Темное искушение - Бренда Джойс

Смерть, подумала Клэр, не в силах вздохнуть.

Но черная тьма рассеялась, открыв взору золотоволосого человека в темно-красных одеждах. И граф Морей улыбнулся ей.

— Привет, Клэр.

Глава 12

Клэр почувствовала, как задрожали ее колени. Ей не нужно было представлять этого человека, чтобы понять, что перед ней Морей.

— Откуда вы знаете мое имя?

Она смутно поняла, что все в комнате подтянулись, встав рядом с ней и Малкольмом.

— Я знаю все, — ответил он, сверкнув белыми зубами.

Ни один человек не мог быть более прекрасным. У него было лицо греческого бога, нет, кельтского бога, к тому же, он и был им, или почти был. Клэр знала, что его тело идеально, его красота благоговейна, и также знала, что у него нет души и смерть следует за ним по пятам, а он наслаждается этим.

И пока она там стояла, парализованная страхом, оставшаяся тьма в ее мыслях рассеялась.

Входная дверь открылась. Но это была не мама. Внутрь проскользнул темный призрак.

В ужасе Клэр вскочила в стенной шкаф, сильно хлопнув дверью, но сначала она оглянулась и увидела человека, стоящего посреди гостиной и пристально смотрящего на нее.

Клэр всхлипнула от страха.

Дверь открылась.

Клэр закрыла глаза руками, съежившись под свитерами и жакетами, висевшими там. И он потянулся к ней и схватил за руку. Клэр вытащили на свет. Она подняла голову и заглянула в его черные, бездонные глаза.

Я скоро приду за тобой.

Клэр задохнулась от ужасного воспоминания.

— Тебе нет никакого дела к Клэр, — резкий голос Малкольма ворвался в ее мысли.

Сейчас он стоял прямо перед ней.

— У тебя дело только ко мне. Только ко мне.

— Вообще-то ты ошибаешься, — мягко ответил Морей с красивой улыбкой на лице. — Судьба Клэр в моих руках. Каков отец, таков и сын, — добавил он.

Клэр замерла.

Малкольм вынул меч из ножен, но Ройс схватил его за руку.

Морей засмеялся над всеми ними.

— В этой комнате так много страха, что моя сила возрастает. — Он облизал губы, глядя на Клэр, и она почувствовала его возбуждение и ужаснулась. — Я буду наслаждаться тобой гораздо больше, чем Мейрид.

Малкольм с яростью кинулся вперед.

Эйдан встал перед ним, чуть не напоровшись на лезвие меча. Ройс и Иренхат схватили его, но Малкольм пытался сбросить их всех. Клэр бы завопила на Малкольма, но ее голосовые связки не могли произвести ни звука. Она только и могла думать о том, что однажды Морей смертельно ранил его, и что он может сделать это снова.

— Ты никогда не притронешься к ней, — проревел Малкольм.

— И кто остановит меня? — промурлыкал Морей. — Такой слабый Повелитель как ты? Твой собственный отец потратил одиннадцать лет, преследуя меня, или как он там думал. Я устроил ему веселую охоту, а все это время Мейрид оплакивала свою измену, неверность и вероломство.

Малкольм вырвался из рук Ройса и Иренхата и с боевым кличем ринулся вперед:

— A Bhrogain!

Клэр закричала.

Эйдан развернулся и схватился за его меч рукой.

— Не таким способом! — закричал он.

Малкольм его оттолкнул, но его снова схватили Ройс с Иренхатом, оттаскивая назад, в другую сторону. Он опять умудрился стряхнуть их с себя. Морей засмеялся.

Клэр вскрикнула от ужаса, когда Малкольм пошатнулся, словно его ударили. Но он стоял один, и физически его никто не ударял.

— Даже не пытайся, — свирепо сказал Ройс, и она увидела, как Морей побледнел и крякнул, словно его тоже только что ударили.

— Нас здесь четверо, — добавил он холодно.

Клэр огляделась. В комнате витало так много мужской, разгоряченной силы. Она поняла, что находится в самом центре некоего кинетически безвыходного положения. С висков Ройса капал пот, его глаза горели. И у всех мужчин в этой комнате был такой же вид, даже у Морея.

Эйдан с суровым видом встал напротив Морея, широко расставив ноги:

— Я порядком устал от твоих визитов, — выпалил он. — Ты сейчас в моем доме. Здесь я хозяин, и я не давал тебе позволения войти в мой зал. Убирайся.

Морей безрадостно улыбнулся.

— Три года назад я предпочел оставить Малкольму жизнь, хотя мог оборвать ее. Он вкусил восхитительное наслаждение, которое мы находим в смерти, таково было мое желание, и вскоре, он снова испытает такое удовольствие. Он будет моим.

Морей обхватил рукой Эйдана за лицо и слегка провел своими длинными ногтями по щеке. Он прошептал:

— И ты, мой мальчик, тоже будешь моим. Это всего лишь вопрос времени.

Он отпустил его и улыбнулся Клэр. А затем исчез.

Клэр хотела подбежать к Малкольму, но не могла двинуться с места. То, что Морей замыслил для всех, было хуже, чем смерть. Все-таки, он Сатана.

Она почувствовала тошноту и упала на колени.

А затем Малкольм опустился на колени рядом с ней.

— Все кончено, — резко сказал он, заключая ее в объятия. Он крепко сжал ее.

— Кончено? — выдохнула Клэр, едва способная говорить. — Нет, не кончено, ничего не кончено. Все только началось.

— Я защищу тебя, — ответил он, сжимая руки, и взгляд его был суров.

Она отпрянула от него, ее страх сменился возмущением.

— Как? Как ты сделаешь это? Ты слышал его? Меня он изнасилует и наградит ребенком. Тебя он превратит в повелителя зла. Эйдан? Эйдан также отмечен. Пока нет способа уничтожить его, мы все будем страдать от судьбы, намного худшей, чем смерть.

Малкольм тяжело дышал.

— Ты имеешь полное право бояться, Клэр. Ты только что в первый раз увидела лорда тьмы. Я понимаю, как ты обеспокоена.

— Обеспокоена? — она подумала, что это весьма сдержанное высказывание для этого века. Она посмотрела на Малкольма. — С тобой все в порядке? Что только что произошло?

Малкольм заколебался.

— Он ударил меня своей силой. Я был связан ей, но он не смог сокрушить меня. Когда мы все вместе используем свою силу против его силы, он не может причинить большого вреда.

Клэр содрогнулась.

— Но почему тогда вы, четверо, не объедините свои силы и не убьете его?

Взгляд Малкольма ожесточился.

— Если бы его можно было так победить, мы бы уже сделали это.

— Отлично! У него хватает силы, чтобы противостоять вам четверым!

Клэр пыталась дышать глубоко и равномерно. Но не получалось. До этого момента, она не осознавала, что зло действительно есть. Оно всесильно, ужасно, пугающе, и оно собиралось погубить всех до полного уничтожения. Точнее говоря, зло хотело использовать ее, использовать против Малкольма. Оно хотело душу Малкольма.