Жестокие звезды - Константин Кривцун

– Капитан Суслов! – представился высокий мужчина в темном комбинезоне.

– Штурман Бергер, – с едва заметным акцентом произнес другой член экипажа. Он был пониже ростом и покоренастее, а чертами лица походил скорее на украинца, нежели на немца.

– Сергей Краснов. Я должен оказаться на Заре, – сказал я без тени улыбки.

– Ага, – кивнул Суслов. – Проходи на борт!

Я зашел в шлюз по широкому трапу. Охранники молча двинулись следом. Ни одного словечка ведь не сказали. Даже не представились. И лица каменные – то ли выучка такая, то ли индивидуальные особенности характера.

Капитан со штурманом показывали мне дорогу. Внутри космолет оказался достаточно тесным. Жилая часть корабля была скромной по размерам – оно и понятно: основное место занимали грузовые отсеки, оружие и двигательная установка. Где-то сзади, как я понял, находилось еще и крепление для буксировки грузов. Корабль мог тащить за собой маленькую планетку, если ее правильно закрепить и заправиться под завязку энергином.

А на жилой части вся эта мощь сказывалась таким образом, что экипажу приходилось ютиться в маленьких каютках, где кроме спального места и крошечного столика больше не помещалось ничего. Я возблагодарил бога, что не страдаю клаустрофобией, и, скинув на койку выданную мне форму, побрел в кают-компанию.

Сам я туда дороги, естественно, не знал, но рядом со мной все еще находился капитан. И словно две тени, за спиной маячили сотрудники Секретного Ведомства.

Кают-компания представляла собой просторное помещение со светлыми стенами. Конечно, это был не огромный банкетный зал и даже не кабинет Председателя, но в сравнении с другими каютами «Спектра-8» смотрелось помещение достаточно большим. В углах расположились горшки с декоративными растениями, у одной из стен – напротив диванов и кресел – журчал маленький фонтанчик. Сейчас комнату заполняли члены экипажа. Лица людей были серьезными, в тихих разговорах не слышно было шутливых интонаций. Уютная атмосфера кают-компании от этого казалась скорее насмешкой, чем настоящей попыткой устроить для команды место отдыха.

Все понимали, что идут на войну. У кого-то уже успели погибнуть в ледяной пустоте друзья или родные. Кто-то, как и я, лишился родного дома в результате атаки рыночников. А сейчас их задача – доставить к Заре меня. И я сильно сомневался, глядя в холодные глаза команды, что они посвящены во все подробности задания и понимают, зачем тащить меня на эту планету.

– Пришел? – мрачно бросил в мою сторону высокий парень с длинными волосами. – Мы уж заждались.

Он хотел добавить что-то еще, но потом покосился на моих охранников и замолчал.

Суслов отделился от нашей группы и вышел вперед.

– Этот человек – Сергей Краснов, – начал капитан без предисловия. – Его необходимо отвезти на планету Заря. Доставить целым и невредимым. Больше руководство ничего не сообщает нам, но и подобной формулировки вполне достаточно. Если наша миссия поможет борьбе против агрессора – мы обязаны выполнить ее. И не просто обязаны! Мы выполним ее, чего бы это ни стоило!

Раздались одобрительные возгласы. Но Суслову удалось убедить своей короткой речью далеко не весь экипаж. На меня по-прежнему смотрели недружелюбно, расценивая скорее как обузу, нежели как важного пассажира.

– Добираемся до Луны, – стал говорить капитан уже другим тоном. – Там заливаемся энергином – и к Заре. Неделя в подпространстве – и мы у цели. Только молите бога, ребята, чтобы к тому времени планета была еще цела! Взлет через полчаса. По местам!!!

На удивление, второй раз повторять не пришлось. Через минуту кают-компания уже пустовала. Остались только капитан со штурманом да я с охраной.

– Идите к себе в каюту, Сергей, – повернулся ко мне Суслов. – Пристегивайтесь к койке и ждите взлета!

– У меня дипломы астронавигатора и еще механика, – на всякий случай сказал я капитану. – Если потребуется моя помощь…

– Не потребуется, – поднял руку Суслов. – Вы летите как пассажир, поэтому в работе экипажа принимать участия не будете. Идите к себе.

– Пошли! – поторопил меня стоящий за спиной сотрудник СВ.

Я поморщился. Меня все еще раздражало это глупое слово. Но тем не менее я пошел в сопровождении молчаливой охраны и не менее молчаливого штурмана к своей каюте. А у самой двери обратился к охраннику, что был повыше.

– Может, все-таки познакомимся? Меня Сергей зовут!

Охранник хмыкнул и протянул руку:

– Майор Смирнов. Юрий Николаевич. Секретные войска.

