На цепи - Уваров

жернова войны, — отвечал за всех Файник. — С юга к нам не подобраться: там топи, о которых мы беседуем, и кишат они крагами. С севера и востока горы. Единственный тракт, по которому можно сюда добраться, всегда хорошо охранялся до появления белой твари. А в случае опасности люд снимается с места и уходит в Эфду.

— Интересно. И что ни разу никто не угрожал Эрифде? — спросил я.

— Нет, конечно! — засмеялся Рэрдон. — Вы, господин Лиаман, будто не учились в Академии. Слышал, там историю Лландара учат все годы обучения.

— Я был плохим учеником, господин Рэрдон, — улыбнулся я, делая вид, что Рэрдон хорошо пошутил.

— Но вы сильный маг, так что можно вам это простить, — снова засмеялся местр и поднял бокал. — За вас же, господа маги!

Мы пробыли у местора до ночи. Главное, что я выяснил из разговора — краги действительно не должны были приближаться к городу, а значит, я искал логово белой твари не в той стороне. Но я начал сильно сомневаться, что одна тварь способна спугнуть крагов с насиженных мест. Выходит, проблемы у нас большие. У магов точнее. Мне же предстояло подумать, стоит ли говорить колдунам о том, что тварей стало больше и пока держать это знание при себе.

Глава 24

Вожак стаи

Мы шли по ночным улочкам Эрифды в сторону дома, вдыхая прохладный ночной воздух. Лант не пил, а вот я захмелел и настроение у меня почему-то было приподнятым.

— Ты за весь вечер не сказал ни слова, — повернулся я к своему помощнику.

Тот неопределённо пожал плечами, тогда я продолжал:

— Я так и не сказал тебе спасибо. Отвлекся и чуть не стал обедом зверюги.

— Я не думал, что у меня получится, — сказал Лант. — Убивать живое существо — это ужасно!

— Да, надо было дать тварюге сожрать ту бабу, — усмехнулся я.

— Что вы такое говорите, мастер Лиаман⁈ — возмутился Лант.

— Ты пойми, что все мы звери. Сильный грызет слабого. Ты сильнее любого зверя, хотя бы потому что разумный. Значит, ты можешь защитить слабого, что ты и сделал. Как ты, кстати, это сделал? Не видел, чтобы использовал руки и заклинания.

— Не использовал, — улыбнулся Лант. — Я помню вашу науку про то, что слова и жесты нам только мешают.

— Молодец! — искренне обрадовался я. — И ты оказался смелее, чем я думал. По правде говоря, ты меня удивил. Завтра отправляешься на поля один.

— Как один⁈ — воскликнул испуганно Лант.

— А вот так. Я тебе не нянька, а ты доказал, что прекрасно справляешься с бешеным зверьем.

— Но, а если не справлюсь?

— Побольше верь в себя и справишься. Ты какой-то странный, — заметил я и хлопнул мальчишку по плечу. — Маги ведь не всемогущи, за некоторым исключением. Кто-то хорош в зельях, кто-то в защите, а кто-то в некромантии…

— Вы что⁈ — шикнул на меня Лант. — Некромантия запрещена!

— И что? Это не значит, что все исполняют запреты, — я почесал щеку и задумчиво произнес. — Скорее всего, единицы магов живут по правилам. Глушилки ведь запрещены, но ты не возмущаешься, что я ее ношу.

— Ну вроде как многие носят. Это ведь безобидно, — ответил мой спутник, но как-то неуверенно.

— Вроде нет, но ведь глушилкой можно скрыть очень страшную силу, — произнёс я, мысленно улыбнувшись. Ага, силу ракха, например. — Так, о чем это я? Ты с твоей силой не владеешь защитой, не ставишь порталы, но ты научишься направлять свою силу на защиту иного толка. Убийство зверя — тоже своего рода защита.

— Я никогда не хотел становиться убийцей, — удрученно прошептал Лант.

— Надо с чего-то начинать. Сегодня никто, кроме крагов, от твоей силы не пострадал. Что это значит?

— Что я… я направлял потоки правильно.

— Вот именно! — улыбнулся я. — Глядишь, таким образом научишься контролю. У тебя уже начало получаться.

Судя по выражению лица Ланта, его мои слова воодушевили. Бедный мальчишка. Мы хоть и воспитывали щенков в строгости и жестоко наказывали за непослушание, но никогда не убивали в них веру в свои силы. Лант же, судя по его словам, постоянно подвергался нападкам. Ему годами внушали, что он ни на что не способен и жив, просто потому что везучий. Он никогда в себя не верил, также как никто никогда не верил в него.

— В общем, завтра идешь один, а у меня много дел, — после недолгого молчания заключил я.

— А что говорил местр про какую-то девушку? Разве можно пускать в цитадель людей?

Я вспомнил цитадель Абердара. Там сновали сотни людей, у которых я не чуял магии. Тогда показалось, что простые люди работают на магов, но после слов Ланта выходило, что у всех них были при себе глушилки.

— А почему нет? — спросил я беспечно.

— Не знаю, — признался Лант. — Мне казалось, что секреты магов не должны быть доступны людям. А вдруг она решит украсть какое-нибудь серьезное зелье? Там в лаборатории столько всего, что не должно попасть в чужие руки.

— Она надежный человек, — заявил я.

— Так вы ее знаете? — словно выдохнул Лант.

— Да, знаком. Хорошая девчонка. Не глупая. Тетушка у нее болеет, деньги нужны, так что красть точно не рискнет. Будет принимать заказы и отдавать заказы. В этом любой человек разберется.

— А если надо будет зарядить артефакт?

— Возьмёт деньги и передаст мне просьбу, — пожал я плечами.

— А я тогда зачем вам? — тихо спросил Лант, снова опустив голову.

— Людей спасать и не задавать глупых вопросов, — строго сказал я. — Так что иди спать. С рассветом отправишься на поля. Увидимся вечером.

Мы уже подошли к дому. Было темно и хотелось спать. Назавтра у меня были большие планы. Так что едва я оказался на своей тахте, вырубился. Почему-то сны были тревожными. Снилось логово и мертвые щенки. Снилась Кеннера с перекошенным от злобы ртом и смеющийся надо мной Десван. Снился Лант, стоящий в луже чьей-то крови. А еще снились созданные кем-то, пока нам неведомым, твари, которые скалились на меня и окружали со всех сторон.

Когда я проснулся, Ланта