Белый орк - Сергей Николаевич Чехин

счастливый поясок и боюсь, как бы удача меня не покинула. Вместе с ним я такого натерпелся — и в курган зарылся, и сквозь огонь прошел. Заберу его и сразу уйду. Никто и не заметит.

Дозорные переглянулись и пожали плечами. Не верить избраннику духов у них причины не было. Сделав вид, что ничего не происходит и мимо не шастают посторонние, орки вернулись к костру. Альберт повернулся к Исмаилу и подмигнул — мол, я же говорил.

Первая часть плана прошла как по маслу, но она не шла ни в какое сравнение со следующей. Шайну придется полагаться на умение напарника биться и собственную проворность — иначе пиши пропало. Хлопнув доспех по наплечнику, Альберт шепнул:

— Давай.

Исмаил кивнул и вытащил из железного нутра толстый дрын. Обычное оружие наверняка привлекло бы внимание дозорных, да и убивать членов племени никто не собирался. Если за неудавшуюся кражу еще могут помиловать, то за смерть орка прикончат на месте.

При виде надвигающегося рыцаря стражники занервничали. Двое из пятерых шагнули вперед, остальные сгрудились у входа. Но Альберт не собирался лезть напролом. Он спрятался за шатром и как только услышал шум драки, разрезал полог острым ножичком.

Тарша не спала. Сидела посреди шатра на ворохе шкур и строгала копье. Причем с такой силой, что от несчастного древка осталось меньше половины, а под ногами орчихи лежала высокая горка стружек.

— Псс…

Девушка мигом вскочила и направила копье в сторону звука.

— Кто здесь?

— Я.

— Вахул? Что ты тут делаешь? Горран убьет тебя!

Снаружи громко лязгнуло, что-то большое упало на шатер и едва не повалило. Следом раздался глухой удар и отчаянный орочий вопль. Судя по шуму и топоту, к охране спешила подмога.

— Надо уходить.

— Но…

— Ты пойдешь со мной к эльфам? Или будешь тут сидеть? Времени в обрез, решай быстрее!

Послышался звук, очень похожий на сминаемое ведро. Исмаил громко выругался и врезал кому-то, но тут же снова звякнул и вкатился в шатер.

— Бегите, глупцы! — заорал он. — Я еще немного повоюю…

Тарша перехватила копье как дубину, благо длина позволяла, и выбежала наружу вслед за Альбертом. Но время для отхода оказалось безвозвратно потеряно. Вокруг толпились почти все воины племени с копьями и топорами. С громким рыком Горран растолкал соратников (причем так, что двое упали и не встали) и подошел к беглецам.

Шайн вырвал из оцепеневших рук спутницы дубинку и принял стойку. В руках вождя была боевая булава. Такую берут с собой лишь в одном случае — когда собираются вышибать из противника дух.

— Вор! — взревел вождь, замахнувшись булавой, но не ударив.

Альберт отшатнулся и попытался заблокировать удар, хотя такую подачу не выдержал бы и железный прут толщиной в руку. К счастью, кочевник почему-то передумал в самый последний миг.

— Остынь, мой вождь, — послышался знакомый голос.

Сквозь кольцо орков прошел Грум и встал рядом с Горраном. Шаман выглядел чрезвычайно умиротворенно и потягивал крепкий дымок из любимой трубки.

— Он не вор. Неужели ты забыл древние традиции народа Степи?

Вождь опустил булаву и наморщил лоб.

— Что же, я напомню. Это похищение невесты. Уважаемый и чтимый духами ритуал. Неужели ты собрался убить избранника сестры, вопреки всем заветам?

— Я… не… — Горран замялся. Он выглядел так, будто его ведром холодной воды окатили. — Это бред шакалий! Вахул — не орк и не имеет никакого права на мою сестру! Раз уж пошла речь о традициях, то я выступаю против!

— Вахул, ты можешь бросить ему вызов. По правилам никакого оружия, брони и бой до первой крови, — спокойно произнес Грум, хоть и видел, что от такой поддержки вождь снова закипел.

— Я говорю еще раз! — взревел Горран. — Аль-берт — чужак! Пусть он хоть трижды через костер пройдет — не бывать ему орком!

Шайн шагнул вперед и смело взглянул в глаза кочевника. А затем ткнул его кулаком в грудь.

— Орк это не цвет кожи или клыки. Орк — это здесь!

Горран зыркнул в ответ так, что Альберт пожалел о дерзости и отступил назад. Но к общему удивлению вождь не пришиб наглеца на месте, а громко расхохотался.

— Я посчитаю этого выскочку равным себе, лишь когда он въедет в мой лагерь верхом на призрачном быке, одетый в Знамя Зарзула и размахивая молотом Кулабара! А теперь пошел вон с глаз долой, пока я не вспомнил другие обычаи. Например — поедание врага заживо!

— Духи услышали тебя, — ответил Грум и выдохнул колечко дыма. Горран поперхнулся собственным смехом и уставился на шамана выпученными глазами.

— Это что, шутка такая? — прошипел Альберт, нарезая круги по шатру шамана. Исмаил молча наблюдал за метаниями товарища. — Какой-то молот Малабара. Какой-то призрачный бык. Охренеть вообще!

— Молот ты уже нашел, — улыбнулся Грум. — Маяк светил тебе недаром. Кто-то хотел, чтобы ты откликнулся на зов. Кто-то очень могущественный. Уверен, и остальное найдется тоже!

— Ага, как же. Знамя сгинуло вместе с крепостью, что за бык я вообще без понятия. Но самое страшное — что меня сожрут живьем, если я не достану все это! Пойди туда не знаю куда, черт возьми. Вот уж спасибо, Грум, услужил!

— Сядь и прекрати орать как взбесившаяся баба, — раздался в голове голос Зарзула.

Шайн резко замер и плюхнулся на задницу. Исмаилу показалось, что у друга случился припадок и рванул было на помощь, но Грум его остановил.

— Знамя лежит не в крепости, а в Астрале — мире духов. Твой мертвый приятель говорил об этом не раз. Призрачного быка можно достать там же. Но не надейся получить все даром. Я буду испытывать тебя и лишь потом решу, достойный ли ты претендент. До встречи за чертой, белый орк.

Шаман подался вперед и спросил:

— Ну что он сказал?

Альберт выдохнул и передал суть разговора.

— Хм. Я могу сварить зелье Проводника, но ты должен твердо решить — пойдешь ли за ним. Смерть души в Астрале убьет и бренное тело в мире живых.

— Уж лучше так, чем стать обедом. Готовь свое пойло, шаман.

Грум развел костерок в неглубокой ямке посреди шатра. Налил в котелок хмельного молока, поставил на огонь. Когда напиток закипел — добавил сушеных поганок, жабью шкурку и горсть корешков, которых Альберт распознать не смог.

Пока