Притворная дама его величества - Хельга Блум

- Ничего меньшего я и не ожидал, андарен, - мягко пробегаясь пальцами по моей темной косе, прошептал он. – Итак, мы готовы?

Почерпнув немного храбрости в его спокойствии, я кивнула.

- Готовы. Защитные заклинания есть, зелья тоже. Быстренько арестуем герцога и разойдемся по спальням, досматривать сны, - излишне оптимистично заявила я, прикрывая свой страх бравадой. – Стоит ли ожидать магического нападения от дофины? – задала я вопрос, который следовало задать.

Лицо короля потемнело, а пальцы продолжали ласково зарываться в мои волосы, растрепывая аккуратную прическу.

- Надеюсь, что нет, - отрывисто сказал он. – Очень на это надеюсь. Кора… Она единственное, что у меня осталось от семьи и думать, что она осознанно участвует в заговоре…

- Однако же это возможно? – робко спросила я.

Дофина была невыносима. Ревнива, докучлива, капризна, требовательна, но она лишь дитя.

- Возможно, - неохотно признал король. – Кора никогда не проявляла склонности к магии, никогда не обучалась этому, но герцог мог научить ее чему-то уже после своей… «смерти».

- Поняла, - отрывисто кивнула я. – Беречься герцога, но ожидать опасности и от дофины. Остальное мне уже объяснил министр Хейл.

- Превосходно. Поцелуй на удачу? – вновь вернулся к легкомысленному тону король Аргент и склонился ближе.

- В следующий раз, ваше величество, - ловко вывернулась из его хватки я. – Не хочу, чтобы вы отвлекались в такой важный вечер.

- Какая ужасающая практичность, - драматично вздохнул он и галантно распахнул передо мной дверь.

***

Все шло как по маслу до определенного момента. Впрочем, кажется, именно так все обычно и происходит.

Выскользнувшего из комнат дофины герцога мы заметили сразу. Разведка министра Хейла не ошиблась: после полуночи герцог покинул покои Коры, спеша, судя по всему, позаботиться об очередном покушении на жизнь короля. Сюрпризом стало то, что в ближайшей нише его поджидала закутанная в плащ фигура. Донна Серитер, наверное! Пари держу, что это она! Не зря мне ее лицо таким подозрительным казалось.

Дальше началась настоящая чехарда. Спокойный голос его величества, требующего, чтобы дядюшка немедленно сдался на волю правосудия, женский визг, яркие всполохи заклинаний, которые метал герцог, холодное изящное кружево моей защиты, атакующие заклинания Левергарда и…

- Немедленно прекратите, Клестард! – повиснув на руке герцога, вопила дама в плаще. – Вы повредите произведение искусства!

- Просто сдайся, - твердил король, тыча родственника шпагой.

- Даже не надейся! – шипел герцог, швыряя проклятья.

Защитное заклинание, созданное по принципу цветка астры, работало идеально. Изящное и тонкое, оно состояло из ряда взаимосвязанных элементов, каждый из которых был отдельным заклинанием, вплетенным в общий узор, как лепестки цветка – цельного и в то же время разрозненного.

Герцог атаковал, мы с Алистером работали как единый механизм, он атаковал, я защищалась. Втроем с его величеством мы загоняли противника и незнакомую брюнетку в плаще в угол, когда Алистер вдруг коротко взмахнул руками и упал, чуть ли не уткнувшись носом в каменный пол.

Отвлекшись на мгновение от герцога, я метнула быстрый взгляд на павшего союзника. Возле распростершегося на земле Алистера, прижимая руки к груди, стояла знакомая женщина. На лице ее читался ужас.

Донна Серитер.

Так и знала, что без нее тут не обошлось. Вырубила Алистера, чтобы выиграть время своей команде. Вот паскуда.

Шагнувший вперед король вернул меня в реальность. Пока все, включая павшего Алпстера, глазели на новое действующее лицо, я, отчаянно растягивая заклинание, дернулась было за королем, чтобы защитить его от враждебной магии. Мелькнуло быстрое движение, и герцог, получивший рукояткой шпаги удар по голове, мешком с мукой осел на пол.

- Печально, конечно, что магия мне не дается, - сказал король. – Приходится действовать по старинке.

Темноволосая пособница герцога отчаянно залепетала что-то невразумительное, но кому было до нее дело?

- Кажется, я умер, - стонал распластавшийся по полу Алистер.

- Герцог Кеморгский, именем короля вы арестованы за покушение на жизнь короля, - произнесла я, наконец, столь желанные слова. – И вы, донна, тоже, - торопливо схватила я женщину в плаще за руку.

- Папа? – спросил изумленный детский голос.

- Величество, вяжите донну Серитер, она пыталась убить Алистера! – одновременно удерживая женщину в плаще, приглядывая за полубессознательным герцогом и придвигаясь ближе к Алистеру, чтобы иметь возможность оказать ему помощь, если вдруг ситуация ухудшится, прошипела я. Казалось, моргни - и подозреваемые начнут расползаться, как тараканы.

- Я ничего не сделала! – взвизгнула донна Серитер.

- Что с папой? – вопрошала дофина.

- Она убила меня, - стонал Алистер. – Жена убьет меня за то, что я позволил кому попало убить себя.

- Ыыы.. – сдавленно мычал герцог.

- Он сказал, что я заполучу тебя себе! – кричала пособница герцога. – Обещал это прекрасное лицо между моих ног, когда я буду..

- Замолчите же! – поспешно зажимая ладонью ее рот, прошипела я. – Здесь же дети!

- В мой кабинет. Немедленно, - твердо и тихо сказал король таким тоном, что почему-то сразу захотелось подчиниться.

Когда Алистер, придерживающий голову, словно опасаясь, что она вот-вот отвалится и придется отвечать перед женой за потерю ценной части организма, плачущая дофина Кора, а также связанные по рукам и ногам герцог и стенающая дамочка в плаще, на которых поглядывала с ужасом прижимающая к груди тарелку донна Серитер оказались в кабинете короля, его величество не спеша уселся в кресло и молча принялся наводить порядок на письменном столе.

Минуты текли одна за другой, никто не смел нарушить приказ короля и заговорить. Донна в плаще попробовала что-то залепетать, но была остановлена суровым взглядом его величества и резким взмахом монаршей руки.

Ааа, кажется, я знаю этот метод. Он был в большом почете у предыдущего ректора Академии. Ну, того, что был до Алистера. Вызывают, значит, жертву в кабинет ректора и сиди там, пока суслики летать не начнут. А уходить нельзя. И ректор что-то делает, занимается своими делами, а посетителя будто бы и не замечает. И вот, когда от нетерпения уже кружится голова, тогда-то ректор и предлагает покаяться во всех грехах и рассказать, как же это студенту, гордости Магической Академии, пришло вдруг в голову