Тёмные дни (СИ) - Михайлова Екатерина

Джар сел по другую сторону от Корта. Они с Ютой незаметно переглянулись. Хранитель прокашлялся:

— Итак, как наши дела? По твоему мнению, мы приближаемся к цели?

Корт взглянул на Джара со странным выражением. Но быстро отвернулся и лишь пожал плечами.

— Ты думаешь, выбранное тобой направление верно? — спросила Юта у Корта, но отчего-то снова посмотрела на Джара.

Корт помедлил.

— Думаю, да. В любом случае, иных мыслей по поводу «Дитя в колыбели» у меня нет. Если это не отсылка к мифологии атлургов, то я не знаю, что. Один из героев древности по преданию был взращен стихиями — ветром, солнцем и песчаной бурей. Они нашли его в колыбели на востоке. А когда этот герой вырос, то «победил змеебога силой первого народа». Но разве первым народом на планете не были Дети Канора? И откуда у этого героя их сила, если он сам не являлся одним из них?

— «Посчитай: семь, восемь, девять —

Качает ветер дитя в колыбели», — пробомотала Юта. — Это кажется логичным. Но что насчёт других подсказок? У тебя есть идеи, куда нам двигаться дальше?

Корт искоса глянул на Юту и долго молчал. Так долго, что она решила: он снова отмолчится. Но Корт медленно ответил:

— Есть. Но пока я до конца не уверен.

— Почему ты не расскажешь нам? — Юта наклонилась к мужчине, пытаясь заглянуть в лицо, но Корт отвернулся, сделав вид, будто не заметил.

— Корт, куда мы идём? — прямо спросил Хранитель. — Почему ты держишь нас в неведении? Ничего не рассказываешь? Разве мы не на твоей стороне? Разве не доказали свою преданность?

Ругат снова бросил на Джара неопределённый взгляд. Он поднялся на ноги и повернулся в сторону скрывшегося за планетой Тауриса. Он хмурился, но по-прежнему молчал.

— Что ты скрываешь от нас? — переняла эстафету вопросов Юта. — Почему не поделишься своими переживаниями? Почему не расскажешь, если что-то не так? — Юта давила на Корта так, как умела только она. Своим нежным беспокойством заставляя его самого желать раскрыться ей.

— Почему, да почему, — вскипел Корт. Потом немного помолчал. — Да потому… — Он со злостью пнул песок под ногами, — что последнюю неделю мы ходим кругами.

Он шумно выдохнул и рухнул на песок, словно сдувшийся шарик.

Юта ошалело посмотрела на Джара, как бы ища в нём ответа на свои вопросы. Хранитель хмурился и двигал кустистыми бровями. Через нескольуо минут он осторожно спросил:

— Это потому, что ты не знаешь, куда нам идти дальше?

Корт снова вздохнул и запустил пальцы в песок. Теперь он сидел к Джару и Юте лицом, и девушка могла видеть его выражение. Несмотря не её опасения, Корт не выглядел отчаявшимся или бессильным. Скорее, раздражённым и нетерпеливым. Он поднял горсть песка и позволил ему ссыпаться сквозь пальцы. Затем снова посмотрел на небо.

— Мы ходим кругами, потому что я жду заката.

После этих слов Юту словно прошибло током. Как она раньше не догадалась?! Это же очевидно!

— «Кто считает: раз, два, три –

В закатном пламени гори», — снова процитировала девушка строки пророчества.

Джар по-прежнему смотрел непонимающе. Он переводил взгляд с Корта на Юту и обратно.

— На Нибелии нет закатов, потому что солнца никогда не заходят за горизонт, — поспешно начала объяснять Юта. — Но, согласно пророчеству, они оба исчезнут за Ассаимом. Что, если тогда мы увидим что-то вроде заката?

Юта вопросительно посмотрела на Корта, ожидая подтверждения своей догадки. Ругат удовлетворённо кивнул. Он был похож на учителя, довольного ответом любимой ученицы.

— Но мы не увидим его, пока Таурис полностью не скроется за Ассаимом. Думаю, планета должна ещё вырасти. И когда между ней и землёй останется лишь небольшая полоса неба, тогда лучи Тауриса преломятся, подобно лучам заходящего солнца. Тогда мы и увидим «закат».

Потрясённые, лиатрасцы молчали. Теперь Юта и Джар смотрели на тёмный диск Ассаима.

