Кипр – Кровь и Вера - Сим Симович

— Смешанные, — де Прэ сделал глоток вина. — Многие по-прежнему безгранично верят в него. Но появляются и сомневающиеся. Особенно после того, как его предсказание о прибытии кардинала Крида не сбылось. Он обещал грандиозное противостояние, чуть ли не новую Голгофу.

— Используйте эти сомнения, — посоветовал Симон. — Осторожно, не вызывая подозрений, усиливайте их. Задавайте вопросы, на которые у него нет ответов. Намекайте на противоречия в его учении.

— Это опасно, — нахмурился рыцарь. — Он уже изгнал нескольких последователей за подобные вопросы. Некоторые из них потом были найдены мёртвыми.

— Тем более важно подорвать его авторитет изнутри, — настаивал Симон. — Кстати, что с другими рыцарями? Де Монфор, де Брассак?

— Де Монфор держится независимо, наблюдает со стороны. Он ещё не примкнул открыто к Константину, выжидает. Де Брассак… — де Прэ замялся.

— Что с ним?

— Он полностью под влиянием монаха, — тихо произнёс рыцарь. — Верит каждому его слову, исполняет любые приказы. Я пытался говорить с ним, напоминал о нашей настоящей миссии, но… Кажется, он действительно уверовал в новое учение.

— Первая потеря, — вздохнул Симон. — Следите за ним, но не пытайтесь переубедить.

* * *

Три дня Крид провёл в Яффе, не спеша отправляться в Иерусалим. Он встречался с доверенными лицами, получал последние сведения о положении дел в Святом городе. Каждый отчёт подтверждал успех его стратегии — движение брата Константина находилось в глубоком кризисе.

На четвёртый день, когда скромный караван паломников готовился отправиться в Иерусалим, к нему присоединился никем не замеченный путник. Дорога заняла два дня — путешествие, которое Крид совершал уже множество раз за свою долгую жизнь. Он молчал большую часть пути, погружённый в размышления, изредка обмениваясь простыми фразами с другими паломниками.

В Иерусалим они вошли через Яффские ворота вечером, когда длинные тени уже ложились на древние камни города. Караван медленно двигался по узким улочкам, направляясь к христианскому кварталу. Крид незаметно отделился от группы, свернув в один из многочисленных переулков, где его ждал Симон Олива.

— Рад видеть вас, Ваше Высокопреосвященство, — тихо произнёс агент, склонив голову. — Путешествие прошло благополучно?

— Вполне, — коротко ответил Крид. — Что нового?

— Положение Константина становится всё более отчаянным, — сообщил Симон, ведя кардинала по извилистым переулкам к безопасному дому, приготовленному для встречи. — Вчера ещё пятеро его последователей покинули общину. Среди них был один из его телохранителей.

— Что с французскими рыцарями?

— Де Прэ по-прежнему в его окружении, поддерживает видимость преданности. Де Монфор наблюдает со стороны, готовый действовать по приказу. К сожалению, де Брассак полностью перешёл на сторону монаха — он теперь один из самых ярых его защитников.

— Жаль, — задумчиво произнёс Крид. — В нём был потенциал. А остальные?

— Двое убиты при невыясненных обстоятельствах, — мрачно сообщил Симон. — Возможно, мамелюками, возможно — фанатичными последователями Константина. Ещё трое выполняют свои задания в разных частях города и окрестностях.

Они подошли к небольшому двухэтажному дому, ничем не выделявшемуся среди других строений квартала. Внутри их встретил граф де Монфор — высокий рыцарь с проседью в тёмных волосах и шрамом на левой щеке.

— Наконец-то, Ваше Высокопреосвященство, — он склонил голову. — Мы ждали вас с нетерпением.

— Отчёт, граф, — сразу перешёл к делу Крид.

— Брат Константин находится в доме на северной окраине, недалеко от Дамасских ворот, — сообщил де Монфор. — С ним осталось около двадцати последователей, включая шестерых вооружённых охранников. Среди них де Брассак — он стал правой рукой монаха.

— Охрана организована?

— Да, но не слишком эффективно. Дом имеет два входа и несколько окон, выходящих в сад. Де Прэ сегодня дежурит на западной стороне. Он может обеспечить незаметный проход.

Крид задумчиво кивнул, затем подошёл к столу, на котором был разложен план дома и прилегающей территории.

— Что с реликвией? — спросил он, изучая схему.

— Брат Константин носит её на шее постоянно, — ответил де Монфор. — Снимает только на ночь, помещая в специальный ковчег. В последние дни он стал ещё более параноидальным — никому не доверяет, даже ближайшим соратникам.

— Когда лучше всего действовать?

— Глубокой ночью, ближе к рассвету, — предложил Симон. — В это время бодрствует минимальное количество охранников, и сам монах обычно спит.

— Хорошо, — Крид выпрямился. — Подготовьте всё необходимое. Я отправлюсь туда один.

— Один? — де Монфор не скрыл удивления. — Но это слишком опасно, Ваше Высокопреосвященство. Позвольте мне сопровождать вас.

— В этом деле мне не нужны свидетели, граф, — твёрдо ответил Крид. — То, что произойдёт между мной и братом Константином, должно остаться между нами. И Богом.

Де Монфор хотел возразить, но что-то в глазах кардинала — древняя, холодная решимость, не свойственная обычным людям — заставило его замолчать.

— Как прикажете, монсеньор, — наконец произнёс он, склонив голову. — Но позвольте хотя бы организовать вашу безопасность на подходе к дому. Мы можем отвлечь охрану.

— Это приемлемо, — кивнул Крид. — Но в дом я войду один, и выйду тоже один. Ясно?

— Да, Ваше Высокопреосвященство.

Они продолжили обсуждать детали операции. Симон Олива, слушавший разговор с задумчивым выражением лица, наконец подал голос:

— Если позволите, монсеньор, есть ещё один вопрос, который требует внимания. Донна Бьянка.

— Что с ней? — Крид повернулся к своему агенту.

— Она проявляет… чрезмерное любопытство относительно вашей миссии. Задаёт много вопросов о Копье, о брате Константине, о вашем прошлом. — Симон помедлил. — Подозреваю, что её интерес выходит за рамки простого желания помочь.

— Где она сейчас?

— В безопасном доме в армянском квартале, под присмотром сестры Агнессы. Она не знает о вашем прибытии.

Крид задумался. Дочь венецианского патриция оказалась более проницательной, чем он предполагал. Её острый ум мог быть как ценным инструментом, так и потенциальной угрозой.

— Пусть так и остаётся до завершения нашего дела, — решил он. — После я сам поговорю с ней.

— Как прикажете, — кивнул Симон. — И ещё одно… Мамелюкский начальник стражи удвоил патрули в городе. Ходят слухи, что они получили информацию о прибытии важного христианского сановника.

— Неудивительно, — Крид пожал плечами. — В этом городе у каждой стены есть уши. Но это не помешает нашим планам.