Гарри Поттер и Вторая Великая Война - Ольга Чернышенко

Больше ничего особенного не происходило: учителя давали полугодовые проверочные работы, ученики с горем пополам пытались выполнить хотя бы большую часть заданий. Многие с удивлением обнаружили, что в большинстве вопросов контрольной по Защите от Темных Искусств знакомыми кажутся только отдельные буковки. Поэтому, когда Аластор Грюм поинтересовался, все ли в порядке, на фоне общего гула внятно прозвучала только реплика Дина Томаса:

— Да, сэр. Все ясно. А когда можно будет пересдать?

Шестому курсу пришлось провести несколько ночей без сна, выпить массу разнообразных запрещенных зелий, а потом выползти из класса ЗОТИ, добрести до своей гостиной и рухнуть куда придется, не просыпаясь до следующего вечера — последнего перед Рождеством.

Когда на небе загорелась первая звезда, широко зевающие ученики начали спускаться в Большой зал. В этом году занятыми оказались все столы, поскольку из-за напряженной ситуации в стране и бессистемных нападений Пожирателей многие родители решили оставить детей в школе. Так всем было спокойнее.

Старшекурсники лениво передвигали тарелки, изредка перебрасываясь ничего не значащими фразами. Ребята помладше с изумлением разглядывали празднично украшенный зал, косматые ели и серебряные сосульки из нетающего льда. Постепенно разговоры стали оживленнее, с наступающим праздником поздравил всех Дамблдор, как вдруг глухой стук донесся со стороны учительского стола. Профессора встали, напряженно вглядываясь вверх, в стаю птиц, принесших новые известия.

Белоснежная сова спикировала прямо на рождественский пудинг, вытянула правую лапку, позволяя хозяину отвязать посылку. Гарри поспешно развернул сверток и впился взглядом в передовицу «Ежедневного пророка». Заголовок поверг обитателей Хогвартса в шок: «Новый удар Пожирателей смерти: школы волшебства Дурмстранг больше нет».

Гермиона вскрикнула, вырвала из рук Гарри газету и начала лихорадочно ее просматривать: «Это случилось в семь вечера… Долго готовились… Кто-то передал информацию… Аврорат прибыл, как только… Все, что удалось сделать…»

Минерва МакГонагалл постучала по кубку, привлекая внимание студентов. Директор поднял руку, прося тишины:

— Произошла страшная трагедия, друзья мои. Беда коснулась тех, кого мы хорошо знали. В эту ночь погибли люди, много людей, но не время сейчас предаваться панике и отчаянью. Война продолжается… В эту минуту у стен штаба софийского аврората продолжается битва. Нас просят о помощи и, разумеется, мы явимся. Надеюсь на ваше благоразумие: старосты, остаетесь за главных. Отведите всех в гостиные и не смейте покидать их до утра. Профессора отправляются со мной.

Один за другим преподаватели скрылись за небольшой дверкой позади учительского стола. Ребята остались одни. Кое-кто кинулся дочитывать статью, большинство же детей лишь беспомощно озирались в поисках поддержки у самых старших.

— Надо отвести их, — Рон повернулся к друзьям. — Пойдем?

— Это важнее всего, — согласился Гарри, поворачиваясь ко второй старосте. — Гермиона?

На девушку было страшно смотреть: она ощутимо вздрагивала, прокусив губу до крови. Глаза покраснели от слез, а пальцы судорожно стискивали страницу «Пророка».

— Гермиона, что…

— Соберите всех, — едва слышно прошептала она. — Слышите? Отведите их в гостиную!

Голос сорвался на крик, девушка с каштановыми волосами отшвырнула от себя газету и кинулась к двери, в два счета оказавшись за ней.

— Гермиона! — попытался остановить ее Гарри. — Подожди!

— Оставь, — Рон взял залитую тыквенным соком газету и ткнул куда-то в центр статьи. — Видишь?

— «Все ученики школы Дурмстранг погибли. Следствие…» О, Мерлин! — Гарри пораженно посмотрел на Рона. — Виктор Крам, значит, он тоже…

— Тоже, — эхом откликнулся Уизли, поворачиваясь к остальным. — Так, построились все!

Гермиона сделала несколько шагов по лестнице, но вдруг остановилась. «Нет, туда придут», — мелькнула последняя разумная мысль, а дальше голова гриффиндорской всезнайки отказалась соображать. Как-то неожиданно быстро в поле зрения оказалась входная дверь… Морозный воздух ворвался в легкие, обжигая все внутри, но от этого даже стало чуточку легче… Так можно было хоть немного унять боль в груди.

«Его нет!» — одна мысль стучала в висках. — «Его нет больше… Виктор… Вики… Нет…»

Неровные шаги, тонущие в снегу колени… Промокшая насквозь мантия… Кусочки льда на ресницах… И одно желание: забыться… Уйти… Подальше… Еще…

Луна тусклым светом освещает ей путь.

— Гермионы нет в комнате, — Парвати говорит спокойно, даже как-то буднично. Она всего лишь сообщает информацию. — Мальчики, она не у вас?

Гарри и Рон удивленно переглядываются. Тень беспокойства мелькает в глазах. Едва заметная, но все-таки… Ее достаточно. Поттер идет за Картой Мародеров.

— Выручай-комната пуста, — пальцы скользят по пергаменту. — В ванной для старост ее тоже нет… У Миртл… И здесь… Подожди! Ох, Гермиона…

Карта выпадает из рук. Гарри бросается в спальню, распахивает створки окна настежь, затем достает из шкафа Молнию. Короткий рывок — и только ветер гуляет по комнате.

В Запретный лес ведут несколько тропинок, и крохотная точка с надписью Гермиона Грейнджер только что подошла к концу одной из них.

— Гарри, подожди! — фраза повисает в воздухе, адресат уже далеко.

Рон в отчаянии вглядывается в черноту за окном, затем бросает короткий взгляд на карту и пулей вылетает в коридор.

В это время Гарри достигает первых деревьев. На снегу виднеется темная дорожка следов. Дальше лететь нет смысла — можно врезаться в ствол, а сверху все равно ничего не увидишь. Парень оставляет метлу за ближайшей громадиной, собираясь вернуться за ней позже, и применяет выученное на четвертом курсе компасное заклинание. И также проваливаясь в снег, бредет за Гермионой.

Звезды смотрят на это свысока.

Рон врезается в толпу слизеринцев на первом этаже и, не обращая на них ни малейшего внимания, пытается прорваться к двери. Его перехватывают два рослых семикурсника.

— Отпустите! Отпустите немедленно! В чем дело?!

— Приказ директора, — равнодушно отзывается знакомый голос откуда-то справа. — Дамблдор сказал никому не покидать гостиных, а старост оставил следить за порядком.

— Да пошел ты к черту, Малфой, со своим порядком! Мне нужно уйти…

Рон силится вырваться, но его держат слишком крепко. От отчаяния хочется зарыдать, а еще убить кого-то… Желательно того, кто сейчас совсем рядом…