Дитя пламени - Кейт Эллиот

— Я не хотел обидеть вас, милорд, — быстро произнес Захария. — Но я брат и давал обет не становиться на колени ни перед кем, кроме Господа.

— Неужели? — Рядом с лордом постоянно кружился молодой слуга, все время что-то нашептывая ему на ухо. Когда он отошел, лорд поднялся и подался немного вперед. — Знаешь ли ты, кто перед тобой?

— Нет, не знаю, милорд, но, судя по вашей речи, могу сказать, что вы много времени провели на востоке.

Старый лорд засмеялся, хотя и не так громко, как его молодой слуга, который указывал на вышитый герб, висевший на стене над столом, уставленным золотыми и серебряными блюдами и чашами. От изобилия еды рот Захарии наполнился слюной — яблоки, груши, хлеб, сыр, лук и петрушка, — но от увиденного символа на гербе кровь застыла в жилах и страх огромным комом подступил к горлу. Только тогда Захария заметил, что у лорда одна рука; другой рукав был закреплен на спине, чтобы не мешать.

— Серебряное дерево — символ дома Вилламов, милорд, — произнес он, тихо проклиная себя. Это было большой ошибкой, совершенной им еще тогда, в племени печанеков: он позволил тем, в чьих руках была власть, заметить его, потому что в те дни он еще верил в Единого Бога и думал, что его прямой обязанностью было донести до них, погруженных во мрак невежества, свои обычаи богослужения. — Неужели вы маркграф Виллам? Я молю о прощении, милорд, когда я был молод, он был уже пожилым человеком, и я подумал, что старый маркграф, должно быть, уже почил и все перешло к его наследникам. Я благодарю Господа, вы ведь еще не мертвы, — смело произнесла женщина. — Надеюсь, вы чувствуете себя молодым настолько, чтобы сыграть свою роль на нашей свадебной церемонии.

Виллам открыто улыбнулся.

— Говорят, что конь может пасть, если слишком его загонять.

Слава Богу, она была не насмешницей, но веселилась так, что Захария чувствовал себя неудобно, вспоминая о том, чего Булкезу лишил его.

— Надеюсь, я не выбрала коня, который быстро охромеет.

— Нет, не стоит этого опасаться. — Он поднял кубок с вином и жестом приказал слуге наполнить его. — Прошу вас, возлюбленная моя, позвольте мне поговорить с этим человеком наедине.

— Какая-то интрига? Вы боитесь, что я некстати вспомню об этом в беседе с Теофану?

Если ее поведение и раздражало его, он этого не показывал.

— Я не желаю, чтобы тревожили короля по какому бы то ни было вопросу, завтра он уезжает. Если я буду единственным человеком, который выслушает эту историю, я ручаюсь, дальше меня она не пойдет.

Но она не хотела так просто сдаваться.

— Этот брат, или как там он себя называет, может унести все эти истории гораздо дальше, чем я, Гельмут. Ведь у него тоже есть язык.

Страх сковал его тело, ведь они, в чьих руках находится власть, могут отнять у него самое дорогое, то, что он ценит больше всего. Ноги его ослабли, и он повалился на колени. Трудно было не начать молить о милосердии.

— У нас у всех есть языки, Леоба, — терпеливо отвечал Виллам, — но я бы хотел поговорить с этим человеком наедине.

Несмотря на знатное происхождение, Леоба была достаточно молода, чтобы быть его внучкой, поэтому, как бы ни были они равны, она вынуждена была преклониться перед той властью и величием, которые давал ему возраст. Леоба поднялась, поцеловала его скромно в щеку и удалилась.

Старый лорд проводил ее взглядом, и Захария заметил огонек вспыхнувший в его глазах: от греха желаний и плотских страстей страдают люди как знатного, так и низкого происхождения.

Как только за ней закрылась дверь, старый маркграф сразу перешел к делу.

— Я не желаю знать ваше имя, но мне доложили, что вы задавали вопрос охранникам о местонахождении принца Сангланта.

— Я вижу, что вы достойный человек, милорд. Теперь, когда я брошен в логово ко львам, мне нет больше смысла делать тайну из моих поисков. Да, я ищу принца Сангланта. Он здесь?

— Нет, его здесь нет. Он практически объявил открытое восстание против власти короля Генриха. Я думаю, такой знающий человек, как вы, понимает, насколько это серьезное оскорбление.

— А…- протянул Захария, на мгновение потеряв дар речи. Но он никогда не отступал перед трудностями, тем более что прекрасно знал, как сформулировать вопрос, чтобы защитить себя да и выведать немного информации. — Все же человек, пусть даже принц, не может восставать один.

— Верно, не может. — Виллам тоже знал об этой уловке. — Вы хотите присоединиться к нему?

— Нет, милорд. Я искал его совсем не для этого, тем более ничего не знал о готовящемся восстании. Мне не интересна земная борьба, я стремлюсь познать структуру небес и славу создания. Это правда, милорд, но я никогда не говорил с принцем.

— Тогда зачем вы прибыли в Ангенхейм, чтобы выяснять его местонахождение?

— Я ищу его, чтобы обратиться к нему с просьбой.

Виллам восхищенно рассмеялся.

— Признаю свое поражение. И все же вы беспокоите меня, брат, с вашими разговорами о небесах. Знаете ли вы, каков принц Санглант?

— Что вы имеете в виду, милорд?

— Прошу вас, не притворяйтесь. Вы одеты так просто, даже неопрятно, но выражаетесь очень хитро и замысловато. Принц Санглант не человек, а полукровка, его отец — человек, а мать — Аои. Какой помощи вы ждете от такого создания?

Захария насторожился. Виллам ни словом не обмолвился о местонахождении Канси-а-лари, хотя Захария знал, что она шла на север с сыном.

— Хорошо, — сказал он после долгой паузы, — я скажу вам правду. Я шел на восток, чтобы донести слово Господа до племени куманов, но вместо этого они сделали меня своим рабом. Долгих семь лет я жил у них и в конце концов сбежал. Вот то, о чем я хотел вам поведать: куманы собирают армию под предводительством главы печанеков, Булкезу, и хотят вторгнуться в глубь вендарской территории. Они уже совершают набеги, жгут деревни, убивают и калечат наш народ. Вы знаете, как куманы обращаются со своими жертвами. Я видел много обезглавленных и обезображенных трупов. Ваши земли на востоке в опасности, милорд.

— Принцесса Сапиентия была послана на восток вместе с армией своего нового мужа, принца Бояна Унгрийского.

— Я не слышал об этом, милорд.

— Но у нас нет никаких вестей от них; возможно, что-то пошло не так, как мы предполагали, хотя я молю Господа, чтобы все было хорошо. Этот вождь, Булкезу, и прежде терзал страны королевства Вендар. Но зачем вы ищете принца Сангланта? Здесь находится король и его Совет. Я думаю, лучше обо всем рассказать королю.

— Верно, — сказал Захария, быстро прикидывая в уме возможные последствия. — Но я немало слышал за время моих путешествий о том, какие грандиозные планы у короля насчет Аосты. Король не может выступить сразу на юг и на восток. Но я также наслышан о мастерстве принца Сангланта, проявленном в сражениях. Разве незаконнорожденный первенец короля не капитан «Королевских драконов»? Если сам король не может сражаться против куманов то необходимо, чтобы выступила армия под командованием человека, который достоин этой чести, не уступает королю ни в храбрости, ни в доблести.