Проклятие Гийома Завоевателя - Виктор Васильевич Бушмин

– Ну, и каков он, наш новый сенешаль? – Удивленно спросил Годфруа сам о себе.

Старик немного помолчал, стараясь придать солидности своим словам, потом произнес:

– Рыцарь! Одно слово, рыцарь. Высокий, словно башня! Здоровый, словно медведь! Меч у него такой большой, у герцога Баварского, и то меньше. Вот…

– А ты не врешь, случаем, старик? – Грозно спросил его Годфруа, устав слушать его трёп.

– Клянусь… – ответил старик.

– Значит, ты говоришь, что у меня меч больше, чем у герцога Баварского? – де Леви повернулся к своим рыцарям. – Слышали, разбойники, какие уже истории ходят обо мне! Я только приехал, что же будет через месяц!

Годфруа засмеялся, его рыцари тоже. Старик смотрел на них, ничего не понимая. Потом до него дошло, что он, скорее всего, разговаривал именно с самим сенешалем графства! Он упал на колени, слезно умоляя его простить:

– Ваша милость! Не велите казнить меня! Не ради себя, дурака старого, старался! Только ради жителей деревни старался! Простите, ради Христа! Ваша милость…

Годфруа встал, нагнулся и поднял старика с колен:

– Молодец! Здорово врал! Мне понравилось, как ты бойко защищал свою деревню. Как тебя зовут? Грамоте обучен? Счету?

– Самую малость, Ваша милость… Читаю немного и считаю, пока, вроде, никого не обманул. Сеньор епископ доволен… А зовут меня просто, Жан Лысый, у меня все мужчины в роду рано лысеют, вот так и зовут…

– Спасибо тебе, старик, развеселил! Вот тебе, и всей твоей деревне, десять ливров! У меня скоро свадьба, молитесь за мое, и моей будущей жены, здоровье. Скажешь епископу или его людям, что я доволен тобой.

Он кинул небольшой кошель с серебром старику. Староста долго кланялся, крестился, утомив своим ревностным видом Годфруа и его рыцарей.

– Все, старик! Ступай с Богом отсюда!

Толпа быстро испарилась, довольный староста исчез вместе с ними.

До Парижа оставался один переход…

Но Годфруа решил немного отдохнуть на природе. Деревня и её жители ему пришлись по душе. После сытного обеда рыцарям был позволен отдых. Они завалились на траву, подложив себе под головы седла и плащи. Оруженосцы охраняли сон и покой отряда, сменяясь поочередно через каждые два часа. Собираться в дорогу стали уже на закате. Отдохнувший и выспавшийся де Леви, также как и его рыцари, был полон сил и энергии. Отряд тронулся в путь, в Париж, к принцу Людовику…

XIX    Суматоха, суматоха и немного политики.

Париж. 4 июня 1102 года.

Годфруа и его рыцари, на удивление быстро, доехали до предместий Парижа. Проехав мимо монастыря Святого Жермена Оксеррского, рыцари увидели прямо перед собой остров Сите. На этом естественном укреплении располагался королевский дворец, отдельные строения которого были заложены еще Хлодвигом, здание дворца архиепископа Парижского, и еще кучу отдельных домов, толпившихся на ограниченном участке острова, делящего Сену на два рукава. Прямо по периметру острова шла старенькая невысокая каменная стена, укрепленная приземистыми башенками. Серо-коричневые камни крепостных стен и башен были, то тут, то там, покрыты мхом и порослями винограда, чьи лианы цеплялись за выступы и камни, ползя вверх.

Но порядок, раз и навсегда привитый мессиром Антуаном своим рыцарям, был виден издалека невооруженным взглядом. На мосту, перегороженном импровизированным шлагбаумом, расположился караул. Несколько арбалетчиков во главе с рыцарем проверяли проезжающих, остальные расположились сразу за мостом в небольшом деревянном укреплении, позволяющем прикрыть все подступы.

На радость Годфруа и его рыцарей, командовал заставой один из рыцарей сотни мессира де Перш, Гоше де Шатильон.

Четвертый сын знаменитого рода Шатильонов, графов Сен-Поля, Гоше решил, как и многие его сверстники, попытать счастья, подавшись в далекие края. В 1095 году он получает от отца коня, добрые доспехи, правда немного староватые, но еще сносные, немного денег и отправляется в Испанию.

В конце концов, судьба знакомит его с самим знаменитым Сидом Кампеадором, в армию которого он нанимается простым наемником. Несколько лет грабежей и отчаянных, полных риска, схваток и глубоких рейдов выводят его в командиры одного из отрядов Сида Кампеадора. Но, через несколько лет, после одного из неудачных штурмов крепости Хативы, погибла почти вся армия Сида. Оставшиеся наемники, среди которых был юный Гоше де Шатильон, израненные, измотанные и обескровленные, пробирались к себе в Валенсию, ставшую после её захвата негласной столицей самопровозглашенного княжества Сида. Гоше тяготился участью наемника, проклинаемого, презираемого и ненавидимого и союзниками, и врагами. К несчастью, или, скорее всего, к счастью Гоше, тяжелораненый Сид Кампеадор умер, так и не оправившись от этого поражения.

Решив больше не гневить Бога и не искушать судьбу, Шатильон подался на службу к принцу Людовику. Его родичи желали, чтобы Гоше выбрал роль священника, даже хотели прикупить ему какую-нибудь доходную должность.

Но, карьера прелата в каком-нибудь монастыре, обет безбрачия и все такое, не сильно прельщали молодого искателя приключений. Некоторые из его старших братьев и кузенов, которым позволял возраст, уехали в крестовый поход, предмет нескрываемой зависти молодого рыцаря Гоше. Трое из них погибли, защищая дело Креста, это была почетная и, по мыслям Гоше, красивая смерть, подобающая настоящему рыцарю.

Сейчас трудно утверждать, так ли было на самом деле, или по-другому. Сейчас Шатильон, один из многочисленного семейства Сен-Полей служил, верой и правдой, принцу Людовику. Вот и сейчас, стоя на мосту, он, мечтал о походах, славе, замках, женщинах.

В общем, о чем еще может мечтать молодой и горячий рыцарь, если ему всего двадцать три года!

Увидев, издали приближающийся конный отряд, Гоше скомандовал стрелкам. Они приготовились к возможному отражению атаки, но, рассмотрев вымпел де Леви, радостно замахали руками, приветствуя его приближение.

Годфруа подъехал к Гоше и поприветствовал его:

– Здравствуй, рыцарь Шатильон! Как твои дела? Опять, наверное, мечтаешь?..

– Здравствуй, Годфруа! Прости меня, но это мое дело, мечтать мне, или нет! – Вспыхнул Гоше.

– Да брось ты! Я безумно рад тебя видеть! Как там все наши? Что нового? Где Его высочество? Сильно ли он занят? – Интересовался де Леви, засыпая Гоше вопросами.

Он спрыгнул с коня и пошел к лавочке, чтобы немного поговорить с Шатильоном.

– А ты, что, не в курсе?.. – изумленно поднял брови Гоше.

– В курсе чего? – Не понял Годфруа.

– Вот чудак-человек! Принц с небольшим отрядом уехал, практически сразу после похода в Реймс, к мессиру Томасу де Марлю, которого атаковали его соседи вместе с его приемным папашей, Ангерраном де Бова!

Годфруа изумился. Он расстроился оттого, что принц его отослал в графство, а сам уехал в поход. Самые мрачные из его прогнозов теперь стали превращаться в явь! Людовик решил его, своего