День Победы. Гексалогия (СИ) - Андрей Завадский

— Придется рискнуть и подставиться под их зенитные ракеты. Пусть штурмовики «Харриер» нанесут удары по переправам немедленно! Ударным вертолетам атаковать передовые подразделения противника на марше!

— Сэр, потеряем много машин и пилотов! У нас и так осталось две эскадрильи штурмовиков и пара десятков «Кобр» после того, как значительные силы были направлены на Урал!

— Запросим поддержку флота, — мотнул поросшей седой щетиной головой Флетчер. — В Японском море две авианосные ударные группы, на что-то же они годятся! Но прежде чем их «Хорниты» сюда доберутся и сбросят бомбы на головы узкоглазых, нам придется действовать самим, и прольется немало крови. Нужно задержать желтых выродков, во что бы то ни стало. Мне так же, как и всем вам, мерзко посылать наших парней в мясорубку, но каждый из них, подписывая контракт, прекрасно знал, что может умереть. И теперь они будут умирать ради своей страны, ради Америки!

Лейтенант Лари Кинг уселся в пилотское кресло ударного вертолета АН-1Z «Вайпер» через шесть минут после этих слов. В передней кабине, отделенной панелью бронестекла, уже занял место оператор-наводчик уоррент-офицер Маркони. Застегнув со щелчком замки привязных ремней, Кинг спросил:

— Фред, готов? Все в норме?

— Все системы работают! Можем взлетать!

Пальцы пилота пробежались по приборной панели привычным маршрутом. Взвыли турбины, раскручивая винт, и восьмитонный геликоптер легко оторвался от «бетонки». Летное поле было непривычно пустым, Кинг разглядел лишь еще пару «Кобр» да полдюжины штурмовиков AV-8, вокруг которых суетились техники, похожие на трудолюбивых муравьев с высоты в сотню футов. Большая часть техники сейчас штурмовала никому не нужный русский город на Урале, и никто не мог подумать, что грянет именно здесь, да еще как, в полную силу.

«Кобра» мчалась с максимальной скоростью на предельно малой высоте, едва не цепляясь полозьями шасси за верхушки деревьев и ажурные опоры линий электропередач, чтобы как можно позже появиться на экранах китайских радаров. Несколько минут назад беспилотный разведчик RQ-1 обнаружил колонну вражеской техники, и сейчас пара ударных вертолетов выходила на позицию для атаки. В этих «Кобрах» осталось немного от исходного АН-1, «понюхавшего пороху» впервые еще над влажными джунглями Вьетнама. Двигатели как у «Апача», прицельная система почти такая же, да и набор вооружения стал аналогичен арсеналу армейских АН-64. Сейчас оба вертолета, подкрадывавшихся на сверхмалой высоте к ничего не подозревающим жертвам, несли по восемь ПТУР «Хеллфайр» с лазерным наведением и под два семизарядных блока неуправляемых ракет FFAR.

— Атакуем с предельной дистанции, — сообщил Кинг, в этом вылете командовавший малочисленной группой. — У противника есть ракеты «земля-воздух» и зенитные пушки! Не подставляйтесь, парни!

— Командир, вижу цель, — вдруг сообщил оператор.

— Фред, действуй! Уничтожить их!

Ракета AGM-114, «длинная рука» модернизированной «Кобры», сошла с направляющей, когда до цели, вереницы китайских БМП, перемещавшихся между сопок, было чуть менее восьми километров. Головка наведения захватила пятно лазерного луча, «подсветившего» цель, и через несколько секунд мощный взрыв проломил борт ZBD-97, круша ее тонкую броню. Через секунду еще одна бронемашина вспыхнула — экипажу второй «Кобры» тоже улыбнулась удача.

Современная война скоротечна, а удача солдата — непостоянна и изменчива, и в этом пришлось на собственной шкуре убедиться командиру мотопехотной роты китайской армии. Еще несколько мгновений тому назад под гусеницами их бронемашин вопили от боли умирающие американцы, сквозь позиции которых рота прошла едва ли не в походных порядках, и вот уже сами они из охотника превратились в почти беззащитную добычу для атаковавших из поднебесья вертолетов.

— Десанту покинуть машины! — С этим криком майор Хао Пэннин рывком распахнул створку люка в корме БМП, выкатываясь наружу из мчавшейся по кочкам и буеракам машины. — Открыть заградительный огонь!

Командир роты, кубарем прокатившись по земле, встал на одно колено, вращая головой. Уже две бронемашины, пораженные летевшими из-за горизонта ракетами, горели. Раздался взрыв, и Хао увидел, как вспыхивает еще одна БМП, из-под брони которой так и не успели выбраться солдаты. Тонкий слой металла не стал серьезной преградой для американского «Хеллфайра». Вот горящая фигура вывалилась из люка, побежала, размахивая руками, по перепаханному гусеницами бронемашин полю, но, преодолев всего метров двадцать, упала, окончательно замерев. А с неба смертоносным дождем сыпались новые и новые ракеты.

Американцы нанесли удар, как только рота, вырвавшаяся далеко вперед, вышла из-под «зонтика» ПВО дивизии, еще только начавшей переправляться на левый, русский берег своенравной Уссури. Вертолеты, представшие для майора жирными черными точками далеко на горизонте, расстреливали бронемашины, как в тире. Майор вскочил, почувствовав резкую боль в отказавшемся сгибаться после неудачного падения колене, и тотчас упал, оглушенный мощный взрывом. Он увидел, как вспыхнула еще одна БМП, с корпуса которой сорвало башню, отшвырнув ее на несколько метров в сторону, когда сдетонировали снаряды калибра сто миллиметров в укладке. Половина роты перестала существовать менее чем за три минуты.

Хао Пэннин, у которого слезы навернулись на глаза от отчаяния, сжал до боли в ладонях автомат QBZ-95, который был бесполезен против воздушного противника. Ковыляя на одной ноге, он двинулся к неглубокому оврагу, в который до этого скатились по оплывшим склонам несколько солдат, тех, кому посчастливилось покинуть свои машины, прежде чем те настигли американские ракеты.

Американские вертолеты приблизились, и Хао узнал поджарые, сплющенные с боков силуэты «Кобры». Полого пикируя, они залпом выпустили неуправляемые ракеты, накрывшие позиции китайской пехоты. Один из реактивных снарядов калибра семьдесят миллиметров, упал в овраг, разорвавшись в гуще укрывшихся там людей. Хао Пэннина чем-то ударило по каске так, что лязгнули зубы, насквозь прокусив язык, но, в отличие от многих, просто разорванных на куски осколками, он остался жив. Майор, отыскав взглядом сжавшегося на дне оврага солдата, своим телом накрывшего темно-зеленый тубус ПЗРК QW-2, крикнул:

— Поднимайся, боец! Стреляй в них!

Затравленно взглянув на командира, пехотинец только вздрогнул, сжимаясь в комок, и майор, выдернув из кобуры пистолет, закричал:

— Встать! Сражайся! Если выполнишь приказ, у тебя есть шанс выжить, если откажешься — я тебя расстреляю сейчас же, сопляк! Ты можешь с ними сражаться, у тебя есть оружие!