Лед и пламень - Ольга Романовская

– Видите, как дорого обошелся мне сын? Я говорю о нем потому, что не отрекался. Стоило бы, но пока я не вычеркнул его из списков рода. Моя супруга придерживается другой позиции, и я не желаю ссориться с ней по сомнительному поводу. Брак мне дорог, миледи.

У меня перехватило дыхание от возмущения. Да что это за семьи, что за уродливые отношения! Мать хоронит сына за первый же проступок, отец ставит благосклонность жены выше жизни собственного ребенка.

И Соланж… Воистину, Хозяин смерти! Он пытал герцога. Тот шрам, он не просто от клинка – от магии. Очевидно, Родриго отказался отвечать на вопросы.

– Я не собираюсь разрушать ваш брак, – слова вновь давались с трудом: нелегко балансировать на острие ножа, – но Филипп невиновен. Вы должны поддержать его.

Герцог шумно вздохнул и, бросив извиняющийся взгляд на супругу, отвел меня в сторону, к окну. Там, за портьерой, мы смогли поговорить.

– Филипп взрослый мужчина, миледи. – Теперь и Родриго захотелось выпить, но не игристого, а красного вина. – Он сам несет ответственность за поступки. Брак же – вещь хрупкая, особенно когда необходим второй ребенок, а вокруг полно претендентов на твое место. Полагаю, я ответил на ваши вопросы?

Я кивнула. Откровенно! Герцог вообще беседовал слишком открыто для навсея.

– Тогда пришла ваша очередь. Сколько вы проживете с Филиппом? Что получите взамен? Не надо заверять меня в бескорыстии, вы никогда не взяли бы мужчину в мужья за смазливую внешность. Вы не дура, миледи, поэтому скажите правду.

Взгляд герцога буравил лицо. Широкая спина Родриго отгораживала от зала. Позади – стена, слева – портьера, справа – окно. Бежать некуда.

– Хорошо, скажу, если вы передадите послание супруге, – взвесив все «за» и «против», заявила я. – И поклянетесь сделать так, чтобы она дослушала до конца. Это возможно или ваш брак уже дал трещину?

Я играла с огнем, но риск оправдался. Герцог оценил мою смелость и поклонился, скрывая усмешку.

– Вы неплохо освоились в Веосе, миледи. Да, я могу уговорить Валерию сделать то, чего она не желает, сумею убедить выслушать вас. Прямо сейчас. Итак?

Помедлив, я все-таки рассказала.

– Умный мальчик! – Родриго гордился сыном. – Выиграл жизнь и проиграл свободу. Только почему я не вижу бриллиантов на ваших пальчиках? Так хороший жених не поступает. На вашем месте я бы разорвал помолвку. Пусть не позорит род Соуренов вторично.

Допив вино, герцог отдал пустой бокал расторопному духу и покосился на меня: мол, когда я осушу свой. Пришлось давиться игристым.

– Хм, признаться, я ожидал увидеть другую женщину, – разоткровенничался герцог. – Мое мнение вас, безусловно, не интересует, но такую невестку я бы одобрил. Только с детьми вышли бы проблемы. Впрочем, у кого их нет! – вздохнул Родриго и обвел рукой зал. – Половина не способна заслужить ребенка. Однако пойдемте, Валерия заскучала.

Не дождавшись, пока я домучаю злосчастный бокал, герцог забрал его и вручил духу. Затем вновь предложил мне руку и, нацепив на лицо маску холодной светской учтивости, повел к герцогине.

Валерия Соурен внушала трепет и уважение. Статная брюнетка в лиловом с изумительным черничным отливом волос, глазами цвета палой листвы и высокими скулами. Единственный намек на возраст – тончайшие «гусиные лапки». Интересно, кем герцогиня была до замужества? Не удивлюсь, если принцессой. Или в навсейских семьях всегда по одному ребенку? Рожденному в браке, разумеется. Тогда, безусловно, у короля нет ни брата, ни сестры. Стоял бы рядом Эллан, расспросила бы его. Увы, лорд отсутствовал, видимо, пропадал в Замке магов или занимался делами Совета. Он Чувствующий, ему можно пренебрегать светской жизнью во имя науки.

Герцогиня – вторая дама после королевы, поэтому я первой приветствовала ее и присела в реверансе.

– Леди Эрасса? – Холодный взгляд обратился на меня.

Интересно, у них с мужем брак по любви – хоть с какой-то стороны – или сплошной расчет? Ох, сомневаюсь, будто снежная королева способна на чувства! Сколько же драгоценностей ссыпал к ногам супруги герцог, чтобы зачать ребенка? Или Родриго тоже не прост, два сапога пара.

Я вновь присела в реверансе.

– Я все выяснил. – Герцог склонился к супруге. – Слухи – правда. Выслушай, пожалуйста. Ради меня.

Губы Валерии брезгливо скривились, и она демонстративно отвернулась.