— Постойте… — вдруг встрепенулся Корт и подозрительно уставился на Юту и её Хранителя, — вы двое… Вы что, сговорились, чтобы заставить меня рассказать это? Специально припёрли меня сейчас к стенке?

— Знаете, у меня там дела с лиатрасцами… Ну, такие … важные. — Юта поспешно встала, избегая взгляда Корта. — Так что мне пора.

И жрица скрылась за ближайшим барханом так быстро, что пыль не успела осесть.

Джар тоже начал подниматься и открыл было рот.

— Ну уж нет. Ты так просто не отделаешься, — заявил Корт и принялся рыться в рюкзаке. Он выудил неопрятную стопку карт, которые в разное время начертил сам. А также кучу разных бумажек с написанными на них координатами и неразборчивыми пометками. — Мне давно надо навести в них порядок. — И ехидно улыбнувшись, добавил: — И ты мне сейчас в этом поможешь.

***

По правую руку от Корта стояли Юта и Джар. По левую — Уги, Дар и Гадрим. Они забрались на самый высокий бархан, какой смогли найти, чтобы увидеть ещё одну веху на пути конца планеты.

Юта ахнула и невольно схватилась за кулон, снова висевший на шее. Атлурги хмурились. Корт молчал.

Последние лучи заходящего за Ассаим Тауриса окрашивали пустыню в золотой, алый и киноварь. Песок под ногами будто горел. Всё вокруг стало розовым и бронзовым. Кусочек неба на востоке взрывался пурпуром и фуксией с нотками янтаря. Цвета остывающей заготовки на наковальне переходили в цвета догорающих углей. Конец Милосердных Братьев был прекрасен.

Агония света была величественным и одновременно устрашающим зрелищем. Многотысячная толпа атлургов и лиатрасцев застыла в изумлении и страхе. Многие атлурги взывали к богам, причитали. Некоторые плакали. Когда бессильный Таурис протянул тонкие пальцы последних лучей к людям, Корт неосознанно вытянул навстречу руку. Хотел ли он коснуться солнечного луча? попрощаться? Когда в один миг свет померк, Корт сжал протянутую руку в кулак.

Уги упал на колени. Плач, доносившийся из лагеря, усилился. Небо быстро темнело, теряя последние оттенки золота и пурпура. Пустыня погружалась во тьму.

— Поднимайте людей, — скомандовал Корт внезапно охрипшим голосом. — Идём на восток.

Сумерки сгущались с каждой минутой. Атлурги по одному спускались вниз, к людям, чтобы выполнить поручение Корта. Последним, скользя по песку, ушёл Джар.

Только Юта по-прежнему стояла рядом, вглядываясь в опускающуюся на мир тьму. Корт не двигался. Ему некуда было торопиться. У него было время до тех пор, пока атлурги поднимут караван. Словно заворожённый, он продолжал смотреть туда, где только что исчезла за планетой последняя звезда Нибелии. Конец мира приближался. Впереди ждали только мрак и смерть.

В окутавшей мир бурой мгле, Корт ощутил в руке тепло маленькой ладошки.

Глава 13. Последняя подсказка

Корт натянул полог под углом сорок пять градусов. Вырыл под ним углубление, а из вынутого песка соорудил подобие защитного вала. Таким образом, его стоянка оказалась спрятана от ветра.

Корт сел, скрестив ноги, вытащил из рюкзака полбанки консервированной кукурузы и сухарь. Это была его первая трапеза за день.

Еду ещё вчера принесла Юта. Она знала, что у Корта нет времени охотиться, чтобы добывать себе пропитание. Последние дни Юта часто тайком носила Корту еду из оставшихся запасов лиатрасцев. Сперва Корт возмущался и спорил. Но Юта быстро осадила его, сказав, что если Корт умрёт от голода в дороге, то и те несколько тысяч человек, что он ведёт за собой, не выживут. Корт проглотил свою гордость и стал брать у жрицы еду.

Пока Корт бездумно жевал, глядя в пространство перед собой, ветер беспрестанно бил и трепал полог. Песчинки шуршали о ткань с таким звуком, будто голодный зверь скрёбся, просился к человеку в дом.

Это началось после первого заката. Одним утром, когда люди были в пути, внезапно поднялся ветер. Сперва слабый, он креп с каждым днём. Поднимал в воздух столбы песка, бросал горсти людям в лицо, забивал одежду. Это осложняло движение, но останавливаться было нельзя. Корт велел каждому путнику соорудить повязки, закрывающие лицо, в особенности рот и нос. И они продолжили путь.