Снести империю добра - Владимир Мясоедов

— Ну, предположим, ква! — Гоблин бестрепетно подошел к самой границе мерцающего барьера. А потом встал на одну ножку, поднял руки вверх и начал крутиться, временами щелкая пальцами и странно дергая головой. — Вот только своим старым клинком ты бы любое заклинание расковырял в два счета. А без него кишка тонка, не так ли?

— Ты заплатишь за то, что сотворил с ним и со мной! — Украшенная короной голова скелета сделала то, чего от нее ну уж совсем никто не ожидал. По-детски всхлипнула.

Фиэль, которая выращивала перед расширяющимся и углубляющимся рвом колючие заросли, счастливо улыбнулась. Страдание, чувствовавшееся в голосе проклятого короля, доставляло эльфийке почти сексуальное наслаждение.

— Мы были связаны с ним неразрывно! Даже пребывая за той гранью, что отделяет мертвых от живых, я чувствовал, как он уменьшается, гибнет, распадается! Слов таких нет, чтобы передать все те муки, которые мне пришлось из-за тебя испытать.

— Я тоже страдал, — доверительно поведал скелету коротышка, прекратив крутиться на одной ножке. — Полторы недели. Запором! И поверь, чувствовал каждую паршивую крошку твоего клинка, пока его переваривал. Не знаю, сравнятся ли наши мучения по интенсивности, но поверь, повторять эти дни я определенно не хочу. А потому, если демоны тебе опять подкинут какую-нибудь суперигрушку, будь добр, швырни ее в вулкан. Да и сам можешь следом прыгнуть.

— А-а! — взвыла коронованная голова скелета, и лезвие двуручника замелькало с частотой капель дождя, стремясь сокрушить волшебную преграду.

Впрочем, ни его усилия, ни заклинания едва ли из собственной кожи не выскакивающих демонов пока результатов не принесли. Эльфы хорошо готовились к этому моменту и даже репетировали его. До тех пор пока у них оставалась магическая энергия, барьер был несокрушим.

Фиэль тихонько хмыкнула. Рассказывать кому-нибудь о том, как она почти десять дней сторожила кузницу, в которой Тимон грубой силой курочил клинок короля мертвых, она не собиралась. Магический меч сопротивлялся как мог, пытаясь подчинить себе разум ближайших живых существ, и был неимоверно прочным. Однако нет такого металла, который бесконечно выдерживал бы жар углей, холод наколдованной глыбы льда, давление телекинезом и неимоверно изощренные гоблинские матюги. По крошкам, но зеленый коротышка растащил великий артефакт на кусочки. На множество кусочков. Половину их он уже зарыл в разных местах, над которыми пролетал его дирижабль. А оставшимися намеревался прикармливать рыб во время перелета через океан. Если, конечно, он доживет до этого момента.

— Много силы, — поднял голову Шаризед. — Хорошей силы, знакомой силы. Ты ведь такой же, как я. Алкал могущества и согласился на сделку с тем, кому вся его мощь не помогла за последние несколько сотен лет хоть раз пошевелиться. Только мне достало воли и ума оборвать поводок. Если уж продавать душу, так тому, кто даст за нее наивысшую цену.

— От меня гнилью не воняет, ни в прямом смысле, ни в переносном, — пожал плечами коротышка, вновь возвращаясь к своему странному танцу. — Хотя чего еще ожидать от янки?

Скелеты окружили воздвигнутый барьер со всех сторон и принялись колотить его мечами, стремясь истощить вложенную в чары энергию. Их было не так уж и много, но чтобы окружить импровизированную магическую крепость по периметру, хватило. За их спинами парили призраки, творящие нечто между чарами примитивной магии смерти и хоровым пением. Еще дальше встали личи, которых было всего пять, считая Селену. Их охранял от возможного налета с тыла десяток жировиков. Все-таки мертвые колдуны были товаром штучным и в армии нежити занимали место, аналогичное высшим офицерам. К самому резвому из костяных драконов медленно ковыляли остальные, неловко переваливаясь на коротких лапах. На земле эти чудовища теряли всю свою мобильность, а взлетать им почему-то не разрешали. Вероятно, боялись, что, завидев этих монстров, сюда сбежится вся армия Союза, в данное время пытавшаяся зачистить несчастный город. Демоны из занятых ими домов так и не вышли, предпочитая стрелять или бросать заклинания из какого-никакого, но укрытия. Если рукопашники среди них и были, то от общей массы они, видимо, решили не отделяться. Зачем, если полно их рабов, готовых принять на себя все удары пока еще огрызающейся добычи?

— Я британец! — возмутился Шаризед. — Просто… вынужден был на долгое время покинуть туманный Альбион. На землях протестантов не терпят католических инквизиторов, но ради меня уже готовились сделать исключение.

— Еще лучше, — усмехнулся гоблин, продолжая непонятные для окружающих манипуляции и речи. — Мне надо было догадаться раньше. Хитрость и удары исподтишка — это же ваш фирменный стиль. Вот только слишком полагающиеся на интриги личности имеют свойство терпеть полное фиаско. В результате чего ваши планы идут прахом, как у фрицев под Москвой.

— Как у кого? — не понял лич. — Стоп! Ты из этих ненормальных комми?!

— Как «Титаник» ко дну, если ты его застал, — фыркнул коротышка. — А таки шо? Вы что-то имеете против идей мировой революции, товарищ? Так хочу заметить, у вас сейчас вообще президентом стал разносящий демократию ракетно-бомбовым путем негр. И пока не поздно, цивилизацию надо спасать!

— Хватит болтать! — с очень похожими интонациями рявкнули проклятый король и Джоана. А потом с непередаваемым букетом эмоций уставились друг на друга.

— Прекрати экономить силы и ломай барьер, чтобы мы скорее могли добраться до их глоток! — первым взял слово Сартар. — Еще чуть-чуть, и мы их дожмем.

— Нас сейчас прикончат! — Джоана уже сделала все, что могла. Нет, она бы и дальше могла готовиться к безнадежному бою. Но на земле просто свободного места не осталось. И так на созданные ею руны пару раз уже наступили, и лишь чудо пополам с искусством волшебницы не дало отряду понести новые потери в тот момент. — А ты тут занимаешься… Да у меня слов таких нет, чтобы полностью охарактеризовать то, чем ты занимаешься! Ведь в этих движениях нет ни капли магии, в отличие от транса шаманов, действительно способного увеличить их силы!

— Это называется танцем злобного гения. — Гоблин перестал кружиться на одной ноге, но вторую все-таки не опустил. И пальцами периодически щелкал. — И ты не права, магия в нем есть. Просто тебе не хватает квалификации, чтобы правильно все увидеть и понять.

— Да ну? — Это сказала не обомлевшая от такого заявления Джоана, а Шаризед. — И что же это за волшебство такое, которое даже я не уловил?

— Нет, ну она-то ладно, но ты? — уставился на него гоблин с великим укором в глазах. — В конце концов, сто из нас тут гниющий труп, подвизающийся при троне дохлого недокороля? Массовый контроль перехвата над нежитью, конечно! Ой, то есть что я говорю! Массовый перехват контроля над нежитью!