Кипр – Кровь и Вера - Сим Симович

Де Брассак смотрел на пепел широко раскрытыми глазами, не в силах поверить в увиденное.

— Но он… он творил чудеса… исцелял больных…

— Иллюзии, — мягко сказал Крид. — Обман, питаемый верой легковерных и поддерживаемый теми, кому было выгодно его возвышение.

Он помог рыцарю подняться на ноги.

— Пойдём отсюда, де Брассак. Этот дом скоро наполнится его растерянными последователями. Им придётся самим решать, во что верить теперь, когда их пророк исчез.

— А его реликвия? — спросил рыцарь, всё ещё находящийся в замешательстве.

— Исчезло вместе с ним, — солгал Крид. — Вернулось туда, откуда пришло.

Они покинули комнату через то же окно, через которое проник Крид. Спустившись в сад, они увидели де Прэ, который беспокойно ждал их возвращения.

— Всё кончено? — тихо спросил он.

— Да, — кивнул Крид. — Брат Константин больше не представляет угрозы. Собирайте людей — мы покидаем Иерусалим сегодня же.

— А де Брассак? — де Прэ с подозрением посмотрел на своего товарища.

— Он возвращается с нами, — твёрдо сказал Крид. — То, что он видел сегодня, излечило его от заблуждений более эффективно, чем любые доводы.

Молодой рыцарь молча кивнул, всё ещё ошеломлённый пережитым.

Они быстро двинулись через сад к соседним улочкам, растворяясь в предрассветных тенях Иерусалима. Позади оставался дом, где последние верные последователи брата Константина ещё спали, не подозревая, что их учитель исчез, поглощённый той самой силой, которой так хотел овладеть.

А в груди Крида, рядом с сердцем, пульсировала древняя реликвия, ставшая тяжелее и… беспокойнее. Странное ощущение, словно очередной фрагмент Копья пробудился от долгого сна и теперь ждал чего-то.

«Он… возвращается… через нас…» — последние слова Константина эхом отдавались в его сознании, оставляя после себя холодок неопределённого, но несомненного страха.

* * *

Глава 19

Тунисский зной обрушился на город, словно невидимое покрывало, наброшенное щедрой рукой. Даже в тени крытых галерей дворца Касба воздух дрожал от жары, заставляя придворных говорить полушёпотом, экономя силы.

Крид стоял перед султаном Абу Фарисом, не выказывая никаких признаков дискомфорта, несмотря на своё европейское происхождение. Его способность переносить зной давно перестала удивлять местных жителей — как и многие другие его качества, выходящие за рамки обычного.

— Итак, вы вернулись из Иерусалима раньше, чем планировали, — заметил султан, жестом приказывая слуге подать прохладный шербет. — И, судя по вашему виду, путешествие было… непростым.

— Сложности были ожидаемыми, Ваше Величество, — спокойно ответил Крид. — Но цель достигнута. Фанатик, называвший себя братом Константином, больше не представляет угрозы ни для христиан, ни для мусульман.

— Интересная формулировка, — султан чуть приподнял бровь. — Не «мёртв» или «схвачен», а «не представляет угрозы». Я правильно понимаю, что подробности лучше не уточнять?

— Скажем так, — Крид сделал паузу, отпивая шербет, — его душа отправилась к Создателю для окончательного суда.

Султан понимающе кивнул. Для правителя, чья власть основывалась на тонком балансе между различными фракциями и религиозными группами, подобная дипломатичность была привычной и ценной.

— Ваш успех радует меня, кардинал, — сказал он, помолчав. — Фанатики опасны для всех, независимо от того, какую веру они искажают своими крайностями. — Он сделал паузу. — Но я полагаю, вы вернулись в Тунис не только чтобы сообщить мне эту новость?

— Верно, Ваше Величество, — Крид выпрямился. — Я вернулся, чтобы просить вашего разрешения на выполнение обещания, данного шейху Тахиру. Как вы помните, я обязался обеспечить защиту Джербы и прилегающих территорий. Но для этого необходимо установить контакт с другими племенами пустыни и побережья, многие из которых до сих пор следуют древним верованиям или особым толкованиям ислама.

— Вы хотите проповедовать среди берберов? — удивлённо спросил султан. — Христианский кардинал собирается обращать мусульман и язычников?

— Не обращать, а находить общий язык, — уточнил Крид. — Я не намерен навязывать свою веру. Моя цель — установление доверия и взаимопонимания. Показать, что христиане могут быть добрыми соседями, а не только крестоносцами с мечом.

Султан задумчиво погладил бороду.

— Необычный подход для служителя церкви, — заметил он. — Но вы и сами… необычный человек. — Он внимательно посмотрел на Крида. — Мои советники предостерегают меня от предоставления вам такой свободы действий. Они опасаются, что вы используете эти контакты для создания антимусульманской коалиции племён.

— Ваши советники мудро проявляют осторожность, — признал Крид. — На их месте я бы высказал те же опасения. Но позвольте спросить: за те недели, что мы знакомы, видели ли вы во мне религиозного фанатика или интригана, стремящегося разжечь вражду?

— Нет, — после паузы ответил султан. — Напротив, ваши действия показывают стремление к миру и стабильности. Это… необычно для христианского сановника в наших землях. — Он слегка улыбнулся. — Почти так же необычно, как ваше знание наших языков и обычаев.

— У меня было время их изучить, — сдержанно ответил Крид.

— Несомненно, — кивнул Абу Фарис. — Гораздо больше времени, чем можно предположить, глядя на ваше лицо. — Видя, что Крид никак не реагирует на этот намёк, султан продолжил: — Я дам вам разрешение, о котором вы просите. Вы можете свободно передвигаться по моим землям и говорить с вождями племён. Но при двух условиях.

— Я слушаю, Ваше Величество.

— Во-первых, вас будет сопровождать мой представитель — Хасан ибн Юсуф, которого вы уже знаете. Он будет не столько надзирателем, сколько проводником и переводчиком, если потребуется.

— Разумное требование, — согласился Крид. — И второе условие?

— Вы не будете вмешиваться в вопросы налогообложения и военной службы племён. Эти вопросы находятся исключительно в моей компетенции.

— Я принимаю оба условия без возражений, Ваше Величество, — Крид слегка поклонился. — Моя цель — духовное и культурное сближение, а не политические изменения.

— Превосходно, — султан хлопнул в ладоши. — Тогда решено. Когда вы планируете отправиться в первое путешествие?

— Как только Хасан ибн Юсуф будет готов, — ответил Крид. — Я предпочёл бы начать с племён западного побережья, постепенно продвигаясь к внутренним районам пустыни.

— Мудрый выбор, — одобрил султан. — Прибрежные племена более открыты к чужеземцам благодаря торговым контактам. Они станут хорошей проверкой вашего… дипломатического таланта.

На этом аудиенция завершилась.

* * *

— Приветствую вас в моём скромном доме, — произнёс шейх. — Султан Абу Фарис оказывает нам