Былина железных душ - Вячеслав Ларин

под корни. Перед глазами у него была сплошь темень, и он толком ничего не видел, кроме сверкавшего в деснице клинка. Но зато какой огонь разгорался у него в груди! Там бушевал вихрь огненный, ибо, с одной стороны, витязь испытывал страх перед этой норой и забившимся в неё карлой, с другой стороны, его сердце, стучавшее молотом в груди, излучало и великое воодушевление и решимость. Но руки всё равно чуть-чуть дрожали, а дыхание было прерывисто. Никто из друзей Беленира не заметил, что он боится, ведь не показал воин и вида, что ему страшно.

Когда же Беленир, наконец, просунул свою голову в ту нору под корнями узловатыми, дубовыми, то понял, что она гораздо просторнее, чем он думал. Он забрался в неё полностью и, держа перед собой острый нож, поначалу блиставший в темноте, пополз вперёд. Витязь ничего не видел перед собою, кроме мрака, так что не буду утомлять всех его описаниями. Между тем Беленир полз и чтобы не заблудиться касался рукою земляной стены. «Вдруг нора окажется разветвлённой», – думал он и не ошибся. Как видно, под деревом когда-то вырыл своё жилище неизвестный зверь, а потом его забросил либо умер. Пару раз витязь завернул и наткнулся на тупики, так что ему пришлось повернуть назад и идти в другие ходы. Меча нигде не было видно. Поняв, наконец, что нора оченно велика и её сложно будет обходить всю, витязь добрый вскрикнул, собрав всю смелость в сердце:

– Выходи, подлый карла, на честный бой или ты трусишь? – несколько мгновений стояла тишина, но вот раздался хриплый ответ:

– Сам иди ко мне, авось и сразимся!

Беленир вслушался, откуда донёсся голос и пополз в том направлении, стараясь не отпускать левую руку от земляной стены. И вдруг впереди него, в беспросветной тьме засверкали очи яростные, налитые кровью, красные, что утренний рассвет. Беленир замер, выставив вперёд нож. Глаза воина сошлись с глазами карлы. Витязь удивился, отчего же так горят очи подлеца. И когда Беленир собирался уже броситься на своего врага и поразить его ножом под рёбра, карла приземистый засвистел свистом соловьиным, зарычал звериным рыком, и тот ужасный звук как стрела пронзил уши Беленира. Воин свалился на земляной пол, а карла-лиходей, насвистывая уже потише, стал подбираться к нему, волоча по земле меч богатырский, желая им расправиться с бедным витязем.

– Хотел победить Гаркунца? – рассмеялся злобно карлик, покручивая бороду. – А вышло, что Гаркунец победил тебя!

– Не хвастай рыбой, пока не выловил! – ответил ему на то Беленир, приподнимаясь и держа наготове нож.

– Мелкой рыбёшкой и хвастать не стоит! – сказал Гаркунец, почёсывая плешивый затылок.

– Смотри, как бы она не выросла! – молвил Беленир и, собрав все силы, бросился на карлу. Карлик не ожидал, что у витязя хватит мочи подняться после страшного свиста: до того ни один человек не вставал после него. Видно, добрую службу сослужил чудесный напиток Земнородных. Тем временем Беленир запросто свалил врага с коротких ног.

– Ты не так прост, как кажешься! – взвизгнул карлик, пытаясь поднять меч богатырский, но его усилия были тщетны, потому что Беленир навалился на него и уже приставил к его горлу нож.

– Ладно, сдаюсь! – прошептал язвительно Гаркунец, хлопая глазами. – Победил немощного карлу да к тому же ещё и раненного проклятыми стрелами берегина, – и вдруг, когда Беленир уже было расслабился, карлик схватил своими зубами гнилыми нож, приставленный ему к горлу, и вырвался из хватки.

– Ты немощный? – поразился Беленир, нащупав в темноте норы богатырский меч, оставленный второпях Гаркунцом. – Скажешь это моему мечу, когда он вспорет тебе брюхо!

На эти слова карлик лишь едко и гортанно рассмеялся будто сошёл с ума и, перебросив нож из одной руки в другую, бросился на витязя. Но Беленир выставил вперёд Самосек, и карла напоролся на его остриё. Да только на этом он не успокоился. Желая убить Беленира, Гаркунец стал нанизывать самого себя на лезвие, подступая всё ближе и ближе к витязю и намереваясь перерезать ему горло острым ножом. С криками боли и ненависти с языка горбуна плешивого сорвались слова:

– Твоя земля уже лежит в пепле, в пепле, в прахе и головёшках! – и ужасный смех вырвался из уст лукавого страшилы.

Беленир схватил его за глотку жилистую, чтобы он более не приближался, но карлик укусил его, порезал ножом и продолжил скользить по лезвию меча навстречу испуганному воину. Тогда Беленир кое-как выставил вперед ноги и оттолкнул ими карлу злостного назад. Горбун слетел с меча и скрылся во тьме. Витязь без промедления попятился назад и пополз к выходу из норы, поспешая по мере сил. Несколько раз он ошибся в выборе пути, но вскоре напал на верный и через некоторое время уже высунул голову и руки из норы. Сердце Беленира замерло от радости. Тут его подхватили под руки Всесвятлир и Брисинор и хотели уже вытащить из норы проклятой, как вдруг кто-то схватил его за ноги, ещё остававшиеся между дубовых корней. То был Гаркунец.

– Решил так просто уйти? От меня ты не уйдёшь! – то ли просвистел, то ли прокряхтел карлик, оскалив свои зубы гнилые. – От меня не сбежишь, может, уползёшь, когда я откушу тебе пятки!

Не успел Беленир вылезти, как карла всадил зубы ему прямо в правую ногу. Но воин даже не вскрикнул, ибо очень устал. Вскипев от ярости и негодования, он схватил карлу за бороду длинную, тот разжал челюсти, и витязь вытащил его из норы одной рукой. Тут-то уродца скрутили Всесвятлир и Брисинор, а Волнозор побежал в шатёр за верёвкою, чтобы связать поганца. Беленир выбрался из норы и встал на ноги несмотря на то, что правая сильно болела и из неё после укуса сочилась кровь.

– Попался, Гаркунец, – вымолвил он, глядя на то, как карла тщетно пытается вырваться из крепкой хватки Всесвятлира и, как Брисинор стоит наготове, на всякий случай, если карлик учудит что-нибудь нехорошее. – Чьих будешь? Кто тебя послал или ты сам по своей прихоти украл мой меч и хотел похитить Космача?

– Ха, ха, ха! – высоким голосом расхохотался карлик и щёлкнул гнилыми зубами. – Прям я вам так и сказал всё! Даже пытки вам не помогут!

– Тогда не будем напрасно марать рук! – вставил Всесвятлир. – Свяжем его и выбросим в озеро, пусть помоется, а то от него знатно смрадит!

– Бросай! – заявил карла и высморкался Всесвятлиру прямо на кольчугу. – Я перегрызу все ваши верёвки, придушу вас ими и повешу в жертву старому дубу! Удавлю! А затем я отрежу хвосты вашим коням