Ночь богонгов и двадцать три пули - Андрей Бондаренко

— Звоня — мужским голосом?

— За кого ты меня принимаешь, отроковица? — обиделся Амвросий. — За лоха чилийского? За штатского недотёпу, пороха не нюхавшего? Девушка, медведи белоснежные, управляет мотодельтапланом. Она же, опытного байкера изображая из себя, и на мотоцикле будет кататься…. Ещё о чём-то хочешь спросить?

— А как же мои папа и мама? Волнуются, ведь…

— Уже, поверь, не волнуются. С ними связались и всё обрисовали — в успокаивающих акварельных красках. Всё? Ну, только чёткие реалии сегодняшнего дня, имеющие место быть. То есть, только факты…. Перспективы будущего? Они же туманны, как я понимаю…. Вот, каковы твои ближайшие планы, юная красотка? Что можешь поведать о них? Хотя, с ближайшими, как раз, всё понятно.…А, извини, планы долгосрочные? Стратегические, так сказать? Молчишь?

— Я сама толком не знаю, — помолчав, призналась Алина. — Так, только смутные намётки. В том смысле, что существует несколько дельных вариантов. Пока ещё не выбрала — окончательного.

— Вот, и я, собственно, о том же самом толкую…. Всё, заканчиваем со слюнявой гражданской лирикой. Переходим к насущным, то бишь, военно-бытовым вопросам…. Большую часть своей инопланетной банды на меня, отроковица, планируешь сбросить? Мол, присмотрите, дяденька, за неразумными чадами на время короткое? Мол, разгребёмся с текущими заморочками и, ей-ей, заберём? Мол, туристы космические, они мирные и тихие, никаких — даже малейших — хлопот не доставят? Правильно я понимаю суть текущего момента?

— Правильно, отче. Оставляю на ваше попечение. Тихие, мирные и беззащитные. Присмотрите за ними, пожалуйста. Заберём — при первой же возможности…

— Верю, — пророкотал старик. — Тебе, курносая отроковица, верю. Всё сделаю. В рамках желаний своих искренних и сил скудных. В меру скудных, ясен пень.…Теперь о конкретных вещах. Кто пойдёт с тобой?

— Ещё трое. Девушка и двое юношей. Оптимальный состав. Проверенные ребята. Как я понимаю.

— Тебе, зеленоглазка рыженькая, видней. Спорить не буду…. Когда вы должны прибыть в Мельбурн?

— Послезавтра утром. Опаздывать не велено.

— Велено. Не велено. Детский сад какой-то, право слово…

— Наметились трудности? — предположила девушка.

— Есть такое дело, отрицать не буду. Половина штата оцеплена спецназом. По дорогам и просёлкам целенаправленно бродят вооружённые патрули. Профессиональные засады — в местах вашего возможного появления — расставлены. А главное заключается в том, что спецслужбы взяли под бдительный и неусыпный контроль все переправы через реку Дарлинг. Да и полицейские катера снуют — практически без отдыха — по широким речным просторам. Как можно добраться до Мельбурна, не форсировав Дарлинга?

— Намекаете на то, что надо переждать в Алексеевке неделю-другую? Мол, так будет безопаснее?

— Ни на что я не намекаю, — недовольно хмыкнул Амвросий. — Возраст уже не тот, чтобы с девушками играть в намёки и глазки — им же, юным прелестницам — строить…. Смотри, отроковица, на карту. Это — асфальтовая дорога, по которой вы добрались до поворота на нашу Алексеевку. Едете по ней в прежнем направлении, то бишь, на восток. Через тридцать пять километров, возле приметного красно-белого валуна, свернёте направо, на просёлок. Следуйте по нему до перекидного моста через бойкий ручеёк. Там вас будет ждать одна шустрая молодая особа, лет на восемь-десять постарше тебя. Зовут — «Варварой». Откликается также и на — «Варю». Она вас, путников беспокойных, и переправит через Дарлинг. Как переправит? На чём? Не знаю. Наверное, как получится…

— Только переправит через реку? — уточнила Аль. — А дальше?

