День Победы. Гексалогия (СИ) - Андрей Завадский

— Русские дали своим десантным кораблям эскорт, — понимающе произнес командир «Миоко». — Что ж, тем больше побед мы сегодня запишем на свой счет! Противокорабельные ракеты к бою! Пуск полным залпом!

Оператор нажал кнопку на приборной панели, и из счетверенных пусковых контейнеров, установленных побортно за надстройкой, одна за другой вырвались восемь ракет SSM-1B, «главный калибр» японского миноносца. Делая горку, они опускались к поверхности моря, выполняя полет на высоте не более пятнадцати метров. Под рев турбин стальная стая, рассекая воздух лезвиями крыльев, мчалась к цели, русским десантным кораблям, но на их пути внезапно возникла преграда.

Поисковый радар МР-352 «Позитив» ракетного катера Р-19 обнаружил приближающиеся SSM-1B, летящие на предельно малой высоте, на удалении чуть более пятнадцати километров.

— Цель воздушная групповая низколетящая, — четкой скороговоркой доложил оператор. — Крылатые ракеты!

— Выдать целеуказание артиллерийским комплексам, — немедленно скомандовал капитан.

Катер Р-19, один из четырех кораблей проекта 1214.1М типа «Молния», сопровождавших десантное соединение к берегам Сахалина, оказался на острие вражеского удара. Ракеты, летевшие чуть медленнее скорости звука, пожирали расстояние, давно уже находясь в зоне поражения универсального орудия АК-176 и стремительно приближаясь к рубежу досягаемости пары тридцатимиллиметровых автоматов АК-630.

— Это не для нас, для десанта, — произнес командир ракетного катера. — Мы должны защитить конвой! По ракетам противника — огонь!

Радар управления артиллерийской стрельбой МР-123 «Вымпел» захватил первую цель, когда до нее было уже меньше десяти километров. Развернулась установленная на баке башня, и частый грохот выстрелов прокатился над волнами. Орудие выпустило навстречу приближавшейся ракете полдюжины снарядов, метая их со скоростью сто тридцать выстрелов в минуту. На заданном расстоянии сработали радиолокационные взрыватели, и японская ракета врезалась в стену свинца.

— Цель поражена! — сообщил командир расчета.

— Огонь не прекращать! Сбить их все!

Снова загрохотало орудие, к которому присоединились пушки других катеров, наполнивших сталью и огнем воздух вокруг себя. Одна за другой рассыпались, сталкиваясь с потоком осколков, еще четыре ракеты. Шестую записал на свой счет оператор зенитной артиллерийской установки АК-630. Струя снарядов буквально распилила реактивный снаряд, пролетевший в двух с половиной километрах от катера. Две оставшиеся ракеты к этой секунды вышли из зоны поражения.

— Передать координаты на борт десантных кораблей! — приказал командир Р-19.

Ракеты, прижимаясь к самым волнам, сближались с конвоем, и когда радары управления огнем МР-103 десантных кораблей смогли обнаружить цели, расстояние не превышало восьми километров. Немедленно открыли огонь универсальные орудия АК-725, изрыгая потоки пламени. Меткая очередь пересекал курс приближавшейся противокорабельной ракеты, превратив ее в кусок пылающего железа.

Последняя ракета, выпущенная японцами, прорвалась сквозь стену заградительного огня, входя в «мертвую зону», не простреливаемую орудиями транспортов. Десятки моряков и сотни десантников, находившихся на борту ставшего ее целью БДК-11 «Пересвет», сжались в ожидании удара. В этот момент с неба словно упал метеорит, разорвавшись в нескольких метрах от «Гарпуна» и прошив его корпус шрапнелью. Японская ракета, записанная на боевой счет китайского ЗРК HQ-9, взорвалась, рухнув в море в нескольких десятках метров от борта десантного корабля. Морские пехотинцы с облегчением выдохнули, так и не узнав смысл фразы «терпеть бедствие», но для экипажей ракетных катеров настоящий бой лишь начинался.

— Поворот всем вдруг, — скомандовал капитан Р-19. — Курс сто пять! Главный ракетный комплекс к бою! Самый полный вперед!

Четыре «Молнии», разворачиваясь синхронно, словно зеркальное отражение друг друга, двинулись навстречу скрывавшемуся еще за горизонтом японскому эсминцу. Взвыли форсажные турбины, разгоняя катера до сорока пяти узлов. Пятидесятишестиметровые кораблики зарывались носами в высокие волны, а их локаторы непрерывно ощупывали лучами поверхность раскинувшегося впереди моря.

— Объект на радаре, — сообщил оператор РЛС «Позитив» командиру Р-19. — Дальность девяносто, пеленг сто десять!

— Выдать целеуказание системам наведения противокорабельных ракет! Пуск!

Луч радиолокационной станции «Позитив», теперь перешедшей в режим подсвета целей, узким конусом захватил находившийся на самой линии горизонта вражеским эскадренный миноносец. И тотчас к нему, с ревом вырываясь из цилиндров транспортно-пусковых контейнеров в клубах дыма и пламени, направились ракеты «Москит».

Каждый из четырех ракетных катеров типа «Молния» нес в спаренных пусковых установках, расположенных по оба борта, прижатых к надстройке, четыре сверхзвуковые ракеты 3М-80, выпустив в одном залпе лишь половину. Восемь ракет мчались над волнами на высоте двадцать метров. Остроносые сигары, весившие почти четыре тонны, летели в два с половиной раза быстрее звука, заходя на цель широким фронтом. «Москитам» еще предстояло преодолеть десятки верст над морскими просторами, а ракетные катера уже разворачивались, ложась на обратный курс, чтобы присоединиться к конвою.

Радар эсминца «Миоко» обнаружил ракеты, скрывавшиеся от его всевидящих лучей на малых высотах за полсотни километров, и тотчас капитан корабля, находившийся в помещении боевого информационного поста, на который замкнулось управление всеми системами корабля, скомандовал:

— ЗРК — пуск!

Из ячеек вертикальных пусковых установок «Марк-41», расположены на носу и в корме эсминца, взвилось разом полдюжины зенитных ракет RIM-66K «Стандарт». Над кораблем дымнее следы стартовых двигателей сплелись в причудливый узор. Ракеты, разгоняясь до тысячи метров в секунду, пикировали на жавшиеся к волнам «Москиты» по крутой траектории, падая почти вертикально и взрываясь у самой воды. Первым залпом были сбиты две русские ракеты, вторым, последовавшим через несколько секунд, еще одна. Эсминец продолжал выплевывать из «сот» пусковых установок «Стандарты», но противокорабельные ракеты уже были в зоне досягаемости и другого оружия.

Башня универсального орудия «Марк-45» развернулась в направлении, указанном радаром управления артиллерийской стрельбой, и на дульном срезе ее длинного ствола вспыхнуло пламя. Снаряды, выпускаемые со скоростью двадцать выстрелов в минуту, мчались навстречу «Москитам», взрываясь у них на пути. Комендоры «Миоко» смогли записать на свой счет одну ракету, другую сбили ЗУР, но остальные «Москиты» были уже так близки, что стали различимы невооруженным взглядом.