Прекрасная колдунья - Патриция Райс

Эйлин немного успокоилась и откинулась на широкую спинку стула. Что успел Дрейк рассказать святому отцу? И что осмелится рассказать ему она сама? Лучше опозорить себя сейчас, перед лицом одного человека, чем потом об этом узнает весь женский монастырь.

– Я не знаю, что рассказал вам лорд Шерборн, отец, но есть вещи, о которых не знает даже он. Если я останусь здесь надолго, вам придется искать для меня повитуху.

Священник удивленно вскинул на Эйлин глаза.

– Думаю, что в этом случае лорд Шерборн сделал свое предложение как нельзя кстати. Никому не нужно знать точную дату вашей свадьбы. Будет вполне достаточно сказать, что ваш ребенок родился в законном браке.

Эйлин удивленно округлила глаза:

– В законном браке?

– Конечно, – твердо произнес священник, вставая со стула. – Лорд Шерборн попросил меня назначить церемонию на завтрашнее утро. Оставляю за вами право сообщить ему о наследнике. Он, я думаю, будет очень рад.

Священник вышел, а Эйлин так и осталась сидеть посреди комнаты. Она никогда не думала о том, чтобы выйти за Дрейка. Значит, он передумал возвращаться в Англию? Но раньше он об этом не говорил. Тогда почему он хочет жениться на ней? Его дома ждет невеста. Памела более подходит на роль маркизы, чем Эйлин.

Сквозь открытую дверь Дрейк видел, как Эйлин неподвижно сидит, уставив взгляд себе в колени, А вдруг она скажет ему «нет»? Как же заставить ее согласиться? Старый священник сказал, что все хорошо, но он не знает Эйлин так, как Дрейк. Она девушка самостоятельная и своенравная. Дрейк тряхнул головой и решительно вошел в комнату.

Подойдя к Эйлин, он взял ее за руку и поднял со стула.

– Святой отец сказал, что немного поспешил и уже рассказал тебе о том, о чем я должен был спросить давным-давно. Но я лично хочу услышать твой ответ. Эйлин, ты выйдешь за меня замуж?

Глаза девушки расширились от панического страха, но она прижалась щекой к груди Дрейка, чтобы он не увидел ее лица. Если бы она думала, что он и вправду этого хочет, то послала бы все сомнения к черту и с радостью вышла бы за него. Но он предлагал ей пожениться только потому, что чувствовал себя обязанным сделать это. Сглотнув стоявший в горле ком, Эйлин отрицательно покачала головой:

– Не нужно, Дрейк. Мы ничего друг другу не должны. Я не прошу тебя узаконить наши отношения. Спасибо, что привез меня сюда, но ты можешь со спокойной совестью уехать, не женившись на мне.

Дрейк приподнял голову Эйлин и, заглянув ей в глаза, сказал:

– Я не уеду, пока ты не выйдешь за меня замуж.

– А что же будут делать бедные сестры? Глядя на тебя, они могут и передумать отдавать себя служению Господу и всю жизнь прожить в целомудрии! Боюсь, что они вынуждены будут выгнать тебя, – шутливо произнесла Эйлин.

Дрейк ухмыльнулся.

– Тогда выходи за меня, и единственное целомудрие, которое пострадает, будет твое собственное.

– Дрейк, я не могу…

Он приложил палец к ее губам:

– Не говори мне «нет», принцесса. Мои мотивы, как всегда, эгоистичны. Ты – это все, что осталось у меня в этом мире. Если я потеряю тебя, у меня не будет причины возвращаться. Не будет причины избегать виселицы, если именно такое решение примет суд. Дай мне надежду, принцесса. Больше я ничего не прошу.

Значит, он все же решил вернуться в Англию и продолжить борьбу. Эйлин с тревогой смотрела в любимое лицо. Около рта у него появилось несколько морщинок, которых не было прежде. Эйлин провела рукой по этим морщинам, потом убрала со лба непослушный локон и заглянула в синие глаза Дрейка. Он смотрел на нее выжидающе. Было ясно, что отрицательного ответа он не примет. Но Эйлин все же сделала попытку.

– Ты знаешь, что я никогда не смогу стать маркизой, Дрейк. Если ты хочешь, чтобы я ждала тебя здесь, то так оно и будет. Если же ты должен вернуться во Францию, я выйду за тебя. Мне ничего не нужно: ни богатства, ни титула. Достаточно того, что у нас будет крыша над головой. Мы будем жить в маленьком домике, ты – писать рассказы, а я – рисовать к ним картинки. Больше мне ничего не надо, Дрейк.

– Нет, принцесса. Я больше не верю в судьбу. Выходи за меня замуж и позволь мне уехать с твердой уверенностью, что меня ждет будущее. Я не оставлю тебя, пока мы не поженимся.

Все внутри Эйлин протестовало против этого решения, но отвергнуть Дрейка она не могла. Он не любит ее. Да, пусть он не может взять ее обратно в Англию, потому что она не аристократка. Но она любила его слишком сильно, чтобы не выполнить всего одну его просьбу. Да простят ее небеса, но она принадлежит ему.

Эйлин обвила руками любимого за шею.

– Мне следовало бы сказать «нет», и ты бы остался, – тихим шепотом произнесла она.

В глазах Дрейка вспыхнула искорка надежды.

– Тогда я превращу твою жизнь в ад, – шутя пригрозил он.

– Я знаю, – вздохнула Эйлин и, встав на носочки, коснулась губами уголка его рта. – Только по этой причине я даю тебе мое согласие.

– Ведьма, – прошептал Дрейк и припал поцелуем к мягким и податливым губам Эйлин.

Глава 19

Среди обитателей монастыря царило радостное возбуждение. Здесь никогда еще не было бракосочетаний, и обитель впервые принимала в своих стенах такую красивую пару. Аура любви окружала все вокруг.

То, что невеста была дочерью одной из послушниц, казалось, никого не волновало. Большинство сестер посвятили свою жизнь служению Господу в юном возрасте, поэтому почти ничего не знали о жизни в миру. Сестра Элизабет всегда казалась остальным послушницам немного странной, а теперь, когда ее дочь выходила замуж в стенах монастыря, и вовсе отдалилась от окружающих.

Незадолго перед церемонией она вдруг бесшумно появилась в келье Эйлин, Весело болтавшие девушки, помогавшие Эйлин одеться в свадебный наряд, мгновенно замолчали и быстро выскочили из кельи, оставляя мать наедине с дочерью.

Элизабет осторожно провела рукой по красивой атласной фате. Фасон платья был довольно старомодным, если вообще можно было сказать, что у этого платья есть фасон. Лиф представлял собой нагромождение рюшей и лент, юбка из простого атласа широкими складками спускалась до самого пола. Было заметно, что подол подшивали в большой спешке. Длинный шлейф – простой кусок ткани – так и не успели подшить. Однако несмотря на все это, платье выглядело довольно элегантным и чрезвычайно шло Эйлин. Элизабет удовлетворенно кивнула.

– Ты видела Дрейка? – спросила Эйлин, стараясь заглянуть матери в глаза и по ее взгляду понять, одобряет ли она решение дочери.

Элизабет улыбнулась и кивнула, разведя руки в стороны, показывая, какие у юноши широкие плечи. Глаза ее при этом смеялись.