Страна призраков - Колин Уилсон

все получилось так быстро, что он даже сам не успел подготовиться. Какое-то мгновение — и вот Найл уже в комнате матери, что в другом крыле дворца. Стоял он спиной к двери, а мать сидела на стуле, штопая детскую одежонку.

Ощутив постороннее присутствие, она подняла взгляд и от неожиданности чуть не вскрикнула. Найл, округлив глаза, поднес палец к губам.

«Что ты здесь…» — начала она, но голос сорвался.

Видно было, что ее бьет дрожь, а шитье упало на пол. Мать наверняка думала, что перед ней привидение.

«Не беспокойся, я в порядке», — быстро сказал он.

Мать посмотрела в окно, где в ночном небе сияли звезды.

«Но ведь у нас сейчас время…»

«У меня теперь есть другой способ тебе являться. Как Вайг?»

«Все такой же, очень слабый. Но где ты сейчас?»

Найла разобрал смех. Нелепость какая: они с матерью в одной комнате, а она спрашивает, где он сейчас находится.

«В пещере, у Серых гор. Ты только не тревожься. Я снова приду, завтра».

Картина на глазах начала тускнеть; секунда — и он опять в пещере. Суть происшедшего была ясна: он слишком слабо концентрировал ум, полагаясь в основном на силу шара. Отсюда напрашивался примечательный вывод: без активного умственного усилия мощность шара на порядок ослабевает.

Часть вторая

Найл понятия не имел, как выведать о Стране Призраков хоть что-нибудь. Но едва войдя в мир кристалла, он мгновенно ощутил себя в центре некой паутины и понял, что нужно научиться считывать ее вибрации, ориентируясь по ним, как паук в тенетах. Сразу от центра, где находился непосредственно он, пролегал внешний мир, начинаясь с каменистой долины, через которую Найл проник в подземный мир троллей. Сейчас ее окутывала мгла, но стоило вглядеться, как в считаные секунды темная завеса поднялась подобно туману и пейзаж стал различим ясно как днем.

Но это не был день в обычном понимании. Он словно подернулся сероватым флером иллюзорности. Что-то подобное Найл замечал во время встречи с матерью, но счел это за слабое освещение в комнате. Теперь же было понятно: все обусловлено энергией кристалла, способной проникать сквозь твердую материю так, что незыблемые предметы обретают почти полную прозрачность. Нечто сродни «двойному видению», которое ему приоткрылось после разговора с богиней Дельты.

Ум сейчас пауком скользил по энергетическим нитям, взбираясь все выше. Вот он уже над долиной и держит курс на север. На беду, так оно и есть: места здесь фактически непроходимые. Семь лиг — двадцать одну милю — по такой заковыристой местности придется одолевать два долгих, труднейших дня.

Оглядев простершуюся к северу долину, Найл проникся нелегким подозрением: а в полной ли мере причастна природа к этому нагромождению камней и валунов? Да, обрушение было явно вызвано колоссальных размеров потопом. Но почему в таком случае на всей этой изломанной плоскости нет ни следа какой-нибудь речушки или даже ручья? И что могло вызвать такие гигантские оползни, если склоны здесь состоят в основном из гранита?

Ответ, видимо, в том, что эта долина к северу и есть главный подступ к Стране Призраков. А так как именно она и есть основной маршрут для неприятельского войска, сделать ее непроходимой — значит закрыть главный вход в подземные владения Мага.

А как обстоит дело с обходными путями?

Найл умственным усилием поднялся над ландшафтом выше.

Очертания были знакомы, он уже отчетливо видел их через воображение Асмака. Далеко впереди, где горы сточены были в иглы ветром, дождем и снегом, угадывалось то самое плато меж двух вершин, куда по несчастью приземлился Скорбо. Один из тех пиков (видимо, тот, что повыше, справа) и был Сколлен.

С середины плато спускалась река — на юг, в зеленый дол, — срываясь затем живописным водопадом с утесов долины Мертвых и дальше поворачивая на запад, к морю. Так что, судя по всему, к Сколлену лучше подходить по речной долине. А попасть туда можно, если возвратиться пройденным путем и повернуть на север где-нибудь над теми пещерными жилищами.

Таким окольным путем до Сколлена примерно три десятка миль, что займет целый день неустанного пути, от рассвета до заката. Пока за сутки удавалось покрыть лишь половину такого расстояния. Ну а как насчет менее трудоемких способов перемещения — тех же оолусов, а то и паучьего шара? Впрочем, не годится ни тот ни другой вариант. Все окажется шито белыми нитками, рискованно: любой караульный где-нибудь на вершине непременно заметит их приближение, причем издалека.

Кстати, а есть ли там посты наблюдения? Найл устремил взор через простор пейзажа и постепенно различил, что та стекающая с плато река — это на самом деле степенно набирающий силу водопад. А вот и плато — унылое, неприветливое, в окружении острых каменных зубьев, на которые, по словам Асмака, и напоролся шар Скорбо. Опять же, что могло занести паука так далеко на север от Большой стены? Даже при ветре ураганной силы он Мог бы плавно сманеврировать и по нисходящей кривой снова вырулить на юг (такое возможно — Найл сам проделывал нечто подобное на обратном пути из Дельты).

Зависнув над каменным куполом восточной горы, он различил, что это кратер потухшего вулкана с круглым, В сотню метров озером по центру. Гора была намного выше, чем представлялось издали. Но никаких намеков на наблюдательный пункт, сколько ни гляди. Тогда Найл поднялся над вершиной метров на триста, откуда взгляду открывались крутые, поросшие можжевельником склоны. Он рассчитывал высмотреть ту пещеру, где когда-то нашел себе укрывище Сатханас с горсткой слуг. Между прочим, с востока он разглядел и возможный ответ, почему эта гора на местном наречии зовется «сколлен». Каменные впадины-сколы у вершины и впрямь смотрелись как скулы оскаленного черепа.

Но эти впадины не были пещерами. Оглядев без особого успеха ухабистый рельеф горы, Найл спустился ниже и взялся искать тщательней. Наконец на глаза попалось подобие пещеры, наполовину скрытое кустами и лежащим поперек сломанным деревом. Отсюда до самой вершины вздымалась неприступной стеной сероватая порода. Пещера выходила на северо-восток, так что наблюдательным пунктом южного подступа служить никак не могла.

Попытка вглядеться вглубь ничем не увенчалась: сплошная тьма, никакого движения.

Вскоре зевота дала понять, что все эти умственные усилия не проходят бесследно. Наверное, уже близка полночь, а в путь надо трогаться спозаранку. Поэтому Найл, приподнявшись, спрыгнул с хрустального кресла на пол и по неудобным метровым ступеням спустился вниз.