Я пожал руку майора.

– Лейтенант Андреев, – представился напарник Смирнова. – Олег Викторович. Секретные войска.

– Очень приятно, товарищи, – сказал я. – Вы пойдете за мной и в каюту? Боюсь, места для троих там не хватит.

Штурман Бергер тихонько прыснул за спиной охраны. Но Андреев и Смирнов не поняли моей откровенной насмешки.

– У нас каюты рядом с твоей, Сергей, – проинформировал меня Смирнов ледяным тоном.

– Мы знаем свое дело – ты никуда отсюда не денешься, – добавил Андреев с легкой издевкой.

Я вошел в каюту и, нажав на кнопку, закрыл за собой дверь. Наконец-то снова один, без явного контроля и осуждающих взглядов сзади. Не думал я, что так быстро устану от своей охраны. А ведь впереди еще почти две недели полета. Пару дней на Луне и путь через подпространство до Зари. Выдержу ли я их? Не сорвусь ли в решающий момент и не наломаю ли дров?

Мне почудилось, что далеко отсюда, на подземных этажах Секретного Ведомства сейчас улыбается Шамиль. Он со своими ребятами знает исход. И вновь какая-то мысль скользнула в моем мозгу. Обжигающая, холодная. Мне стало неуютно и зябко. Что же со мной все-таки будет? Почему вы так скрытны, чертовы прорицатели?

Потянулись минуты томительного ожидания. Я тщетно пытался услышать хоть какие-нибудь звуки, которые нарисовали бы мне картину происходящего на корабле. Все было тихо. Ничто не нарушало спокойствия крошечной каюты. Надо мной – низкий потолок, испещренный порами звукоизоляции, со всех сторон – пластиковые стены, где помещались в выдвижных ящиках различные предметы быта.

Тем не менее, несмотря на тишину и кажущуюся неподвижность, я знал, что происходит сейчас на самом деле. В этом мне помогало не мое странное чутье, а годы обучения в Забвении и проведенное за забором взлетного поля беззаботное детство.

Тогда все было просто и ясно. Цвета были яркими, было понятно, где черный, а где белый… Пашка – друг, Наташа – любовь. Стас с Душным и Клювом – враги.

А сейчас вокруг все совсем по-другому. Словно кто-то взял и подменил мир.

Космолет сейчас движется на буксире за гигантским тягачом, подводящим корабль к площадке ускорителя. Открываются массивные двери, скользя по полукругу в разные стороны. На площадку заезжает могучий автомобиль, за ним – звездолет. В центре «Спектр-8» останавливают, магнитные зажимы со стоном открываются, и тягач, освобожденный от своей ноши, покидает площадку ускорителя. За ним вновь смыкаются створки дверей, и начинается процесс разгона.

Силовые генераторы монотонно жужжат, поднимая корабль по прозрачной трубе. Ухают кольца генераторов антигравитации, и по всей протяженности трубы образуется сильнейшая гравитационная сила, тянущая корабль в космос.

Я усмехнулся. На меня подобная сила действует уже с пяти-шести лет…

Жалко, что собственное гравитационное поле корабля мешает на себе прочувствовать все ускорения и силы, которые действуют сейчас на «Спектр-8» снаружи. Я даже несколько позавидовал древним космонавтам той эпохи, когда еще не разразилась страшная война с роботами.

Эти космонавты, отважные покорители космоса, были гораздо ближе к пространству, чем мы. Они летали на крохотных суденышках, использовали реактивную тягу, и не было у них ни генераторов гравитации, ни подсвязи, ни энергина… Герои? Нет, для меня они были воплощением мечты человечества о свободном полете. Они – птицы, а мы сейчас – пассажиры роскошного авиалайнера. Так, кажется, называлась та довоенная крылатая машина…

Я закрыл глаза. Да, теперь мы уже вышли из атмосферы, сейчас включатся стабилизаторы, и компьютер начнет прокладку курса до Луны. Вот-вот должен прозвучать отбой стартовой готовности.

Глупое правило – пристегиваться к койкам во время старта. Пережиток древних времен. Теперь при выходе на орбиту уже не трясет. На пассажирских космолетах, насколько я знаю, никаких ремней безопасности не было и в помине.

– Взлет прошел нормально! – раздался в динамиках каюты голос Суслова. – Работаем согласно полетному расписанию. Пассажиру – просьба зайти в рубку!

Вот так я у них называюсь. Пассажир. Ну что же, лучше, чем «груз» или «обуза».

Как только я оказался в коридоре, сзади выросли две фигуры. Смирнов и Андреев, кто же еще? Втроем мы молча дошли до рубки. На этот раз я даже понял, куда надо сворачивать после кают-компании.