Белый орк - Сергей Николаевич Чехин

— Орки. Я теперь член племени, если что. Человек с двойным гражданством.

— Поздравляю. А теперь давайте уже пересечем границу, я замерзла, сил нет.

Шайн с радостью предложил бы ей погреться, но только не при Тарше. Жевавшего мерзлую траву буйвола снова запрягли и выдвинулись к пропускной заставе. Там дежурило десять эльфов — все в лощеных, украшенных позолоченными завитушками доспехах и меховых плащах. При виде ранних посетителей дозорные послали за командиром, а сами выстроились на узкой тропке между рядами остро заточенных кольев.

Альберт прекрасно знал, что этот маневр лишь для отвода глаз. За деревьями и в спрятанных среди хвойных лап «гнездах» полно лучников. Стоит только дернуться и будешь весь изрешечен стрелами и болтами.

Командующий заставой обитал в небольшом остроге. Пожелтевшие стены виднелись за первым рядом могучих стволов, играющих роль естественной стены. Над бревенчатой постройкой курился дымок, слышался топот и рев оленей.

Главному пограничнику, дабы обозначить свое исключительное превосходство, требовалось как следует поморозить гостей, и лишь потом явиться для досмотра. Спутники прождали битый час, разглядывая замерших точно статуи бойцов и отряхиваясь от нападавших на плечи и головы снежинок.

Наконец в сопровождении шестерки мечников пришло его высочество. Высокий и тощий, как и все остроухие, чрезвычайно молодой на вид. Поставь его рядом с Ларией — одногодки одногодками. Как он добился такого поста в столь юные годы Альберт не знал, но догадывался.

А власть, помноженная на отсутствие опыта и житейской мудрости, развращает сильнее дьявольских посулов. Командир встал напротив визитеров, надменно задрал подбородок и спросил:

— По какому поводу?

Дипломат учтиво поклонился, стараясь не обращать внимания на неподобающий тон и явное неуважение со стороны собеседника.

— Меня зовут Альберт Шайн, я уполномоченный посол императора Ульриха Четвертого. Везу подарок вашему королю, достопочтенному Валтерри Златолисту.

Командир не удосужился представиться. Бегло взглянул на сундук, ткнул в него пальцем в атласной перчатке и распорядился обыскать груз. Пограничники, до того не смевшие даже шелохнуться, разом ожили и запрыгнули в телегу. Орки, которым первым перепало «щупать» сундук, сорвали с него все замки, так что бойцам было достаточно откинуть крышку.

— Картины, ноты и книги, — сказал эльф, перелистывая какой-то фолиант. — Вне сомнений, ценности нашего народа.

— Контрабандисты, значит, — фыркнул начальник. — Арестовать их!

Пограничники ринулись вперед. Исмаил и Тарша выхватили оружие, но просвистевшие над головами стрелы вмиг остудили пыл драчунов.

— Подождите! — воскликнула Лария. — Это ошибка! Они действительно те, за кого себя выдают!

— Выдает тут только один, — ответил командир. В это время бойцы окружили странников и целились в них мечами и алебардами. — Остальных я вообще не знаю. И если человек действительно дипломат, пусть предъявит пропускную грамоту!

— Грамоту… — Альберт улыбнулся и почесал затылок. Грамоту, грамоту… Кажется, она была во внутреннем кармане камзола. А где теперь камзол Шайн понятия не имел.

— Бросайте оружие и спешивайтесь!

Пришлось подчиниться. Вчетвером воевать против целой заставы — дело глупое и неблагодатное. Потом все станет на свои места, и этот хлыщ еще будет приносить официальные извинения. Арестантов поставили на колени и связали руки за спинами.

— В допросную их, — распорядился начальник и зашагал к острогу.

Несмотря на свою высокую духовность и развитую культуру, в плане допросов эльфы мало отличались от людей. Разве что инструментами. Остроухие тщательно берегли лес, не тратили дрова по пустякам и не могли позволить себе такую роскошь, как раскаленные пруты. Зато мастера и кузнецы шагнули далеко вперед и от многообразия орудий истязания, развешанных на стенах, подкашивались ноги. В буквальном смысле.

Лария, оравшая всю дорогу и пугавшая своими связями в разведке, затихла и съежилась как мокрая мышь. Тарша глядела на палача с вызовом, странно, что в морду ему не плюнула, хотя все еще было впереди. Шайн предусмотрительно молчал, Исмаил тоже особо не звенел.

Командир снял со стены штуку, похожую на железный собачий намордник с двумя винтами по бокам, повертел в руках, будто примериваясь, кому подойдет этот инструмент. Повесил на место, взял квадратную коробку с двумя круглыми прорезями: одну явно для пальца, вторую для кое-чего иного, но сходного по форме.

— Ну. Говорите уже, кому хотели сбыть товар.

— Королю, — прошипел Альберт. — И не сбыть, а подарить.

— А грамоту вы, значится, потеряли, когда сменили человеческую одежду на эти варварские шкуры. Или когда вам рожу разукрашивали? А что если я сдеру кожу аккурат по этим рисункам? Выглядеть будет не так красиво, зато останется на века. Точнее — до конца пытки, которую вы вряд ли переживете.

— Ошибаешься, — проскрипел Исмаил. — Это я сдеру с твоей жопы шкуру и пошью сапоги. Как тебе такой вариант?

— Какой наглец, — хмыкнул истязатель. — Думаешь спрятаться за своей броней? Ну так мы ее снимем. И вообще, покажи-ка свою мордашку…

Командир шагнул к рыцарю и рывком поднял забрало. Выдохнув слово, которое можно перевести как «… вашу мать», эльф отшатнулся, споткнулся и ударился спиной о стену. Затем кое-как поднялся и выбежал из пыточной, на ходу веля срочно вызвать тайную службу и пару капелланов. Снаружи раздался скрежет, будто дверь подпирали бревном.

— Ну замечательно, — буркнул Шайн.

— Лучше и не придумаешь, — согласился Исмаил. — Теперь выйти на «крыс» будет куда проще.

Пленникам пришлось ждать «всего» несколько часов — Златолист — столица, названная так в честь основавшей ее династии, находилась недалеко от границы. За это время Исмаил успел примерить почти все пыточные орудия и проглотил несколько колюще-режущих предметов. Так как меч отобрали, пригодится все, что может убивать.

Затем в камеру вошел капеллан. Эльфы поклонялись природе, поэтому роль священнослужителей играли друиды. Эти ребята в своей любви к разномастным цацкам и украшениям порой могли перещеголять и орочьих шаманов. Друид был облачен в ярко-зеленую робу с перевязанными тонкими корешками рукавами. Лицо закрывало серое нечто, видимо призванное изображать маску волка. А на голове крепились длинные лосиные рога, которыми колдун едва не задевал потолок.

Капеллан подошел к Исмаилу и потыкал его посохом, больше похожим на вытащенную из ближайшего бурелома палку. Воздел руки и нараспев произнес:

— Пред моими очами потустороннее существо, но осколок души, заключенный в нем, чист, светел и не несет угрозы Лесу!

— Я бы поспорил, — тихо проворчал Шайн.

— Не бойтесь его, дети Древа Жизни!

После короткой исповеди вошли солдаты и вывели пленников наружу. У