Энциклопедия логических ошибок: Заблуждения, манипуляции, когнитивные искажения и другие враги здравого смысла - Иммануил Толстоевский

Джордж Буш: «Или вы с нами, или с террористами»[227].

Энакин Скайуокер: «Если ты не со мной, значит, ты мой враг».

Оби-Ван Кеноби: «Только ситхи все возводят в абсолют».

•••

Говоря о понятии «утверждение дизъюнкта», мы уже слегка касались ложных дилемм. Возможно, это самая ходовая уловка, когда речь идет о принятии критических решений: как видите, она повсюду – от священных книг до современной политики.

Кстати, если вы заметили, даже ошибка нирваны – ложная дилемма, поскольку из всех возможностей на первый план выводятся всего две: статус-кво и идеал. Если идеал недостижим, значит, статус-кво.

•••

На практике, как намекают вышеприведенные цитаты, варианты выбора преподносятся стратегически. Первая стратегия – черно-белое кодирование. Первый вариант – правильный, благой, а второй – от дьявола.

В 2019 году в Венгрии провели официальный плебисцит с необязательным участием «для сбора мнений населения». Его истинной целью была пропаганда правительственной повестки. Поэтому и вопросы в анкете были до смешного односторонними: «По-вашему, государство должно поддерживать незаконных мигрантов или венгерских рабочих?»

И действительно: зачем им в ЕС Турция, если у них уже есть своя Турция? Кстати, о Турции: референдумы по «пакетным» законам очень опасны – именно из-за «черно-белого» эффекта. Сгрести кучу вопросов, каждый из которых требует отдельного обсуждения и едва ли сводится к двум вариантам, запихнуть ее в один пакет, а затем разыграть патриотическую карту: подход формально демократический, но по сути довольно авторитарный.

Или, например, втиснуть дискуссию в рамки «РПК[228] или сильная великая Турция?» – на деле то же самое, что вообще запретить любые дискуссии на эту тему. Достаточно к месту и не к месту вступать в политические споры, чтобы получить клеймо «террориста».

Если бы древние афиняне, всенародно обсуждавшие любой пустяк, увидели, что́ наши современники творят во имя «демократии», – не знаю, пожалели бы они нас или осыпали упреками: «Мы что, для этого так корячились? Чтобы две с половиной тысячи лет спустя вы там, за морем, впали в такой маразм?»

•••

Если первый тип кодирования дилеммы – черно-белый, то второй – «напугать смертью и заставить выбрать малярию» (есть такое турецкое выражение). Тут человека подталкивают выбрать меньшее из двух зол. С грустью признаю: на всех выборах я так и делал – выбирал лучшее из худшего.

•••

Я испортил вам настроение? Давайте сменим тему и поговорим об изящном методе разрешения дилеммы: о парадоксе суда. Софист Протагор обучал некоего Эватла бесплатно – пока тот не выиграет свое первое дело в суде. Однако по окончании обучения Эватл не стал участвовать в судебных тяжбах. Протагор вызвал его в суд и потребовал плату: «Знай, о глупейший юноша, что в обоих случаях будет так, что ты отдашь то, что я требую, будет ли приговор против тебя или за тебя. Ведь если дело обернется в мою пользу, то мне будет полагаться плата по судебному решению, поскольку я выиграю, а если решение будет в твою пользу, то плата будет полагаться мне согласно договору, поскольку ты выиграешь дело».

Но ученик превзошел учителя: «Знай и ты, мудрейший учитель, что в обоих случаях будет так, что я не отдам тебе то, что ты просишь, будет ли вынесено решение против меня или за меня. Ведь если судьи выскажутся в мою пользу, то тебе по приговору ничего полагаться не будет, поскольку я выиграю тяжбу; если же они вынесут приговор против меня, то я ничего не должен тебе по договору, поскольку не выиграю дело»{93}.

Все бы ничего, но, по-моему, суд должен счесть виновными обоих – за заключение дурацких трудовых соглашений.

59. «Скользкий тип». Ошибка побежденного борца[229]

Менять и усложнять критерии доказанности по мере обоснования тезиса.

Определить критерии доказанности – залог плодотворного рассуждения. Если эксперименты опровергают вашу гипотезу, нельзя задним числом ее менять в духе: «…а на самом деле я имел в виду совсем другое». Лишь признав крах первоначальной идеи, следует приступать к новым экспериментам: «А что, если попробовать вот так?»