— Варюша у нас девушка суровая, гордая и свободолюбивая. Хотя…. Попроси её, отроковица, о дополнительной помощи. Мол: — «Добрая тётенька, не бросайте беззащитных малолеток на произвол судьбы. Доведите, пожалуйста, до славного города Мельбурна. Укажите кратчайшую и безопасную дороженьку. Будьте такими добренькими. И вам это потом зачтётся. На Небесах бескрайних, ясный дубовый пенёк…». Глядишь, Варечка и смилостивится. Если, конечно, не взбрыкнёт. С неё, чертовки непредсказуемой, станется.

— Какой пароль предусмотрен при встрече? Отзыв?

— Это ты, Наумова, фильмов голливудских насмотрелась, — в очередной раз усмехнулся старик. — Пароли-отзывы отменяются. Варя будет одета в русский старообрядческий летний сарафан. Не ошибётесь. А вас она узнает по «алексеевской» машине. Выделю, так и быть, дельное авто. Не на грузовичке же, известном всему служивому люду, вам, бедолагам, рассекать по вечнозелёным просторам Австралии.

— Во сколько завтра мы встречаемся с Варварой?

— В районе трёх часов пополудни.

— Почему так поздно? — насторожилась Алина.

— Потому, что так надо. С утра я лично — самым тщательным образом — загримирую всех четверых…

— Э-э-э?

— Чему ты удивляешься, дочь моего боевого товарища? — в голосе Амвросия послышались мягкие отеческие нотки. — Фотографии с твоим милым веснушчатым личиком, сто пудов, уже розданы всем полицейским и спецназовцам. Да и внешность твоих подельников чересчур однообразно-узнаваемая. Надо, милочка, гримироваться. Надо. Причём, в обязательном порядке…

— Надо, значит, надо.

— Молодец, послушная и правильная девочка. Далеко пойдёшь…. А после наложения грима отец Фёдор вас сфотографирует. Потом и грамотные документы выправит…. Верно я говорю?

— И сфотографирую. И приличные документы выдам, — заверил трескучий фальцет. — Не вопрос. Учили в своё время.

— Заранее — спасибо, — поблагодарила Аль.

— Всегда — пожалуйста. Заходите на огонёк, ежели что, барышня…

— Отставить пикировку! — велел старик. — Совещание окончено. Разбегаемся по спальным местам…. Фёдор.

— Я!

— Прекращай орать, морда «вэдэвэшная». Не на воинском плацу, чай.

— Есть, не орать.

— То-то же…. Отведи отроковицу в деревенский гараж. Познакомь с автомобилем. Старенький он, Алина Сергеевна. Не обессудь, солнышко ясное, но другого нет. Старенький и капризный. Фёдор тебе расскажет и покажет — как и что. Когда — нажимать. Куда — нажимать. При каких условиях — никуда не нажимать…. Всё, друзья мои верные, люди Божьи. Спокойной вам ночи.

— Спокойной ночи, отче…

Всё стихло. Через минуту с хвостиком негромко хлопнула входная церковная дверь.

«Ну, и где этот Хавьер Эрнандес? Мачо недоделанный?», — возмутился нетерпеливый внутренний голос. — «Пора сваливать из деревни и готовиться к завтрашним мероприятиям, а его, сыщика самовлюблённого, где-то черти носят…. А я тебе, Исидушка, много раз говорил, мол: — „Не наша это партия. Не наша. Скучен больно. А ещё необязателен и скрытен. Что тебе, красавице и знаменитой актрисе, стоит найти нормального кабальеро? Положительного, мускулистого и богатого? Только свисни — толпы лощёных красавчиков, торопливо оттесняя друг друга широченными плечами, сбегутся. На фига нам сдался этот субтильный смуглолицый ворчун? На фига, я тебя спрашиваю?“».