– Говорите, – кивнул мне Родриго. – У вас пять минут. И, пожалуйста, не поднимайте тему Филиппа на ужине. Расскажите о себе, о Мире воды, лангах. Все это чрезвычайно интересно.

– Я еще не согласилась принять ваше предложение.

Во мне взыграла гордость. Надоело, хватит, не желаю развлекать навсеев! Существуют книги, пусть в них читает про лангов, наиви – всех на свете!

– Разумеется, – подозрительно спокойно ответил на дерзость Родриго и напомнил: – Пять минут.

Собравшись с духом, я передала то, что просил Филипп, горделивой спине герцогини. Ладно, я свою миссию выполнила, остальное меня не волнует.

– Известите о принятом решении запиской, – подвел итог беседы Родриго. – Мы ужинаем в восемь. Без церемоний, обычный частный визит к друзьям.

К друзьям! Я не удержалась от нервной усмешки. Герцог никак не отреагировал и спросил, отвести ли меня на прежнее место или проводить куда-то. Поколебавшись, попросила вывести из зала.

– Жаль, что вы так быстро нас покидаете, но воля дамы – закон, – склонил голову Родриго и, предупредив супругу, подхватил меня под локоток.

Люди вновь расступались перед нами, вопросительно переглядываясь. Чувствую, слухов прибавится. А, плевать! Можно подумать, в замке у названного дядюшки не шептались!

Двери распахнулись, стоило герцогу подойти к ним. А ведь магией здесь пользоваться запрещено. Или подсуетились духи?

Солдаты почтительно взяли на караул. Не последний человек в королевстве Родриго, ох, не последний! А я ему хамила. Повезло, что не воспринял слова всерьез, а то не миновать суровой кары!

Мы молча шли по коридорам. Мои пальцы все так же лежали на рукаве пиджака герцога, а мысли крутились вокруг вечера и Филиппа.

– Простите, – Родриго неожиданно остановился, – я не смогу проводить вас до экипажа. Король пожелает выслушать доклад, – он вытащил карманные часы и щелкнул крышкой, – через три минуты. Наше общение немного затянулось, иначе бы успел. Нехорошо вышло! – Герцог цокнул языком. – Хотите, открою телепорт. Или прогуляетесь?

– Прогуляюсь.

Нужно упорядочить мысли.

– Как пожелаете.

Герцог склонился над рукой, на этот раз в придворном поцелуе. Родриго объяснил, как выйти из лабиринта коридоров, и оставил меня одну. Погруженная в собственные мысли, я побрела в указанном направлении и вдруг услышала приглушенный женский стон. Испугавшись, что кому-то стало плохо или, упаси Вседержители, опять кого-то отравили, я поспешила на голос и замерла в дверях одной из парадных гостиных.

Как они могут, прямо во дворце! Или навсеи совсем не знакомы со стыдом? И в то же время так волнительно! Запретный плод сладок, особенно если он из книжек об оргиях темных.

Сама того не желая, я застала Соланжа с какой-то брюнеткой. Кричала она вовсе не от боли, наоборот, судя по томному взгляду, навсейка пребывала в блаженстве. Красавица в розовых шелковых панталонах выгибалась в руках некроманта, купая его в шелке волос.

Большие пальцы Соланжа обвели покрывшиеся мурашками соски. Некромант зажал их между пальцами и потянул, чтобы затем обхватить губами. Навсейка вновь зашлась в сладострастном стоне. Оторвавшись от соска красавицы, Соланж накрыл ладонями ее груди и принялся месить, будто тесто.

Я все ждала, что сейчас некромант остановится и поцелует любовницу, как целовал меня Геральт, но нет, отныне он не касался навсейки ничем, кроме рук. Зато брюнетка то и дело норовила поцеловать его. Она урывками лизала его живот, касалась губами ласкающих рук и смотрела на Соланжа с нескрываемым обожанием.

Прижав ладонь ко рту, я наблюдала за откровенным зрелищем. Оно гипнотизировало, заставляло дышать в унисон с брюнеткой. А если кто-то войдет и увидит? Похоже, ни темную с волосами цвета воронова крыла, ни Соланжа подобные мелочи не волновали. Девушка совсем юная, с оливковой кожей и точеным телом. Я залюбовалась ее грудью: пышная, упругая, лучше моей.

– Милый, я твоя! – жарко шептала навсейка, даря очередной поцелуй. – Ты станешь у меня первым, бери же! Ничего не надо, просто так.

– Неужели? – насмешливо переспросил некромант.

– Проверь! – Брюнетка потянула за завязки панталон, лишившись последней детали одежды.

Соланж не спешил взять крепость, хотя ласки с каждой минутой становились все откровеннее и разнообразнее. О некоторых я даже не подозревала.

Руки невольно скользнули под вырез платья и сжали грудь. Да что же это такое! Покраснев, я сцепила ладони за спиной и отвернулась. Увы, долго не вытерпела, желание следить за чужими утехами оказалось сильнее.