Честная дискуссия всегда следует тем же путем – выдвигая сильнейшие аргументы, мы как бы говорим оппоненту: «Опровергнешь – не стану упрямиться, могу и передумать». Если критерий доказанности соблюден, спор либо заканчивается (убеждение), либо неожиданно сворачивает в сторону, но обе стороны признают, что доказанное – доказано. Иначе говоря, и в исследовании, и в споре налицо прогресс, признаваемый всеми заинтересованными лицами.

На сегодня это все новости из страны розовых пони. Увы, в нашем измерении дела обстоят иначе. У нас первый же прилив уносит лодку от берега, и плодятся новые и новые критерии доказанности.

РЕЛИГИОЗНОЕ БРАТСТВО. СЛУЧАЙ

Священник. Он выиграл, друзья, ничего не попишешь.

Имам. Я спрашиваю, как там в Африке, а ты что несешь? Кто выиграл?

Священник. А, я по скайпу, не расслышал. Кто выиграл-то – Дарвин, конечно. 90 % ученых за него. Критическая масса.

Аднан. Господин, позвольте вклиниться, у меня вопрос к священнику. Если эволюция существует, то почему не появляются новые виды?

Священник. Появляются, Аднан-эфенди. Вон – бактерии.

Аднан. Отлично, но это микроэволюция, а нам нужна макро-, нужны переходные формы.

Священник. Ну, есть же окаменелости.

Имам. Есть же Коран!

Аднан. А вы не вмешивайтесь, уважаемый, я сейчас разберусь. Святой отец, все вроде складно, но как же сложность человеческого глаза?

Священник. У разных животных глаза устроены по-разному – у кого-то примитивно, у кого-то сложно.

Аднан. Может, и так, но что было до Большого взрыва-то?

Священник. Ладно, я пас, что-то он разошелся.

Раввин. Друзья, а то, что эволюцию отстаивает священник, – просто совпадение? В беседе чувствуется легкий ориентализм.

Аднан. А вы молодец, господин раввин, прямо глаз-алмаз. И, конечно, такой глаз не мог возникнуть по случайности.

На этом моменте вы, должно быть, вспомнили перфекционистский напор ошибки нирваны. Но в том случае критерии доказанности оставались неизменными. Недостижимыми – да, но неизменными. А тут они в постоянном движении – и поэтому в английском эта ошибка описывается выражением moving the goalpost («двигать ворота»). Каждый раз, преодолев одно препятствие, вы упираетесь в новое условие и никак не можете понять, куда двигаться. Особенно злит, что противоположная сторона даже не хочет замечать, что вы преодолели эти препятствия.

● Нет видообразования (есть).

● Нет роста объема сохраняемой информации (есть).

● Нет переходных форм (есть).

● Окаменелости поддельные (единицы – да, большинство – нет).

● Такая сложность не могла быть достигнута в результате эволюции (могла).

● Неужели все это случайность? (Так никто и не говорит, что случайность.)

● Возникновение жизни? (Спроси у соседа – специалиста по абиогенезу[230].)

● Возникновение Вселенной? (Спроси у соседа-физика.)

● В чем смысл жизни? (Легко: 42.)

На следующий день следующий Аднан завязывает тот же разговор с того же места, и история повторяется…

60. «Пускать пыль в глаза». Ошибка импровизации[231]

Под надуманными предлогами продолжать защищать утверждение, ложность которого стала очевидной.

Нет, ad hoc – это не сокращение от «Аднан Ходжа» (Adnan Hoca), раз уж мы заговорили об эволюции. На эльфийском это означает «для определенной цели».

В контексте нашей темы эту схему можно интерпретировать так: набор аргументов, направленных на то, чтобы любой ценой не проиграть, и применимых только к этому спору (в любом другом они окажутся бессмысленными).

Двигая ворота, мы то и дело меняли критерий доказанности и притворялись, будто с самого начала отстаивали именно это. Здесь мы проделываем нечто похожее и судорожно пихаем в спор любые резоны и доводы, приходящие на ум, лишь бы не оказаться неправыми. Так что ad hoc, строго говоря, не ошибка и даже не просто уловка, это целая тактика спора.

•••

Боюсь, определения вышли чересчур абстрактными. Давайте немного конкретизируем их на примере истории экстрасенса, бросившего вызов скептикам. Помните Ури Геллера? Когда-то он то и дело мелькал на ТВ, заявляя, что гнет ложки и ключи телекинезом,