На шипах - Алексей Александрович Нескородов

– Будем считать, что мне повезло. – Ответил я, пытаясь побороть волнение.

И мне действительно повезло. С Пегасом шутки плохи. А я по пьяни чуть не выписал себе смертный приговор.

Тем не менее, день удался. Я абсолютно счастлив. За двадцать четыре часа мне покорилось все. Я вернул деньги, славу и место в основе и даже не задумывался, почему мне это удалось.

Глава 7. Аллигатор

Совершенно неожиданно я вспомнил Субботу и его «Черного лебедя». Случайности влияют на нашу жизнь. История с возвращением в состав стала лишним тому подтверждением. Ты можешь иметь хоть семь пядей во лбу, но без искры удачи все равно ничего не добьешься. И наоборот. Можно балагурить ночь напролет, проиграть все деньги, изувечить асфальт краской и на следующий день вернуть все, что казалось, уже безвозвратно потеряно. В любом случае, не стоит вешать носа, ведь жизнь полна сюрпризов.

Триумфальное возвращение в состав стало для меня приятной неожиданностью. Причины этого мне были не известны, пока завесу тайны не приоткрыли Суббота и Аршак. В тот день, когда я проглатывал одну бутылку пива за другой, а Чича играл на гитаре любовные оды,команда продолжала тренировки. Вдохновленный Кривоножко праздновал очередной успех. Он был в прекрасной форме и на тренировке проявлял себя лучше любого другого. Настоящий передовик, который, к тому же лишился конкуренции в моем лице, став полноправным лидером набирающей мощь команды.

Хохла распирало от собственного величия. С высоко задранным подбородком, распушив павлиний хвост, он гоголем расхаживал по раздевалке, отвешивая шутки в адрес одноклубников после ударной тренировки.

«Да, Суббота. Домик-то у тебя дырявый!» – Смеялся он, намекая на пропущенный мяч между ног. – «Вот бери пример с Аршака. Отличный парень. Молодой, горячий. Все у него получается. Только в воротах играть не умеет!».

Над его шутками смеялся только он, но кого это волновало. «А ты чего такой веселый?» – Он посмотрел на Суворова. – «Тебе бы щитки поменять. А то в деревянных ты как-то не очень. Ну, кто так принимает мяч? Ладно, не грусти. Будет время, покажу как надо». – Он потрепал парня за щеку.

К его шуткам уже все успели привыкнуть и просто не обращали на них внимания. Но даже полное безразличие товарищей не мешало ему продолжать стенд-ап. Вознеся указательный палец, он о чем-то вспомнил и залез в сумку. Достал банан, положил его напротив одного из шкафчиков и, еле сдерживаясь от смеха, отошел в сторону.

Из душевой вышел Руфус Занга. Обернутый в полотенце, он насвистывал африканские мотивы. На скамейке у порога шкафчика лежал банан. Он замер, подозрительно осмотрелся. Игроки молча следили за ним, с любопытством ожидая реакции. Глаза Руфуса заблестели.

– Qu'est-cequec'est? –спросил он на чистейшем французском.

– Bonappétit. – Ответил Кривоножко.

Едкий беспардонный смех заполнил помещение. Глаза Руфуса налились кровью. Черной пантерой прыгнул он на обидчика и вцепился в его ноги. Плотные ряды белых зубом мертвой хваткой сжали бедро задиры. Словно африканский аллигатор,Руфус поедал его ногу, пытаясь утащить на дно. Кривоножко визжал, как попавший под раздачу поросенок. Дергался в конвульсиях, кричал, звал на помощь, пытался вырваться из пасти, но тщетно. Из бедра сочилась кровь. Руфус вгрызался все глубже, пытаясь оторвать кусок мяса. Игроки с ужасом смотрели за происходящим. Пытались помочь, но делали лишь больнее. Руфус и не думал ослаблять хватку.

Понадобилось около двух минут, чтобы успокоить потерявшего контроль африканца. Зубы разжались. Кривоножко повалился на пол, схватившись за ногу. Руфус стоял посреди раздевалки, абсолютно голый с окровавленными зубами как настоящий людоед. Казалось, что он выпил всю кровь из жил обидчика.

Кривоножко смотрел на него, взглядом раненой лани.

– Ну ты и придурок! – Истерически кричал он. – Это же просто шутка. Надеюсь, ты не заразил меня бешенством!

Он попытался встать. Хромая, сделал два шага, и вновь повалился на пол.

– А ты все-таки расист. – Пожурил Субботин Кривоножко, взваливая его на могучее плечо. – Я же говорил, отстань от негра. Он же тебя чуть не съел.

Именно так, белые зубы черного рыцаря, неожиданным образом подарили мне очередной шанс.

Глава 8. Пора домой

Типичное сентябрьское утро. За окном мрачно, барабанит дождь. Я лежу, завернутый в одеяло. Зубы стучат. Толи от холода, толи от волнения. Сам не пойму. И лишь Суббота, лежит лицом к стенке и храпит как медведь. Везет ему. Стук в дверь нарушил идиллию. Открываю. Там Козлов, заспанный, с синяками под глазами что-то бурчит себе под усы. «Тебя к телефону» – говорит он, привыкший к роли секретаря.

Иду вниз не питая иллюзий, потому что знаю, что в такое время мне может звонить только он.

– Привет спортсмен! –Прозвучал в трубке игривый голос Марселя. И чего ему не спится? Ведь в Москве сейчас шесть утра.

– Что-то тебя давно не слышно. – Говорит он, после краткого молчания. – Где мои деньги?

– Так еще больше трех месяцев до истечения срока

– Да-да. Не волнуйся. Просто я вижу, что твое финансовое положение продолжает крепчать. И при этом от тебя ни весточки.

– Откуда ты знаешь?

Он засмеялся. В смехе виделось что-то зловещее. Ведь откуда он мог знать о заключенном на днях новом контракте с клубом?

– Что бы ты обо мне не думал, я всегда знаю чуточку больше. Я внимательно слежу за возрождением твоей футбольной карьеры. Глаз не может нарадоваться, как забросивший футбол ветеран резво вернулся в обойму. Я восхищаюсь, как быстро ты набрал былую форму и подтянул здоровье. Будет очень обидно неожиданно растерять и то и другое в какой-нибудь подворотне.

– Опять твои угрозы.

– Нет! Что ты! – Продолжал ехидничать он. – Я искренне переживаю. Ночами не сплю. Лежу в постели и думаю, как там наш Костик. Как его жена, сынишка?

– Не приплетай сюда мою семью!

– Да ладно, успокойся! Я правда за ними присматриваю. И у них все хорошо. И у тебя все будет хорошо. Если ты меня не подведешь.

– Не подведу! – Ответил я.

– Не сомневаюсь. Тем более в октябре мы с тобой увидимся. Нам будет, что обсудить.

– С чего ты взял?

– Сердце нашептало. Шутка! Я же сказал. Что бы ты обо мне не думал, я всегда знаю чуточку больше. Бывай, спортсмен.

В одних трусах, я стоял посреди пустого вестибюля с прижатой к груди трубкой. Короткие гудки доносились в унисон бьющемуся сердцу. От разговора с Марселем меня постоянно трясло. Особенно сейчас, когда проявленная осведомленность и предсказание загадочной встречи, таили скрытую угрозу. Как же он любит плести интриги.

Ведь действительно, пару