Гарри Поттер и Вторая Великая Война - Ольга Чернышенко

Рон и Гермиона ошарашено моргнули.

— Ну, если так ставить вопрос…

— Именно! И никак иначе. За время нашей «беседы» меня несколько раз пытались проклясть, Грозный Глаз неслабо врезал — правда, это было уже в конце… Я их с самого начала честно предупредил: ребята, сейчас не лучшее время для общения, давайте в другой раз, — но они настаивали… Вот и поговорили.

— Гарри, — девушка опустилась рядом с ним на колени, потрясенно заглядывая в глаза. — Они тебя не простят.

— Ты влип, дружище! — помедлив, Рон плюхнулся рядом. — Хотя, безусловно, это было очень круто: сказать им правду в лицо. За такое нужно премию давать!

— Да уж, — подтвердила Гермиона. — Вот только за правду в этом мире еще никогда никому не платили. За нее приходилось расплачиваться… И все-таки, как думаешь себя вести после таких громких фраз и слов?

Робкая счастливая улыбка появилась на губах потенциального спасителя магического сообщества. Возникло снова слегка утерянное чувство уверенности в себе, а на душе вдруг стало очень светло.

— Спасибо.

— Ты не ответил…

— Да, я просто рад, что вы есть. А по поводу вашего вопроса, поверьте, я достаточно хорошо понимаю, куда влип вместе со своими желаниями открыть людям глаза и рассказать им правду. Первый звоночек раздался сегодня — статья в «Пророке» показала, насколько серьезно отнеслись к моим словам. Теперь же мне нельзя давать им повода, нельзя ошибаться, и я думаю вести себя тихо и незаметно. Чтобы придраться было не к чему, — пауза. — Идем в гостиную?

— Ты прав, пора…

Все трое встали на ноги и поправили на себе одежду. У самой двери Гермиона неожиданно спросила:

— Гарри?

— Да?

— Почему ты до сих пор не оставил магическое сообщество? После всего случившегося… Тебя что-то в нем держит?

На мгновение он застыл, переводя взгляд с Рона на Гермиону — те взволновано ожидали ответа. Затем улыбнулся, кратко ответил:

— Вы.

И первым вышел в коридор.

Ноябрь пролетел очень быстро — в попытках освоить пропущенную программу и регулярных квиддичных тренировках. К инциденту в пабе «Три метлы» никто не возвращался, в обращении преподавателей к Поттеру изредка проскакивали неприязненные нотки, но Гарри вел себя тише воды ниже травы, прилежно готовился к занятиям, и вскоре отношение к нему снова стало нормальным. Впрочем, особо задумываться о собственном отношении к Дамблдору и его последователям было некогда: до матча со Слизерином оставалось два дня.

Шел проливной дождь, небо то и дело раскалывала молния, ударяя в землю, чтобы вернуться к тяжелым грозовым облакам вновь. Ученики вздрагивали от особо сильных раскатов, гул которых легко проникал сквозь тонкие стенки в теплицы. Гриффиндорцы с когтевранцами заканчивали свою работу, в какой-то момент молния сверкнула прямо над головами шестикурсников, Чжоу Чанг дернулась и выбила у Гарри из рук часть побегов настурции. Оба склонились за ними.

— Прости, я не хотела…

— Ничего страшного, — отозвался Поттер, собирая стебельки.

— Знаешь, ты сказал тогда, что я встречалась с тобой из-за Седрика… Но ты мне тоже нравился!

— В самом деле?

— Да… И я не должна была так говорить о тебе… Ну, тогда… в пабе…

— Ладно, проехали, — отмахнулся парень, погруженный в свои мысли. — К чему теперь вспоминать?

— Да, действительно… Вы к матчу уже подготовились?

— Думаю, вполне.

— Здорово, — Чжоу чуть понизила голос. — Кстати, давно хотела у тебя спросить: ты не замечал, что Рон стал очень мрачным в последнее время?

— Рон? — Гарри коротко взглянул в сторону Уизли, с самым угрюмым видом пинавшего бочонок с семенами. — Да, пожалуй… Но он просто волнуется из-за игры.

— Ох, непросто! Поверь мне, дело здесь совсем в другом… — девушка снова занялась побегами.

— Что ты имеешь в виду? — никакой реакции. — Чжоу, ответь!

— Разве ты не понимаешь? Рон всегда находился в тени, каждый из его братьев чего-то добился, но только не он. Просто рядом с тобой у него не оставалось шансов. У Рона была, пожалуй, только одна возможность сделать что-то значительное — стать капитаном факультетской команды по квиддичу, но и этот шанс забрал у него ты. Для тебя это капитанство ничего не значит, а вот ему оно принципиально важно. Ты же просто вцепился в предоставленную должность, даже не подумав о том, что кое-кто еще хотел бы ее занять. И после этого ты называешь себя его другом?

— Я не думал, что это ему так необходимо…

— А зря, Гарри. Я бы на твоем месте отдохнула от великих дел и позволила кому-нибудь еще добиться своего. Подумай!

Урок закончился, ученики поспешили обратно в замок. Поттер серьезно отнесся к словам Чжоу и даже решил исправить допущенную несправедливость. После ужина он задержался на несколько минут переговорить с профессором МакГонагалл, затем вполне довольный собой поднялся в гриффиндорскую спальню.

Момент, когда Рон узнал о своем назначении на должность капитана команды, Гарри вынужденно пропустил: из Министерства пришло письмо, в котором говорилось о необходимости посетить Лондон для вступления в право наследования. Поэтому ранним утром гриффиндорский герой поднялся в кабинет директора и при помощи портала покинул Хогвартс.

Известие о перестановках в сборной факультета Гриффиндор по квиддичу застало Рональда Уизли врасплох — он долго не мог поверить, а потом бурно радовался, сохраняя отличное настроение, даже спускаясь в подземелья к профессору Снейпу. Во время урока зельеварения Рон шокировал всех, приготовив вполне сносную настойку Забвения, чем вызвал поток язвительных комментариев со стороны преподавателя и пожелание чаще занимать ответственные посты, желательно перед приготовлением зелий. На истории магии впервые за шесть лет в сон не погрузились два человека — Гермиона (кто бы сомневался), и Рон, серьезно занявшийся разработкой тактики игры и даже набросавший весьма оригинальную схему расстановки игроков.

Сразу после окончания занятия Гермиона выбежала из класса, чтобы успеть перехватить профессора Вектор. Уизли же неторопливо вышел в коридор и, насвистывая, последовал к Большому залу. Миновав очередной лестничный пролет, Рон услышал звонкие голоса представительниц Когтеврана: Чжоу Чанг и Мариэтта Эджком стояли у просторной ниши в стене:

— Ты только посмотри на него! Прямо светится от счастья, — Чжоу с усмешкой окинула парня взглядом от шевелюры до ботинок. — Мне бы так восторженно радоваться подачке Гарри Поттера не позволила гордость.

— По-видимому, в Гриффиндоре не знают, что это такое, — поддержала ее подруга. — Либо кое-кто просто забыл.