Ламбрант-Некромант - Гапарон Гарсаров

— А что случилось с этой Делмой? — не отставал Аделард, увидев, как мимо пронеслись ещё двое студентов. — Ламбрант что, взял и убил её?

— Не только её, но ещё девять смертных одним махом! — возмущённо воскликнул старейшина. — Сгорели заживо в адском пламени в одной церквушке. Уже больше года прошло…

Договорить ему не дали крики с заднего двора. Оттуда повалила новая толпа студентов, и только сейчас Борисов обратил внимание на их странные лица. У парня, который в беге задел его плечом, из носа торчала ветка с кроваво-зеленоватыми листиками. Две девушки, следовавшие за ним, вырывали из ушей траву. Когда растения упали на пол, Аделард заметил там кровавые капли. Что-то ужасное происходило во внутреннем сквере, отчего все удирали оттуда как ошпаренные.

— Нет! — приказал Эдмонт, схватив за плечо неофита, который хотел было двинуться в ту сторону. — С этим разберутся гвардейцы.

Четверо солдат, расталкивая охваченную паникой толпу, принялись пробираться к заднему двору. Лиценциат же взял Аделарда за руку и потащил в обратную сторону, в центральному выходу, куда бежали напуганные студенты. Вестибюль охватили крики. Охранники с недоумёнными лицами смотрели на движущуюся толпу, беспомощно махая руками друг другу. Бесов чуть не сбили с ног несколько отчаянных молодчиков, у которых вместо волос на голове зеленела густая трава.

— Сюда! — скомандовал Эдмонт, толкнув неофита к западному крылу, где ещё более менее было спокойно и просторно.

— Что происходит? — недоумевал Аделард, едва успевая бежать рядом с напуганным старейшиной. — Вы видели?! У этих смертных что-то с лицами…

— Если не хочешь, чтобы и у тебя из уцелевшего глаза что-нибудь выросло, двигай копытами! — рявкнул лиценциат.

Вдруг он со всей силы ударился о какую-то преграду и с воплем отлетел назад. Тучный старейшина грузно шлёпнулся на пол и застонал. Борисов отпрянул в сторону и увидел перед собой высокого бородача в необычной синей одежде.

— Господи, что Вы делаете?!! — вскричал Семён Олегович, наблюдая за этой картиной из-за спины Охтина.

Но тот молча нацелил на Аделарда массивный пистолет, и бесу ничего не оставалось, как подпрыгнуть и ползти прямо по стене к потолку. Выстрелы огласили коридор западного крыла, заставив малочисленных его посетителей с криком разбежаться по углам. Пули со свистом вгрызались в штукатурку, едва не задевая шустрого неофита.

Наконец, патроны у светловолосого мужчины закончились, и Борисов понял, что это единственный шанс на спасение. Он спрыгнул на него прямо с потолка, свалил с ног и выбил оружие. Правда, от резких движений металлическая пластина на его голове съехала набок, да и глазная повязка стала давить на нос.

Растерянные Тронин и Семён Олегович стояли в нескольких метрах. Аделард грозно уставился на них, чувствуя, что эти лица ему знакомы. Но в следующий же миг боль прожгла место под левой лопаткой. Охтин воткнул в беса кинжал с голубым камнем на рукояти и отбросил его в сторону.

— Быть того не может, это же Падерин! — донёсся до раненного Борисова голос следователя, и бородатый мужчина, схватив противника за грудки, стукнул его об стену.

Перед единственным глазом всё поплыло — пол, потолок, коридор. Крики стали приглушёнными. Скоро на смену им выплыли болезненные воспоминания. Вот Аделард сидит на стуле, связанный, голый и изнывает от боли. А трое мучителей издеваются над его телом. Вот они же угрожают попу с попадьей в Елмонской церкви, требуя выдать мощи Святого Реазарха. Борисов чётко разглядел их небритые лица и испытал гнев.

Он закричал как раз в тот момент, когда в коридоре западного крыла университета раздались новые выстрелы. Гвардейцы палили по растрёпанному Охтину, вынудив его скрыться за поворотом. Тронин и проректор уже куда-то исчезли, равно как и другие перепуганные посетители. Вельмон быстро помог Эдмонту подняться, однако в следующую же минуту его грудь пронзила пуля.

— Ангрилоты!!! — в панике заорал старейшина.

Раненый Аделард повернулся и увидел группу людей в таких же синих костюмах, как и у бородатого стрелка, но их лица были скрыты за тёмными шлемами. Они атаковали гвардейцев со стороны выхода, угрожая вот-вот всех изрешетить. Неофит и лиценциат обменялись обречёнными взглядами, ведь бесов было вдвое меньше, чем этих солдат в синих одеждах. К тому же, из-за угла продолжал стрелять Охтин. Борисов сидел у окровавленной стены, об которую ещё мгновение назад его стучал светловолосый ангрилот, и был идеальной мишенью для нападающих. Но те сконцентрировались на бесах в коричневой форме, сваливая их одного за другим. В следующее мгновенье несколько пуль попали в Эдмонта, и он с грохотом рухнул на пол.

— Отставить! — прокричал Охтин, помахав своим собратьям из своего укрытия.

Стрельба разом прекратилась.

— Этот нужен для допроса! — скомандовал Валентин Кириллович, указав на лежащего у стены беса со стальной пластиной на голове.

Двое ангрилотов подняли его и показали своему руководителю. Тот вышел к ним вместе с Трониным и проректором. Оба выглядели напуганными, особенно Семён Олегович, который без конца вытирал пот с красного лица.

— Вы назвали его Падериным? — уточнил Охтин у следователя. — Взгляните, может, Вы обознались.

— Это точно он, — заключил Степан Игоревич, присмотревшись к одноглазому бесу. — Но как такое возможно? Ведь я же видел его обезображенный труп!..

— Он не умер, выходит? — вопрошал Семён Олегович с дрожащими губами.

— Увести, — велел Валентин Кириллович, оттирая свой кинжал от чёрной бесовской крови. — Мы свяжемся с вами ещё.

— Но как же ж, посмотрите, что вы наделали! — истерично завизжал проректор, указывая на многочисленные дырки в стенах и расстрелянных бесов, перегородивших телами коридор.

— Могло быть и хуже, если вместо них оказались бы студенты и преподаватели, — мрачно парировал Охтин и распорядился унести тела.

Аделард нехотя хромал в сопровождении двух ангрилотов к выходу. В вестибюле уже не осталось никого. Лишь на мраморном полу валялись окровавленные веточки и куски травы. И только несколько женщин в странных капюшонах бродили между всем этим бардаком и что-то завывали. Борисову показалось, что они вообще прозрачные. Едва солдаты обратили на это внимание, как сверху кто-то налетел на них, размахивая крыльями. Призрачный мужик с цепями и в лохмотьях с длинными рукавами озлобленно ревел, вызвав у ангрилотов только недоумённую усмешку. Однако следом сквозь него возникли чёрные руки, которые мигом схватили воинов за шлемы и ударили об потолок. Вновь посыпались пыль и штукатурка. Неофит не успел даже оглянуться, как перед ним рухнули тела его конвоиров.