаю, Люк, а излагаю факты. И они больше ни для кого не секрет. Каждый, кто жил здесь в то далекое время, знает, что тогда случилось. Моя семья пробовала сохранить все в тайне, но разве это было возможно? Люди трепали языками, а журналисты все подробно записывали. К тому же Валентина моя бабушка и я имею полное право делать все, что захочу, с той информацией, которая мне известна. Кроме того, вся эта история — дела давно минувших дней, и она поистине стала легендой. Так что моей маме пора бы уже успокоиться, как это сделал мой отец, и позволить каждому насладиться чтением отличного повествования!

— Ваш отец знаменитый Панфило, — произнесла Стефания. — Надеюсь, мне выпадет случай познакомиться с ним.

— А вы здесь ненадолго? — спросила Роза, делая вид, что очень огорчена. — Какая жалость! Мой отец — удивительнейший человек. Он способен нравиться каждому. Я собираюсь прийти с ним на фотосессию, — сказала она, обращаясь к Люку. — Я бы очень хотела увидеть замок. С тех пор как я была там в последний раз, прошло довольно много времени.

— Флигель — единственное строение, которое ты узнаешь.

— Флигель. — Глаза Розы загорелись. — Это тайное любовное гнездышко маркиза. От этого места веет волшебством.

Люк вдруг подумал о Козиме.

— С этим утверждением, Роза, я вынужден полностью согласиться.

Он очень расстроился, что Козима не появилась в траттории, хотя не очень удивился ее отсутствию. Он ведь пообещал ей пощадить чувства Розы, поэтому встречаться в ресторане их семьи было крайне неловко. Но они все же договорились вновь поужинать вместе сегодня вечером. После чего Люк рассчитывал отвезти Козиму в домик маркиза. Дни проходили за днями, но никто не находил новых улик, указывающих на проникновение загадочной незнакомки во флигель. Поэтому Люк был почти уверен, что их таинственная девочка из сказки о медведях исчезла навсегда, наверняка решив спать в каком-нибудь другом месте или же не на шутку испугавшись столь неожиданной решимости хозяев поймать ее.

После ленча в замке Коко и Джуно сказали «до свидания» своим дедушке и бабушке, которые нежно обняли их на прощанье.

— Вы же приедете к нам снова, мои милые внученьки? — приговаривала Ромина, не в силах сдержать слез. — Я уже так привыкла к вашим звенящим голосам, доносящимся из бассейна. Я буду ужасно скучать по вас.

Билл легонько похлопал по их маленьким головкам, словно они были собачками, но его взгляд был полон безграничной нежности и любви.

— К тому времени как вы вернетесь, я уже закончу грот, — с гордостью сказал он.

Коко старалась выглядеть заинтересованной, хотя она вряд ли догадывалась, что этот грот из себя представлял.

— Я буду скучать по Гриди, — сказал Карадок, поглаживая гусеницу.

— Его нельзя трогать! — закричала Джуно, убирая игрушку и прижимая ее к себе.

— Развод ужасная вещь, — сказал Ромина, наблюдая, как девочки уходят.

— Все же это лучше, чем прогнивший брак, — произнес Карадок. — Наполненный ненастьем, бесконечными ссорами, неопределенностью… Несмотря ни на что, дети обласканы обоими родителями и им не нужно с ужасом наблюдать, как два человека, которых они любят больше всего на свете, без конца ссорятся друг с другом.

— Но теперь я вряд ли когда-нибудь увижу их.

— Ты теперь еще чаще сможешь видеться с ними, помяни мое слово. Посмотри на своего сына. Когда они приехали сюда, он не знал, с какой стороны к ним подойти, а сейчас полюбуйся, какой он заботливый папаша. Девочки обязательно вернутся.