Совы во льдах: Как спасали самого большого филина в мире - Джонатан Слат

косвенные признаки присутствия еще двух или трех пар. Вокруг росло много крепких, старых деревьев, в дуплах которых обычно устраивают свои гнезда рыбные филины, вмешательство человека практически исключалось, но зимой почти все реки покрывались толстым слоем льда и птицам было негде охотиться. Тот единственный сезон, когда мы вели наблюдения в заповеднике, запомнился нам примечательным открытием: обе обнаруженные нами на его территории пары вывели сразу по два птенца. Вдвое больше, чем мы привыкли видеть здесь, в России; это характерно скорее для Японии, где рыбных филинов искусственно подкармливают.

Поразительно, что на охраняемой территории, где нельзя ловить рыбу, обе пары высидели по два птенца. Нам и раньше доводилось находить кладки из двух яиц, но позже в гнезде всегда оказывался только один птенец. Вспомнились заметки Юрия Пукинского, которые он сделал на реке Бикин в 1970-е годы: в половине найденных им гнезд было по два птенца, к тому же он ссылался на более ранние свидетельства о двух и даже трех птенцах в выводке. Согласно высказанному им предположению, уменьшение числа птенцов с двух-трех в 1960-е годы до одного-двух в 1970-е стало следствием развития рыбного промысла на реке Бикин. Возможно, мы видим продолжение той же тенденции? Вероятно, и в наши дни рыбные филины Приморского края откладывают по два яйца потому, что так устроен их организм, но в действительности большинство пар способно выкормить всего одного птенца. Правда ли, что чрезмерный вылов лосося и форели в последние десятилетия приводит к снижению репродуктивного потенциала рыбных филинов? Если так, то это должно иметь огромные последствия для управления рыбным хозяйством и сохранения рыбных филинов. Я надеюсь серьезно заняться исследованием этого вопроса в ближайшие годы.

Наш анализ территории выявил, что почти половина (43 %) участков, наиболее пригодных для проживания рыбных филинов, отдана в пользование лесозаготовительным предприятиям, а значит, для спасения филинов необходимо было наладить взаимодействие с представителями этой отрасли. И хотя во всем этом можно усмотреть потенциальный повод для противостояния между дикой природой и коммерческими интересами, как в случае конфликта, который разгорелся на Северо-Западе США из-за пятнистой неясыти, здесь есть существенная разница. Необходимые для рыбных филинов деревья – трухлявые тополя и вязы – почти не имеют коммерческой ценности. И наоборот, одна секвойя в Калифорнии{159}, а именно на них обычно гнездится пятнистая неясыть, может стоить 100 000 долларов. На Дальнем Востоке лесозаготовители не получают никакой экономической выгоды от гнездовых деревьев рыбных филинов и рубят их в основном по недоразумению, когда освобождают место под дорогу, или ради удобства, чтобы построить временный мост. Так или иначе можно было практически без потерь скорректировать методы лесопользования и не причинять столько вреда рыбным филинам.

Мы рассказали о наших выводах Шуликину, владельцу лесозаготовительного предприятия, в ведении которого находились пойменные территории рек Амгу и Максимовка, и он пообещал прекратить вырубку старых деревьев ради мостов. От этого он только выигрывал, получая в обмен на небольшие жертвы хорошее отношение общественности. Шуликину было все равно, из чего строить мосты. Ему не раз приходилось сооружать насыпи, чтобы защитить оленей и кабанов от браконьеров; модификация методов возведения мостов стала очередным шагом по спасению дикой природы, который поможет сберечь от уничтожения сотни гнездовых деревьев рыбных филинов.

Все больше внимания мы уделяем защите подходящих для рыбных филинов участков – при этом бесполезных с коммерческой точки зрения уголков реликтового леса – от вырубки и других вмешательств со стороны человека. Приступая к проекту, мы уже знали, что рыбные филины и места их обитания охраняются законом. Проблема была в том, что лесозаготовительные предприятия часто ничего толком не знали о рыбных филинах и местах их обитания, и этот аргумент они приводили в свое оправдание. В процессе работы мы выявили более 60 участков, где вполне могли бы жить рыбные филины, и все они находились на территории, арендованной одним и тем же предприятием, о чем мы не преминули официально сообщить его руководству. Неведение больше не может служить отговоркой в случае вырубки деревьев на гнездовом участке рыбных филинов.

