Приключения Василия Ромашкина, бортстрелка и некроманта - Владимир Стрельников

30 сентября 2241 года, четверг

Ростов-на-Синей

Анастасия Ромашкина

Я стояла и смотрела вслед уезжающей машине сына, держа в руках коробочку с очень красивыми обручальными кольцами для невесток. Женька застыл рядом, жуя очередной пирожок. Вот ведь проглот растет, пока все не стрескает – не успокоится. Неподалеку висели призраки, служащие сыну, и Каспер. У Женьки явно родилась какая-то очередная шальная мысль. Вот сейчас, дожевав пирожок, он вытащил у меня из рук коробочку и, открыв, поглядел на кольца.

– Красивые! Но мне больше бриллианты и изумруды нравятся. Ну, ладно, сапфир туда-сюда, – важно произнес он и вернул мне драгоценности.

– Это что? Ты мне трех невесток приведешь? – усмехнулась я и шлепнула его полотенцем по макушке. – Иди уж, герой-любовничек!

30 сентября 2241 года, четверг

Ростов-на-Синей

Василий Ромашкин

Остановившись у нужного дома, я сглотнул внезапно ставшую густой слюну. Поглядел на стоящий на стоянке напротив дома уазик Сары и аккуратно поставил свой «додж» рядышком. Глянув в зеркало, пригладил короткий ежик и вылез из вездехода. Еще раз глубоко вздохнул, усмехнулся своему отражению в боковом зеркале.

– Перед смертью не надышишься, а, Вась?

Забрал с заднего сиденья два букета, купленных у знакомого торговца, и, выдохнув, чуть ли не строевым шагом направился к крыльцу.

М-да, если честно, то страшновато.

Только поднял руку к звонку, как широкая дверь распахнулась и две девичьи руки рывком затащили меня внутрь.

И Сара, и Варя здорово принарядились, да еще прически сделали. Сара была в коротком белом, а Варя в черном платье, роскошные волосы девушки закрутили во французские косы, обе в туфельках на каблуках.

Но мне, если честно, было не до нарядов девчонок, не до брошенных на широкий подоконник цветов, не до накрытого стола. Я, потеряв голову, целовался с любимыми девушками, постепенно передвигаясь к широкой кровати.

– Ох, Вась, я так скучала! – прошептала Сара и снова впилась в мои губы, сменив оторвавшуюся для вздоха Варю. – Я люблю тебя, Вась.

– А как я скучала! – Варя крепко прижалась ко мне, положила голову на плечо. – Васенька, любимый, как я соскучилась!

– Варя, Сара, девочки! Я люблю вас. – Я наконец сумел оторваться от сводящих с ума губ. – Любимые, вы выйдете за меня замуж?

– Да! Да! – хором ответили мои красавицы.

Я схватил их обеих в охапку и закружил по комнате. Поставив около кровати (это получилось совершенно случайно, ну, почти!), я вытащил из нагрудного кармана колечко и надел на палец Сары. Потом поцеловал руки девушек. После чего началось настоящее сумасшествие, закончившееся нашим падением на кровать. Куда-то в угол улетело белое платье, на люстре повисло черное. Казалось, что сердце выскочит из груди.

Потом совершенно неожиданно Сара привстала и совершенно серьезно заявила:

– Так, Варя с тобой трахалась в прошлый раз, так что сейчас меня – первую!

– Еще чего! – возмутилась Варвара, отбрасывая в сторону случайно оставшуюся на ноге туфельку. – Я тоже хочу до умопомрачения!

– Так, – встала с кровати Сара, повела плечами, качнув великолепной грудью. – Это серьезно. Бросаем жребий, а потом начинаем по порядку.

– Девки, вы чего? – чуть отдышавшись, я удивленно поглядел на стоящих около кровати девушек. Потрясающе красивых, почти обнаженных девушек. – А у меня спросить?

– Спросим. Ты будешь решать как, сколько и так далее. А вот кого из нас ты первой сегодня возьмешь, решит этот старый рубль. – Сара показала большую монету. – Так, Варь, если решка, то меня первую, если орел, то ты вторая. Идет?

– Идет! – согласилась сгоряча Варя и замерла. – Ну ты, Сара, и клизма! А я – блондинка в квадрате!

– Варь, ты согласилась, и чем дольше будем ругаться, тем дольше и тебя, и меня он не будет… – Сара замялась, а потом выпалила: – Короче, бросаю!

Рубль со звоном взлетел в воздух, коротко крутанулся и завис над полом. После чего плавненько встал на ребро.

– Не поняла.

И у Сары, и у Вари были огромные, ясные и чистые глаза. Но сейчас глаза евреечки вообще в прямом смысле слова из орбит полезли. Смешно, если честно.

