В погоне за Иштар - Дина Полоскова

— Не сомневайтесь, — я продолжала изворачиваться, чтобы не даться в руки стражникам, но дистанция, к моему сожалению, становилась все меньше, — Вашему миру как раз не хватает Второго Пришествия…

Поднырнув в очередной раз под руками, я отпрыгнула в другой конец комнаты:

— Точнее у вас же и первого еще не было… А не помешало бы, ей-прогрессу! Эй, не смейте прикасаться ко мне!

Стражники зря думали, что схватить меня окажется так просто. Переместив метнувшуюся мне на помощь Ишму к себя за спину, я зажмурилась, нажав на кнопки электрошокеров, которые успела вынуть из карманов и тыкнула наугад, твердо решив биться насмерть. Еще чего не хватало! Дешево свою честь я не отдам… Дорого, кстати, тоже. И мне совершенно не нравился этот це-Цали, с подведенными бровями.

Запахло паленым мясом, коротко взвыв, попадали стражники. Це-Цали, похоже, не успел понять, что произошло — он как раз разделся до пояса, видимо, решил провести досуг с максимальным комфортом. Со словами:

— Не входил в мои планы эротический туризм, уважаемый, — я отправила его в глубокий нокаут с помощью новейшей модели электрошокера, предназначенной для обороны от крупных диких животных. Оглядев картину из лежащих вповалку стражников и полуголого це-Цали в наших с Ишмой девичьих покоях, я присвистнула. И это скромный, даже уважаемый в определенных, не сказать, чтобы широких кругах культуролог, специалист по древней космической символике.

Это был какой-то день визитов вежливости. Я и подумать не успела, что нам с Ишмой теперь делать с этой уймой непрошеных гостей, как в комнату вошел Яклин с уже знакомым нам Вестом — по словам Сеиты, его первым советником.

Недоумение, написанное на лицах очередного це-Цали и его «визиря» было достойно кисти современных живописцев, пишущих в жанре фентези — уж очень необычный был вид у наших давешних знакомцев.

— Что здесь происходит, женщины? — первым подал голос Вест. Еще один — ни здрасти, ни до свиданья…

— Да так, — пожала я плечами, — Сидим, никого не трогаем, знаете, все плюшками балуемся, а тут, как налетят — враги рода человеческого! Насилу отбились, честь свою девичью сохранить дабы…

— Что с моим братом? — перебил меня Яклин, едва взглянув на неуклюже лежащего це-Цали. Откровенно сказать, очень даже его понимаю — вид у полуголого пухлыша был так-себе, и брови размазались… А если серьезно, я смотрю не очень-то кто-то скорбит о братце.

— Спокойствие, только спокойствие, — продолжала я цитировать горячо любимую писательницу-соотечественницу мамы, точнее ее приемной семьи, — Скоро придет в себя.

Мне показалось, или Яклин остался недоволен этим фактом?

М-да, а ведь учитывая милые нравы Зиккурата, готова поспорить — до следующей красной луны этот с нарисованными бровями не доживет.

— Как посмела ты, женщина, коснуться це-Цали? — выдал Вест запоздалую реакцию на происходящее.

— Я посмела?! Так меня еще никто не оскорблял! Этот ваш це-Цали хотел меня изнасиловать, Ишма подтвердит! Я только защищалась.

Яклин внимательно посмотрел на Ишму, которая торопливо закивала головой, не осмеливаясь поднять глаза, потом на меня, потом на Веста.

— Усильте охрану, — бросил он своему советнику, — Не хватало еще, чтобы какая-то бестолочь, вроде моего непутевого братца, повредила подарок Цалибу Иннатхи.

Ну вот, допрыгались. Охрану, значит, усилить… Похоже и в самом деле придется отложить побег до дороги… Этого самого селения Тришкуу… Надеюсь, нас не будет ждать там очередная ловушка, организованная этой самой Сеитой? Впрочем, зря это я, людям надо доверять.

Яклин хлопнул в ладоши — тотчас в покои вошло четверо стражников, по виду — ничем не отличавшихся от предыдущих. Не гарем — а проходной двор, честное слово!

— Заберите это, — брезгливо указав на тело брата, приказал це-Цали.

— Эй! И эти доблестные воины, как я понимаю, здесь тоже лишние, — я сделала заговорщицкое лицо и кивнула в сторону лежавших стражников.

— У тебя, я вижу, много сюрпризов, женщина. Советую не использовать их в моем Дворце, — сухо сказал мне Яклин, и так спокойно и ровно посмотрел на меня, что мороз по коже пошел. Ну как, мороз. Морозец… Изморось…

— Не понимаю, о чем вы говорите.

— Перед поездкой тебя хорошо осмотрят, чтобы чего подобного не прихватила с собой, — не обращая внимания на мой старательно демонстрируемый невинный вид, пообещал це-Цали.

— Помилуйте, уважаемый, а как бедной девушке отбиваться от ваших холопов в дороге? Сами видите, — я скорбно вздохнула.

Яклин сверкнул напоследок глазами, ничего не сказал, и ушел.

— Ну что, мать, — обратилась я к Ишме, — Будем думать, как спрятать то, что у нас осталось из оружия и прочих важных на вашей гостеприимной планете вещей…

Ишма — она начинает меня радовать — понимающе кивнула.

Глава 15

Римма осторожно вытянула палец и протянула руку к бабочке с метровыми фиолетовыми крыльями. Красивая бабочка-лершавык сначала затрепетала крыльями, оставляя сиреневые сполохи в утреннем прозрачном зиккуратском воздухе, затем принюхалась. Палец космоорнитолога был покрыт сахарной пудрой — если верить энциклопедии, излюбленным лакомством семейства лершавыковых. Бабочка недоверчиво высунула хоботок, попробовала, затем споро перебралась на тонкий палец Риммы и приступила к угощению. Римма смотрела на это чудо с восторгом первооткрывателя — кто из ее знакомых коллег может похвастаться, что кормил лершавыка с руки? Они это чудо природы только на страницах справочника наблюдали. Порода мало изученная, нераспространенная. Но на Зиккурате обитает в изобилии.

Правда пришлось пойти на гнусный шантаж Юдвига и кое-какие унижения, связанные с исполнением прихоти птицы с вздорным характером: Юдвиг непременно желал сделать крюк в пути, и заглянуть в рощу хлебных деревьев — на Арттдоумие хлебных деревьев не было, и птица решила, что на них непременно должны расти булочки. И это не считая гастрономических капризов, претворять которые в жизнь Римма с ног сбилась. И крюк в их положении делать было по меньшей мере, неразумно. Сошлись на небольшом отклонении от курса и посещении живописного оазиса: хлебные деревья Римма обещала показать Юдвигу на Земле, ну или на одной из колонизированных лун-ферм по пути, тех, на которых климат подходящий, сродни земному субтропическому. Капризная птица согласилась на компромисс и приманила лершавыка, обернувшись самкой его породы. И вот теперь, приманив красивую редкую бабочку, Римма наконец-то сделает необходимые снимки, возьмет пробы…