За время нашего исследования я не раз убеждался в том, что все угрозы существованию рыбных филинов в Приморье можно свести к общему знаменателю – дорогам. Поскольку в горах Сихотэ-Алиня шоссе почти всегда проходят по речным долинам, филины то и дело оказываются в опасности. По дорогам сюда в погоне за лососем съезжаются браконьеры: они истощают запасы рыбы, на которую охотятся филины, и расставляют сети, в которых эти птицы могут запутаться и в результате утонуть, к тому же их появление повышает риск дорожных происшествий со смертельным исходом, как это случилось с нашей самкой с Шами. К слову сказать, в 2010 году еще один филин – на этот раз не из наших – был насмерть сбит машиной на трассе, ведущей в Амгу. Поэтому начиная с 2012 года мы начали в сотрудничестве с лесозаготовительными компаниями добиваться ограничения доступа к лесным дорогам после завершения заготовительных работ в том или ином районе. Чтобы перекрыть доступ к дороге, достаточно сделать земляную насыпь, наподобие тех, что преграждали нам с Сергеем путь в 2006 году на Максимовке и в 2008 году на Щербатовке, либо разобрать мосты там, где это необходимо. Только за один 2018 год было закрыто пять лесовозных дорог общей протяженностью около 100 километров, после чего по ним перестали ездить автомобили и 400 с лишним гектаров леса стали труднодоступны для людей. Это не только помогло предотвратить незаконную вырубку деревьев и повысить тем самым доход лесозаготовительных предприятий, но и защитило рыбных филинов, тигров, медведей да и все биоразнообразие Приморского края в целом.

В 2015 году во время грозы{160} на участке близ реки Сайон упало последнее гнездовое дерево, и поскольку мы с Сергеем так и не нашли ему подходящей замены, то решили воспользоваться опытом японских коллег и смастерили искусственное гнездо. Взяв 200-литровую пластиковую бочку из-под соевого масла, мы вырезали в ее стенке отверстие и надежно закрепили ее в восьми метрах от земли на стволе росшего на берегу реки дерева. Не прошло и двух недель, как наше сооружение обнаружила семья филинов и впоследствии вывела в нем свое потомство: по одному птенцу в 2016 и 2018 годах. С тех пор мы устроили около десятка таких гнезд в других уголках леса, наиболее пригодных для жизни рыбных филинов, – реки в этих местах богаты рыбой, но там не хватает гнездовых деревьев.

После того как мы стали лучше понимать, в какой среде обитания нуждаются рыбные филины, мы смогли точнее оценить общий размер их популяции. В 1980-х годах писали, что в мире осталось всего 300–400 пар этих птиц, но теперь, согласно нашему анализу, их намного, возможно даже вдвое, больше (735 пар, или 800–1500 особей), и немалая часть из них (186 пар) обитает в Приморье. Если прибавить к ним представителей островного подвида из Японии{161} и допустить, что еще какое-то количество их сородичей прячется где-то в горах Большого Хингана в Китае, то можно с уверенностью сказать, что мировая популяция дальневосточного рыбного филина насчитывает не менее 2000 особей (500–850 пар).

У рыбных филинов нет громкого имени и широкой известности амурского тигра. А пока все больше людей узнает о них благодаря нашей работе и мы делаем все, чтобы поддержать их численность, интерес к тиграм тоже растет. Судьбой амурских тигров занимаются на самом высоком уровне{162}: Президент Российской Федерации Владимир Путин несколько раз приезжал в Приморье, контролируя природоохранные мероприятия, а в 2010 году, будучи Председателем Правительства РФ, лично принимал гостей на Московском международном форуме по проблемам сохранения тигра, на котором присутствовали такие знаменитости, как Леонардо Ди Каприо и Наоми Кэмпбелл. Природоохранные организации посвящают амурским тиграм кампании по сбору средств и получают миллионы долларов на их защиту. Что же касается рыбных филинов, тут бюджет ограничивается теми грантами, которые ухитряемся раздобыть мы с Сурмачом.

При всей скромности наших масштабов по сравнению с теми мерами, что принимаются для спасения тигров, мы не зря старались привлечь внимание к проблемам рыбных филинов и поделиться своими открытиями: особенно ценным подспорьем стал наш опыт для зарубежных коллег. До сих пор японские ученые{163} опасались крепить передатчики на представителей крайне уязвимого островного подвида, и это понятно: ведь в природе осталось без малого две сотни особей. Но, как показал наш проект, приборы не причинили этим птицам