Зови меня Лео. Том I - Ростислав Левгеров

знакомый. Он останавливается, видит мертвого алхимика и меня, голую, в одних лишь трусах. Блюющую.

– Что смотришь? – кричу я. – Тут вода есть? Дай воды, черт тебя дери! Скорее же, твою мать!

– Что тут произошло? – спрашивает он.

– Воды!!!

Слава богу, здесь есть вода. Несколько бочонков, видимо для лабораторных нужд. Дантеро выливает на меня целый ушат, прежде чем я успокаиваюсь. Плюс выпила, наверное, целый литр. И тоже наружу. Надеюсь, живот очистился и в кровь отрава не попала. А то кирдык мне.

– Не думала, что скажу это, но я рада тебя видеть, красавчик, – говорю я, отряхиваясь и вытираясь какой-то тряпкой.

Дантеро стоит, глядит на меня. Нет, на мои прелести. Спохватываюсь, закрываю груди руками.

– Что уставился? Найди во что одеться! Ишь ты какой, сразу сиськи разглядывать!

– Ты на меня не сердишься? – осторожно спрашивает он.

– Слушай, ты бы поискал во что облачиться. Потом обсудим наши дела. Я так понимаю, – добавляю я, прислушиваясь к шуму на улице, – нам бы смыться отсюда?

– Ты не представляешь, милая Лео, как осточертело мне это место. В печенках сидит.

– Представляю. Еще как представляю.

__________

Друзья! Спасибо за то, что вы со мной! Дальнейший текст – платный. Надеюсь, я дал достаточно объемный фрагмент, чтобы расчувствовать историю и продолжить чтение. Цикл будет дописан до конца и долго ждать не придется. Уверяю, если купите книгу, а также, надеюсь, продолжения, – не пожалеете.

__________

[1] Безоар – инородное тело в желудке, камень из плотно свалявшихся волос, стеблей растений и так далее. Чаще всего встречается у жвачных животных, реже – у человека. Алхимический компонент.

[2] Герасим – в смысле героин.

Глава 23. Танцы в доме крови

Пока я стою, сердито прикрываясь руками, Дантеро бестолково мечется по лаборатории, находит кучу мятого сопревшего хламья, вываливает передо мной на пол.

– Вот, – говорит он, посматривая на меня. – Ничего лучше не нашлось.

– Ладно, сойдет, – отвечаю. – Ну что глядишь? Отвернись!

Дантеро отворачивается. Эх, опять придется рядиться в обноски! Выбираю рубаху и холщовые штаны, на ноги башмаки. Рубаха пахнет застарелым потом, штаны благоухают типично по-мужски, это если деликатно. Плохо встряхивал агрегат, кем бы он ни являлся. Беда, свойственная чуть ли не всем парням, что лично меня дико раздражает. Башмаки чуть великоваты, не критично, но и от них несет немытыми носками. Ничего не поделаешь, надеваю.

Фух! Кажется, я переоценила свою стойкость. Причем, за несколько дней, проведенных в местной киче, стат никак не прокачался. Пора бы и привыкнуть к здешним особенностям.

Мучительно борюсь с позывами к рвоте. Что-то от этого типично мужского наряда недурственно так поплохело. Не выдерживаю, выблевываю из моего бедного нутра всё оставшееся, то есть ничего (что еще хуже). Дантеро озабоченно придерживает меня. Такая показная забота почему-то выбешивает.

Раздраженно отталкиваю его.

– Да не трогай ты меня! Не чуешь разве, как воняет?

– Чую.

Нет, Настюха, не поддавайся! Тише, тише…

– Давай уйдем побыстрее, – говорю уже спокойнее. – Может, в доме отыщется что-то посвежее, а то меня нехило так мутит. Да и здесь тоже попахивает. Гарью, что ли? Что-то горит? Эй! Да у нас пожар, ёпт!

Точно! Огонь из алхимической печи перекинулся на вещи. Уже полыхают книги, листы летописей, разбросанных по полу, всякая утварь. Огонь на глазах движется дальше, вот он достиг сваленных в кучу тряпок вперемешку с битыми колбами и прочим. Как так-то? Видно я задела. Помню ведь, как врезалась в атанор, когда скакала в панике.

– Надо бежать как можно быстрее! – со страхом говорит Дантеро.

– Э… – Это единственный звук, который я успеваю издать, прежде чем красавчик хватает меня за руку и увлекает прочь. Вообще-то я намеревалась выдать очередную шпильку – обида на моего поклонника еще не совсем прошла – но вид у него настолько обеспокоенный, что всякое такое ёрничанье вмиг испаряется.

Выбегаем из лабы. И тут вдовесок к тому богатству мерзких запахов, которые будто могильным саваном окутывают меня, и душат, откровенно душат, на голову разом обрушиваются самые разнообразные звуки.

– Постой! – говорю я, хватаясь за голову.

«Они там, они в доме!»

«А упырь?»

«А что упырь?»

«Где упырь?»

«Должно быть с ведьмой!»

«Ищем их, мужики! На поиски!»

– Нельзя останавливаться, Лео! – чересчур громко говорит Дантеро.

– Что ты так орешь?

– Да я не ору, я спокойно говорю. – Красавчик подходит, мягко берет мое лицо, внимательно смотрит на меня. – Что с тобой? Ты в порядке?

– Я в порядке! – опять злюсь я. – Не трогай меня! У тебя руки такие… такие горячие! И почему столько шума? Ты разве не слышишь? Где-то рядом. Нас ищут, поганцы! Боже, меня от этого вонючего одеяния словно током бьет!

Чешусь, ну прямо как синюха под ширевом, но от этого становится только хуже. Хочется раздеться, так хочется раздеться! К черту это говно, лучше голой! И кожа горит! И вонь-то какая! Почему все время хочется блевать?

«Ищите их! Убейте их! На кол упыря и ведьму!»

«Невольники взяли городок, убивают всех подряд!»

«Братьев порезали, мужики! Что делать-то?»

– Заткнитесь! – ору я что есть мочи, затыкая уши. – Заткнитесь все! И ты заткнись, предатель чертов, закрой свою уродскую пасть! Что стоишь? Иди отсюда, пока я тебе шею не свернула, пошел ты…

Дантеро обнимает меня, прижимает. Гладит по волосам. Баюкает, точно ребенка. Мерзкие колючие прикосновения. Я вся наэлектризованная, насквозь пропахшая мочой, гарью, химикатами, блевотой, в мозги мои вдалбливаются несущиеся отовсюду крики.

И от Дантеро тоже за версту несет химозой, чем-то еще…

И голоса. Много голосов. Звон скрещивающихся мечей. Удары, точно молотом по наковальне. Хлопки. Это взрывы? Где-то что-то взрывается? Крики ужаса. Боль.

И кровь, сладкая кровь. Сердце стучит (его? моё? чьё?), оглушает. Течет по сосудам, повинуясь биению сердца, алая, алая кровь.

– Лео, милая Лео! Послушай меня, любимая, послушай меня внимательно! Эта зараза, которой тебя хотел напоить Рейшо, она проникла в тебя?

– Да, – киваю я и не выдерживаю. Плачу. Опять плачу, черт меня возьми. – Проглотила немного, как дура…

– Лео, посмотри на меня! Посмотри на меня, пожалуйста! Если эта дрянь, чем бы она ни была, все-таки проникла в кровь, то это не страшно. Совсем не страшно. Просто твой организм борется. Отсюда и