День Победы. Гексалогия (СИ) - Андрей Завадский

— Вы предлагаете высадку с моря?

— Эксперты, с которыми я советовался, настаивают на комбинированной операции. У нас есть несколько десятков полностью исправных вертолетов Ми-8, которые вполне долетят с материка до любой точки острова, и есть транспортные самолеты, на которых можно доставить тяжелую технику. Но для этого нужна хотя бы одна посадочная площадка, не обстреливаемая японцами. Вертолетный десант должен будет ее захватить, с этого начнется штурм. И одновременно с этим — высадка с моря. Сейчас во Владивостоке восстановили три больших десантных корабля проекта 775. Как министр экономики и промышленности я больше многих в курсе этих работ и их результатов. Каждый из них может принять на борт две сотни солдат и десяток бронемашин или даже танков. Учитывая, что путь предстоит проделать небольшой, людей можно взять побольше.

— Эти корабли способны высаживать технику на необорудованное побережье, — согласно кивнул Лыков. — У японцев на Сахалине Пятая пехотная дивизия, девять тысяч бойцов при тридцати танках, и долгого боя наши десантники, конечно, не выдержат, но их сил хватит на захват и удержание плацдарма до прибытия грузовых самолетов с континента, а тогда игра пойдет на равных. Но во время перехода их нужно прикрыть от ударов с воздуха, иначе транспорты превратятся в братские могилы для сотен наших ребят. Дальнобойные ЗРК — это хорошо, но где вы их найдете, и, главное, где найдете обученные расчеты? Освоить такое оружие за пару дней никто не сможет.

— Кое-кто другой вам объяснит это лучше, чем я, — загадочно усмехнулся вдруг Сейфуллин.

Генерал Чжоу Байши, терпеливо дожидавшийся у закрытых дверей, вошел в зал для совещаний, заняв свободное место по левую руку от Рината Сейфуллина. Впервые за долгие месяцы своего пребывания в России начальник Третьего департамента Генерального штаба НОАК появился на публике, ни от кого не таясь, под своим настоящим именем, и его тщательно отглаженный мундир, бритвенно-острые «стрелки» на форменных брюках, золото звезд на его погонах, заставили недоуменно переглянуться членов русского правительства.

— Господин Чжоу желает сообщить вам важную информацию, — произнес Сейфуллин, обращаясь к своим соратникам, после того, как представил нового участника совещания. — Собственно, без его участия я изначально не стал бы предлагать свой план.

Убедившись, что внимание присутствующих обращено к нему, генерал Чжоу сообщил:

— То, что я скажу, господа, является официальной позицией моего правительства. Мы готовы оказать вам военную поддержку в определенных масштабах. Наши войска не станут участвовать в наступательных операциях, но обеспечат защиту территории России. В течение двух ближайших дней в Приморский край будет доставлен дивизион зенитно-ракетных комплексов большой дальности HQ-9. Развернутые вдоль побережья батареи создадут сплошную зону поражения шириной до ста пятидесяти километров от Владивостока до Комсомольска-на-Амуре. По этому коридору ваша десантная эскадра сможет идти к Сахалину, не опасаясь угрозы с воздуха.

— Мы ценим ваше участие, — кивнул Лыков. — Это здорово облегчит задачу. Мы ведь не пытаемся вести агрессивную войну, лишь восстанавливаем целостность своей страны.

— Я понимаю. У нас самих схожие проблемы с Тайванем, но в нужный момент мы не решились действовать силой, и пожинаем плоды своей нерешительности уже несколько десятков лет.

— Но ЗРК — пассивные средства обороны, — продолжил глава правительства. — Не выйдет ли так, что их просто разбомбят, после чего уже займутся и нашим флотом.

— В течение тех же двух дней в Токио получат наш ультиматум. Любое нападение на территорию России будет приравнено нами к агрессии против Китайской Народной Республики, и отражать его мы будем всеми возможными способами, вплоть до ядерного удара. Думаю, к этому заявлению японцы отнесутся серьезно. Что бы ни происходило на Сахалине и в прибрежных водах, на материковую часть вашей страны не упадет ни одной ракеты или бомбы.

— Что ж, с таким «зонтиком» мы действительно можем не опасаться ударов японской авиации, но ведь остается еще и флот, сильнейший в Западно-тихоокеанском регионе, — заметил Лыков, на лице которого выразились терзавшие отставного маршала сомнения. — Мы ему немногое можем противопоставить. Крупные корабли Тихоокеанского флота, те немногие, что остались целы после нападения американцев, находятся в небоеспособном состоянии. В течение нескольких месяцев мы, вероятно, сможем вернуть в строй три-четыре эсминца и БПК и несколько дизель-электрических субмарин типа «Варшавянка», но, во-первых, эти приготовления противник, конечно, заметит, а, во-вторых, этого мало, чтоб противостоять Морским Силам самообороны Японии в открытом бою. Сейчас основой ударной мощи нашего ВМФ на Дальнем Востоке являются полдюжины ракетных катеров типа «Молния». Есть еще несколько малых противолодочных кораблей. Но по сравнению с сорока японскими эскадренными миноносцами это просто ничто.

— Значит, какой-то эскорт десантным кораблям мы придать сможем? — уточнил Сейфуллин, уставившись на Лыкова.

— Не думаю, что это серьезно изменит ситуацию.

— Ситуацию изменит соединение боевых кораблей китайского флота, семь вымпелов, уже вышедшее к берегам Хоккайдо, — неожиданно произнес Чжоу Байши.

— Вы же утверждали, что не станете участвовать в наступательных действиях? — удивился премьер-министр, непонимающе взглянув на китайского генерала.

— Мы и не думаем устраивать морское сражение. Это демонстрация флага, не более того. Но появление поблизости от японских берегов нашей эскадры отвлечет их внимание, заставит распылить силы, и у вас появится шанс.

— И все же прикрытие с воздуха нам бы не помешало, — помотал головой Лыков. — Мы сможем выбить японцев с Сахалина, я уверен. Но для этого нужно высадиться на его берегах, закрепиться, создать хотя бы крохотный плацдарм, а делать это, постоянно глядя в небо и ожидая появления вражеских самолетов, очень сложно!

— Эту проблему мы сможем решить, — усмехнулся со странным превосходством Ринат Сейфуллин. — У нас будет авиация, и японским пилотам найдется чем заняться, кроме того, чтобы бомбить наш десант!

Через несколько часов Валерий Лыков, сопровождаемый лишь Сейфуллиным и китайским генералом, уже сидел в роскошном салоне «президентского» Ту-154, вылетевшего из московского аэропорта Внуково курсом на запад.

Переливавшаяся лазурью широкая водная лента Днепра мелькнула по левому борту, и полковник Гнатюк, отклонив рычаг управления, заставил самолет развернуться параллельно реке. Одновременно он сообщил в эфир: