Ночь богонгов и двадцать три пули - Андрей Бондаренко

«Отправилась на прогулку»? Ну, да, на прогулку. Безо всякой задней мысли и скрытого подтекста. Искать следы того, кто застрелил криминального чилийца Диего Форлана? Не было такой нужды. Танго и так прекрасно знала, кто напичкал свинцом этого бесстыжего пса, долгие годы нелегально торговавшего промышленными партиями оружия. Заняться наведением справок о житье-бытье русской общины, проживающей в Мельбурне? Установить слежку-наблюдение за её наиболее подозрительными и одиозными представителями? Должностные инструкции, зачитанные генералом накануне командировки в Австралию, строго-настрого запрещали это делать. Мол: — «Каждый сотрудник должен заниматься выполнением своего персонального и ответственного задания. А за бывшими гражданами России приглядывают — старательно и комплексно — ребятишки из параллельного ведомства…». Поэтому и прогулка носила чисто ознакомительный характер, без каких-либо серьёзных планов — осмотреть городские достопримечательности, окунуться в бесшабашную туристическую атмосферу, посетить модные бутики и магазинчики, приобрести пару-тройку местных сувениров…

Танго села в симпатичный красно-розовый трамвай, на выпуклом боку которого — крупными изумрудными буквами — значилось: — «Круговой бесплатный маршрут! Мечта любого туриста!».

Она, приспособив увесистую сумку на коленях, заняла свободное сиденье рядом с открытым окном.

Трамвайчик, чуть заметно вздрогнув, тронулся. Молодой гид-экскурсовод, сидящий возле кабины вагоновожатого на высоком постаменте-помосте, лицом к пассажирам, принялся монотонно вещать бесконечно-бодрым голосом:

— Трамвайная сеть в Мельбурне является третьей по протяжённости в мире. А если забыть про старушку-Европу, то и самой длинной. Трамвай в нашем городе — это не только средство передвижения, но и знаковый элемент культурно-бытового наследия, и важнейшая туристическая достопримечательность…. Посмотрите, пожалуйста, направо. Перед вами, дамы и господа, здание Национальной Галереи. За ним, чуть дальше, находится наш знаменитый Ботанический сад…. А вон ту улицу принято называть — «Маленькой Италией». Даже привередливые жители Рима признают, что кухня в ресторанчиках, расположенных на этой скромной улочке, является самой «итальянской» в Мире…. Внимание, прекрасные девушки и женщины! Слева вы можете наблюдать настоящий архитектурный шедевр, возведённый из стекла и бетона. Это легендарный «Маерс» — самый большой торговый центр Южного полушария. Здесь бутики и модные магазины занимают целых четыре квартала…

— Остановите! — тут же зазвучали взволнованные женские голоса. — Срочно! Пожалуйста!

Трамвай остановился, в дверях тут же образовалась лёгкая сутолока, постепенно перерастающая в классическую давку. Танго, благоразумно решив, что посетит «Маерс» на следующем трамвайном кольце, принялась рассеянно наблюдать — через раскрытое окошко — за городской повседневной жизнью.

В этом месте рядом с «Круговым» пролегали — на коротком отрезке — рельсы другого маршрута, по которым катил…

«Трамвай-ресторан?», — непонимающе передёрнув плечами, предположила Танго. — «Очень похоже на то. Длинная платформа, огороженная аккуратным метровым „заборчиком“. Вместо крыши наличествует нарядный цветастый тент, призванный защищать почтенных клиентов от внезапного дождя. Квадратные столики с белоснежными скатертями. Стильные столовые приборы, включая высокие хрустальные бокалы и серебряные вилки-ложки-ножи. Парочка лощёных официантов важно шествуют между столами…. Да, форменное и безобразное пижонство. Барство самое натуральное и махровое. С жиру, не иначе, бесятся капризные богатеи…. Хм, пожилой дяденька потребляет — под белое сухое вино — австралийских устриц. Знакомое лицо. Определённо, знакомое. Обширные залысины на массивной голове. Лёгкая еврейская щетина. Длинный вислый нос. Тёмные равнодушные глаза. Брезгливые, чуть ленивые движения…. Блин горелый! Это же…».

— Подождите, я тоже выхожу! — она, набросив на плечо ремешок сумки, решительно поднялась на ноги. — Подождите!

Дверцы, тем временем, уже закрылись, и трамвайчик, чуть заметно вздрогнув, плавно тронулся с места.

— Вы опоздали, миледи, — грустно улыбнулся экскурсовод. — Мне очень жаль. Инструкции. Придётся повременить с выходом до следующей остановки.

— Остановите вашу колымагу! — демонстрируя полицейский жетон, вынутый из кармана фисташкового пиджака, велела Танго. — Немедленно! Не сметь — препятствовать проведению важной операции! Федеральный закон номер 52/12 от 1994-го года. Мера ответственности — вплоть до пяти лет лишения свободы…

Лысоватый мужчина, с аппетитом поглощавший в передвижной закусочной свежайших тихоокеанских устриц, был ни кто иной, как Борис Абрамович Березовский, собственной персоной. Опальный российский олигарх, матёрый политический интриган, серый кардинал финансового мира и всё такое прочее…

— Что, спрашивается, делает в Мельбурне этот хитрый и беспринципный шакал? Внебрачный сын поддельных аккредитивов и рейдерских захватов, образно выражаясь? — покинув гостеприимный трамвай, тихонько пробормотала Танго. — Он же, как принято считать, никогда не покидает комфортных и безопасных берегов туманного Альбиона. Мол, слишком много врагов, которые и пристрелить могут, и похищение организовать. Причём, с огромным удовольствием…. Знать, у Абрамыча образовался здесь серьёзный денежный интерес. Надо бы генерала, чисто на всякий случай, поставить в известность. Мало ли что…

Она поймала такси и велела водителю:

— Следуем вон за тем рестораном на колёсах. Едем медленно, не приближаясь и соблюдая разумную дистанцию.

— Вас понял, мэм, — заверил таксист. — Обычное дело. Следим за коварным и ветреным кавалером?

— Можно и так сказать, — согласилась Танго. — Следим. За кавалером. За очень коварным и ушлым — до полного офигения…

Через некоторое время они оказались в тихом фешенебельном районе. Широкие и узкие улицы утопали в тенистой зелени. Из-за элегантных оград — высокохудожественной ковки — напыщенно выглядывали остроконечные крыши солидных особняков, напоминавших средневековые замки. Вдоль обочин, облицованных бело-розовым мрамором, красовались шикарные автомобили самых престижных и дорогих марок.

Трамвай-ресторан остановился.

— Зоопарк, — своевременно затормозив, объявил шофёр.

Невысокий господин в тёмном костюме, небрежно опираясь на элегантную трость, неторопливо зашагал от трамвая к широко-распахнутым двухстворчатым воротам.

— Приехали, — заинтересованно хмыкнула Танго. — Спасибо, что подвезли. Пойду, полюбуюсь на здешних зверюшек…