Умберто Нобиле и «Италия» на Северном полюсе. Политика и история по неопубликованным документам 1928–1978 гг - Клаудио Сиколо

только был учрежден Комитет, он направил заинтересованным странам предложение о координации операций по спасению. Но до сих пор Комитет не получил ни одного ответа на свое предложение, и огромное число кораблей, самолетов и людей, участвующих в поисках потерпевших крушение итальянского дирижабля ясно показывает, что там нет никакой согласованности. До сих пор нет почти никаких результатов всей этой огромной работы, а спасение одного только Нобиле стоило жизни двум самолетам („Латам 47“ и „Фоккер 31“). Если бы операции координировались, хватило бы двух советских ледоколов и помощи шведов, потому что все остальные средства не для условий Ледовитого океана… Удивителен тот факт, что группа, находящаяся в самой большой опасности ‹„группа Алессандрини“›, еще не найдена, а все силы посвящаются группе, пострадавшей меньше. Все это показывает, насколько справедливыми были предложения координирования, сделанные советским Комитетом»[713].

Высказывание Каменева подтверждает, что Москва крайне критически относилась к итальянским спасательным операциям (из высказываний Каменева мы видим, что для этого имелись все основания. – Ред.), предпочитая им шведов, к тому же претендуя на координирование операций. Русские даже и думать не хотели о том, чтобы подчиняться командам корабля «Читта ди Милано», который не имел никакого отношения к Арктике.

3 июля мнение Каменева повторилось в статье газеты «Правда» за подписью Заславского:

«Заславский в „Правде“, – сообщает Кварони, – пишет статью об экспедиции Нобиле, в которой он хочет показать, что экспедиция закончилась столь трагически, потому что была организована по национальным, чисто итальянским… критериям. Будь она международной, она, несомненно, имела бы больше шансов на успех: полеты на Полюс должны осуществлять страны, имеющие большой опыт в Арктике, у которых есть много средств, подходящих для таких экспедиций. В своем смешном неведении автор утверждает, что „буржуазия захотела воспользоваться арктическими исследованиями ради национальных спекуляций“. По его мнению, Нобиле отправился туда не из-за научных интересов, а только ради славы муссолиниевской Италии (sic!). Он хотел, чтобы на Полюсе развевался итальянский флаг, как будто бы Италии больше нечего делать на Северном полюсе»[714].

В последующие дни в советской печати большое место было уделено процессу, который прошел в Москве. 55 инженеров и техников из угольной шахты «Шахтинск» Донецкого бассейна обвинили в заговоре – организации вредительства пролетарской революции России и великому строительству советского социализма. Среди них несколько немцев, все были осуждены по разным статьям: «контрреволюционные действия», «предательство», «недостаточная бдительность». Если у Муссолини был свой «Особый суд», то у Сталина был «Верховный суд», или даже «Пролетарский суд», гораздо более жестокий, чем итальянский. В ночь на 5 июля 1928 года советский суд после 52 часов совещания вынес 11 смертных приговоров и приговорил множество людей к различным срокам в колониях с конфискацией имущества. Однако Центральный исполнительный комитет СССР пожелал оказать милосердие: шестерым осужденным на смерть наказание заменили на «исправительные работы»[715]. Остальным пятерым приговор привели в исполнение[716].

Такова была реальность, в которой работал «Красин», а Самойлович был ее представителем, когда вместе со своим заместителем Паулем Орасом выставили против капитана Романья обвинение в том, что он прекратил поиски «группы Алессандрини». После спасения «группы Вильери» в советской печати стало еще больше места уделяться событиям с «Красиным»: с одной стороны, итальянцев обвиняли в некомпетентности и плохой подготовке, с другой – прославляли героическую деятельность «Красина».

В московских газетах от 14 июля 1928 года целые страницы были посвящены подвигу ледокола. Одноврменно с этим на страницы советской прессы попали и споры, разгоревшиеся в мировой печати.

«Среди иностранных комментариев, – пишет Черрути, – есть еще низкие статьи некоторых немецких газет, в которых резко и тенденциозно критикуется подготовка экспедиции „Италии“, поведение генерала Нобиле и все работы по спасению, которые до сих пор осуществляли итальянцы»[717].

В газете «Известия» появилась длинная статья Зарзара – главы гражданской авиации СССР:

«Автор замечает, – пишет Черрути, – что задачи, поставленные перед экспедицией, были слишком велики для такого небольшого дирижабля как „Италия“. По сути, первый полет Нобиле с Амундсеном прошел успешно, потому что пересек Арктику без посадки. А теперь получается, что в этом полете Нобиле имел несколько поломок уже на первом этапе и дважды попал в сильный ветер. На Шпицбергене 11 мая у него случилась авария, ему пришлось в спешке выгрузить с дирижабля все съестные припасы и залить три тысячи литров бензина. Эти очевидные факты не прибавили главе итальянской экспедиции осторожности. К тому же надо заметить, что его участники ничего собой не представляли, кроме Мальмгрена, который хорошо знал Арктику и условия навигации в этом районе. Это обстоятельство, конечно, является одним из самых важных недостатков этой экспедиции»[718].

В «Правде» печатались и другие критические статьи с чисто политическим подтекстом. Например, 14 июля 1928 года: «мы не хотим обсуждать сейчас, хорошо ли сделало итальянское правительство, послав экспедицию Нобиле на полюс, при том, что у Италии нет ни одной полярной базы и ни одного средства, чтобы помочь дирижаблю в случае аварии», и в то же время, подчеркивалась подготовленность советской экспедиции по спасению, лишенной «каких бы то ни было рекламных целей» и «тайных намерений, столь принятых в буржуазных странах»[719].

От критики и обвинений перешли к иронии и сарказму. Газета «Комсомольская Правда» от 16 июля 1928 года:

«опубликовала стихотворение, – пишет Черрути, – самого известного пролетарского поэта Маяковского, в котором он высмеивал генерала Нобиле за его побег из „группы Вильери“ и смеялся над сброшенным на полюсе крестом и шампанским, выпитом при отправлении с базы на Шпицбергене»[720].

«Правда» от 17 июля выступила с длинным ироничным выпадом журналиста Козлова в адрес Нобиле и итальянцев и одновременно с похвалой «Красина». Черрути воспроизводит его полностью. Мы приведем несколько отрывков.

Статью интересно прочитать полностью, ведь на страницах «Правды» могло появиться только мнение высшего руководства страны об экспедиции Нобиле. Советы не могли выразить свое мнение по официальным дипломатическим каналам и всегда прибегали к подобным способам, чтобы обозначить свое мнение.

«Для того чтобы понять все проблемы и тайны экспедиции Нобиле, понадобится большое долгое расследование, – читаем в газете, – и нужно будет написать толстую книгу об этой экспедиции.

Впрочем, такую работу невозможно будет сделать, потому что некоторые правительства думают, что по ряду неудобных фактов лучше бы промолчать… Итальянцы хотели подтвердить свои права на Северный полюс, видите ли, итальянская нация и ее правительство не могли обойтись без полюса. Неважно, что в Италии снег выпадает раз в 10