День Победы. Гексалогия (СИ) - Андрей Завадский

Те, кто присутствовал в кубрике, превратившемся в штаб операции, согласно заворчали. Офицер лишь высказал то, о чем думали очень многие, принимая такую нужную и своевременную помощь от неожиданного союзника. Просто не каждый решался озвучить свою тревогу, подчас пытаясь убедить себя, что все это просто надумано.

— Китайцы могли бы просто оккупировать нашу территорию, отхватить любой кусок, и вряд ли мы сумели бы им противостоять, — твердо произнес Басов. — Но они стараются казаться друзьями, а не захватчиками. Почему и надолго ли это, я не знаю, как и никому это неведомо кроме самих китайцев, но пока я не намерен отказываться от их помощи, ведь на другой чаше весов — жизни наших солдат. Возможно, вскоре китайцы потребуют плату за свои услуги, даже наверняка это произойдет, но я привык жить днем сегодняшним. Дойдет до дела, там видно будет, как поступить, сейчас же, товарищи, задача наша предельно проста — добраться до берегов Сахалина, высадить там десант, создать плацдарм, а затем ударом с этого плацдарма сбросить в море японцев, если у тех не хватит ума сложить оружие раньше. От атак с воздуха нас прикрывают ЗРК и истребители, поэтому самую серьезную угрозу представляют корабли, и, особенно, подводные лодки. Китайские разведывательные самолеты постоянно находятся над акваторией Японского моря. Благодаря им мы знаем, что большая часть их флота крейсирует восточнее Курильской гряды. Японцы готовились отражать удар американского флота из акватории Тихого океана, и почти ничего не оставили в тылу. Разведка сообщает только об одном эсминце у западного побережья острова Хоккайдо. Кроме того, в гавани Южно-Сахалинска обнаружены ракетные катера, и нам вовсе ничего не известно о положении вражеских субмарин, а их у японцев немало. Через двадцать четыре часа мы достигнем берега и ступим на Сахалин, и тогда нас никто не остановит. Нам нужно продержаться лишь сутки, но эти сутки станут самыми сложными в нашей жизни!

Дверь кубрика распахнулась, на пороге появился молодой мичман в сбившейся набок пилотке. Взволнованным голосом он громко и отчетливо произнес:

— С борта малого противолодочного корабля МПК-222 «Кореец» доложили, что они торпедировали и уничтожили неопознанную подводную лодку на траверзе Находки! После этого связь с ними прервалась! Объявлена боевая тревога!

Словно нарочно в подтверждение слов моряка, из-за его спины донесся звук колоколов громкого боя, прокатившийся по отсекам десантного корабля. Матросы опрометью бросались на свои посты, готовясь вступить в бой, и только десантникам оставалось лишь покорно ждать исхода этого сражения, разворачивающегося одновременно в небесах, на море и в его темных глубинах, уже принявшие первую жертву.

— Упокой, Господи, их души, — едва слышно промолвил начальник штаба, представивший, как и многие, захлебывающихся в ледяной воде моряков, отчаянно цепляющихся за жизнь, но навечно заточенных в трюме своего корабля, над которым уже смыкаются волны. А может, все было не так, и взрывы японских торпед разнесли противолодочный корабль на куски, оборвав жизни экипажа в один миг, без лишних страданий.

Алексей Басов почувствовал, как в горле мгновенно пересохло от волнения, но все же смог произнести, старясь говорить уверенно и четко:

— Это должно было случиться, хотя, право, я не думал, что так скоро. Японцы, похоже, решили не терять время напрасно! Сейчас нас атакуют с моря, ударят из-под воды, со всех направлений! И мы должны выдержать все удары и остаться в живых, пока не увидим своими глазами берега Сахалина! Во что бы то ни стало мы должны высадиться, вцепиться в эту землю ногтями, впиться зубами — и не уступить ее никому!

Полковник взбежал по крутому узкому трапу, грохотавшему под ногами, оказавшись на мостике. Находившиеся здесь моряки почти не обратили внимания на Басова, лишь вахтенный вытянулся по стойке смирно, приветствуя офицера. Через огромную застекленную панель полковник увидел широкую палубу, обрамленную леерами. Массивная многоярусная надстройка была смещена к корме, отчего десантный корабль проекта 775 напоминал какой-нибудь сухогруз. Только, в отличие от него, перед надстройкой «Пересвета» возвышалась полусферическая башня артиллерийской установки АК-725. Ее спаренные стволы калибра 57 миллиметров были направлены высоко вверх. Точно такое же орудие было установлено на корме.

Вместе с несколькими ПЗРК «Стрела» автоматические пушки были единственным оружием десантного корабля, в кубриках которого ждали своего череда двести пятьдесят десантников, а на танковой палубе, обрывавшейся носовой аппарелью, разумеется, сейчас поднятой, теснился десяток бронемашин, в основном БТР-80. Но, несмотря на кажущуюся беззащитность, десантный корабль водоизмещением четыре тысячи четыреста тонн продолжал двигаться к цели. Его стадвенадцатиметровый корпус чуть ощутимо вибрировал, на самой границе человеческого восприятия, в такт укрытым на нижних палубах двум дизелям, каждый в десять тысяч пятьсот лошадиных сил, увлекавшим корабль вперед со скоростью восемнадцать узлов.

«Пересвет» был не одинок в этих неприветливых водах. Впереди, примерно в полумиле, резал волны его «систершип» БДК-101 «Ослябя», а в кильватере следовал БДК-98. Словно три неразлучных брата-близнеца, они упорно рвались к далекому еще Сахалину сквозь полное опасностей море. Конвой опасливо жался к родному берегу, не удаляясь от материка больше, чем на полсотни верст — на такой дистанции корабли, несущие каждый по несколько сотен десантников в своих объемистых трюмах, все еще оставались под «зонтиком» китайских ЗРК большой дальности, бдительно охранявших сейчас русское небо.

Солдаты, которых впереди ждал бой, для многих наверняка последний, покорно ждали, кое-кто украдкой молился, не забывая, что под ними — десятки, сотни метров морской пучины, и помощи в случае беды ждать неоткуда. А командам десантных кораблей было не до пустых мыслей. Над головами моряков вращались антенны локаторов, посылая импульсы к горизонту и исправно принимая отраженные сигналы. Соединение вовсе не было слепо и глухо, и являлось не настолько беззащитным, как могло показаться случайному человеку.

Алексей Басов перевел взгляд направо. Довольно далеко, на пределе видимости, можно было рассмотреть приземистые стремительные силуэты ракетных катеров типа «Молния», тоже следовавших в кильватерной колонне параллельным курсом. А если вооружиться мощным биноклем, становились видны и детали, башня универсальной артиллерийской установки АК-176 на баке, или возвышавшийся над надстройкой высокий полусферический обтекатель радиолокационной станции общего обнаружения «Позитив». Четыре ракетных катера рыскали вокруг неповоротливых десантных транспортов, точно сторожевые псы, готовые броситься на любого врага. Но океан пока был чист, а вот в небе луч радара МР-302, очерчивавший круги над эскадрой, словно отгоняя сказочную нечисть, наткнулся на незваных гостей.