Варя хоть и удивилась, но не особо. Подумаешь, рубль в воздухе завис. Она за это время такого насмотрелась. А вот Сара нахмурилась и внимательно поглядела на довольно ухмыляющегося меня.

– Это что значит, Василий? Ты – биталант? – Брюнетка осторожно подняла монету с пола и подбросила еще раз. И снова она встала на ребро, на этот раз на подоконник, подальше от нас.

– Сара, Варя, ваш спор закончился ничем. Так что решаю я, – совершенно серьезно сказал я, вставая с кровати. – И, девушки, я вас люблю, обожаю, но главный в доме все-таки буду я. Запомните это.

После чего шагнул к нахмурившейся Саре и посерьезневшей Варваре. Рывком обняв, приподнял взвизгнувших девчонок и шагнул к кровати. После чего поставил кверху попой на край этой самой кровати. Избавляя девушек от узких кружевных полосок, я с удивлением услышал голос Сары:

– Видишь, сестренка, не зря баб Зеля тогда об этом говорила.

– Вы это о чем, красавицы? – поймав в ладони тяжелые, упругие груди девушек, спросил я. – У меня сейчас от возбуждения, того и гляди, задымится, а они о баб Зеле.

– Да так, Вась. Мы о своем, о девичьем! – улыбнулась обернувшаяся Сара. – Ну, так давай, сколько мы ждать должны?! Ох, любимый!

1 октября 2241 года, пятница

Ростов-на-Синей

Сара Кедмина и Варвара Белова

– Тихо, разбудешь Васю! – зашипела Сара на неосторожно брякнувшую кастрюлькой Варю. Потом улыбнулась и чмокнула названую сестру в щеку. – Хотя, Варь, у меня порой у самой голова кругом и из рук все сыплется. Ох и ночка была…

– Ага, – согласилась Варя. И покраснела от воспоминаний. Что они ночью с Василием вытворяли! Как только кровать выдержала!

– И какая ночка была хорошая или так себе? – донесся с кровати довольный голос Василия. Он уже не спал, а, закинув руки за голову, сидел, опершись на подушки. И с удовольствием разглядывал девушек, одетых только в трусики и короткие топики. Сара еще узлом под грудью майку завязала, чтобы не мешала готовить.

– Вася! – практически одновременно воскликнули девушки и, бросив стряпню, кинулись к своему жениху.

– Это было великолепно, Вась! – целуя довольного парня, сказала Сара.

А Варя добавила:

– Это было восхитительно, нежно и страстно. Спасибо, Вась.

1 октября 2241 года, пятница

Ростов-на-Синей

Василий Ромашкин

– Это было великолепно, нежно и страстно. Спасибо, Вась. Я как в сказке побывала! – На этот раз меня поцеловала Варя и жутко смутилась. Все-таки она пока еще такая девочка.

– О, цветочки живы, оказывается. – Я с удивлением увидел оба букета в пластиковых ведрах. – Девчонки, а я вам подарки привез. Вот только куртку найти надо. Или брюки, куда я их дел?

– Куртка и брюки в шкафу, сейчас принесу. Интересный ты парень, Вась, пистолет с парой магазинов не забыл на столик выложить, а подарок для любимых девушек забыл, – засмеялась Варвара, вставая с кровати и подходя к немаленькому платяному шкафу, похожему, скорее, на небольшую комнату.

– Варь, пистолет это оружие, а оружие должно быть под рукой. Даже когда любишь девушек. Потому что, возможно, придется этих самых девушек спасать. Вы-то свои пистолеты в сумочках оставили, наверное? – Я с удовольствием потянулся. Да уж, оторвались мы этой ноченькой.

– Мой пистолек, тот ТТ, что ты мне подарил, в прикроватной тумбочке. А двуствольный, тот да. В сумочке. Он полегче. Правда, патронов всего два, приходится оба ствола серебром заряжать! – показала мне язык моя иномирная невеста.

– Мой на месте, в сумочке, – кивнула Сара. И еще раз кивнула, указав подбородком на простой шкаф в углу кухни. – А вот там у Вари два автомата, «Солотурн» и ППС, который ей в школе выдали. Так что мы вооружены, Вась, можешь лекцию нам не читать. Хотя вчера я про все на свете забыла. Повторим сегодня?

– Не уверен. – Я любовался девушками, снова занявшимися приготовлением пищи, точнее, разогревом вчерашнего ужина. – Сегодня я вас к нам домой поведу. Буду официально представлять вас моей маме в качестве невест. Там будут и твои папа с мамой, Сара, так что попрошу у них твоей руки. А твоей руки, Варь, я буду просить у твоих сестер. Рад я за вас, девчонки, что вы так породнились. Да, а что у вас в баре у Бориса было, а? – засмеялся я, глядя на смущенных невест.