Ламбрант-Некромант - Гапарон Гарсаров

— У Вас что, Павел Егорович, там ребёнок?! — возмущённо спросил сержант.

— Ну как бы да… — замешкал Ламбрант, виновато оглядываясь назад.

— А почему без детского кресла? — продолжал негодовать Скоробогатько и поспешил открыть заднюю дверцу. — Как Вы детей-то перевозите? Нарушение…

Из-под коврика высунулась морда Дендруса и заблеяла, наподобие овцы. Инспектор отшатнулся от машины, едва не выронив документы.

— Кто это? — вырвалось у него из груди.

— Барсетку мою обратно отдай, — потребовал Ламбрант, высунув руку из окна.

Как ни странно, но гаишник вернул документы. А когда Дендрус издал очередной детский звук, у мужчины из носа закапала кровь. Следом из ноздрей выползла тонкая веточка, которая тут же стала распускать мелкие листочки. Скоробогатько покачнулся и хотел закричать, но во рту оказалась трава.

— Спасибо, — раздражённо сказал Павлов, обернувшись к люлюкающему демону, и ударил по газам.

Хоть какая-то польза от дефектной покупки. Впрочем, если б не распил деревьев в затопленной лощине, Ламбрант бы не потерял столько времени. С другой стороны, во многом виноват его очередной приступ, из-за которого сгорела одежда. Может, даже хорошо, что это произошло поблизости с водой, а не в каком-нибудь помещении. Иначе пожара было бы не избежать. И едва Павлов подумал о таком исходе под лепетание Дендруса, как на горизонте засияли отсветы огня. Елмонская церковь полыхала как свечка, а вокруг неё бегали напуганные люди. Две пожарные машины стояли перед дымящимся крыльцом, но спасатели особо ничего предпринимать уже не стремились. Да и какой в этом был смысл, ведь деревянный храм уже не потушить просто так.

— Чёрт, — прошипел Ламбрант, наблюдая за всей этой картиной с пригорка.

Потом вспомнил, что он голый и явно привлечёт внимание зевак, поэтому поторопился вернуться в машину. Что ж, видимо, трое убийц Падерина решили напоследок сжечь бесполезное место, лишив люциферита второго шанса использовать нюх молодого люпастора. Павлов сидел за рулем и молча злился. Даже глаза его сделались оранжевыми, чего он обычно старался не допускать наедине с самим собой. Получалось, что трое бандитов обладают преимуществом в виде переродившегося Бориса. А он имеет на руках бесполезного Рыкова и дефектного Дендруса, не умеющего говорить.

Древесный демон продолжал играть со своим языком, издавая различные бессвязные звуки. Теперь он пытался что-то показывать своими ручками. Присмотревшись в него через обзорное зеркало, Ламбрант вдруг обнаружил, что Дендрус изображает удивлённого инспектора Скоробогатько.

— Да ты не так плох, как кажешься, — обрадовался люциферит, обернувшись к нему. — Попробуем покормить тебя развлечениями над смертными?

Дендрус качнулся и радостно запел какую-то мелодию.

— Как раз успеем к последней паре в универ, — заключил Павлов и завёл двигатель.

В этот самый момент машина, в которой сидел всклоченный Аделард, остановилась у центрального кладбища. Гвардейцы уже вовсю сновали на его территории, выводя всех посетителей под предлогом, что проводится проверка утечки бытовых отходов. Ошарашенные бабульки торопились к выходу, ничуть не подозревая подвоха, ведь вежливые парни в коричневых одеждах, действительно, были похожи на работников какой-то экстренной городской службы.

— Сейчас тебе станет лучше, — пообещал Эдмонт, дожидаясь, пока солдаты разрешат выйти из автомобиля. — Э-э-э, нам всем рекомендуется регулярно посещать захоронения и заряжаться энергетикой.

— Мне это точно понадобится, — пробубнил Вельмон на переднем кресле, всё ещё держась за челюсть.

— Э-э-э, ты сам виноват, — подметил лиценциат с ехидной улыбкой. — Нельзя мешать неофиту, тем более когда тот восстанавливает память.

Гвардеец недовольно посмотрел на Борисова через зеркало заднего вида и замолчал.

— Но, мальчик мой, крушить надгробия здесь лучше не стоит, — продолжил старейшина. — Это кладбище очень ценно как для смертных, так и для экзархата.

— Этого больше не повторится, — сухо ответил Аделард, глянув на свои поцарапанные руки. В порыве ярости в церкви он не обращал внимания на мелкие раны. Теперь же пальцы побаливали.

— Э-э-э, злость это совсем не так плохо, — рассуждал Эдмонт. — Бесам даже полезно иногда испытывать такое сильное чувство. Но проявлять его вовне — человеческое качество. Надо направлять энергию зла в себя, от этого твои рога станут более эстетичными.

— Они растут от психоза? — усмехнулся неофит, потрогав лысую голову и поправив глазную повязку.

— Они — источник нашей жизни. Лишись ты их, и всё, возврата к жизни уже не будет. Поэтому надень-ка вот, на.

Лиценциат вытащил из-под копыт какую-то выпуклую металлическую пластину с резинкой и тут же примерил её на Борисова.

— Все неофиты ходят так, — сопроводил он свой жест. — Пока панты не окрепнут…

— Понты? — переспросил Аделард, чувствуя себя неуютно в стальной шапочке.

— Э-э-э, панты, — поправил его Эдмонт. — Они у всех перерождённых в первое время мягкие и уязвимые. Поэтому большинство бесов гибнут в первый год, причём из-за собственной же неосторожности. Ну и об ангрилотах тоже не следует забывать, те долго не возятся — бьют сразу по рогам.

— Ламбрант что-то говорил об этом. А они что, сильнее нас?

— Э-э-э, не сильнее, просто постоянно занимаются истреблением всех, кто бессмертен, — с тревогой в голосе произнёс старейшина. Ведь и он сам стал советником экзарха относительно недавно из-за того, что ангрилоты убили предыдущего попечителя лиценциарии.

— Значит, ангрилоты — обычные смертные? — уточнил Аделард, пытаясь рассмотреть свой обновлённый облик в зеркале заднего вида.

— Хорошо натренированные смертные, — добавил Эдмонт, подняв пухлый указательный палец. — Тебя ещё обучат всей методике поведения с ангрилотами. У нас в лиценциарии есть годичный курс по безопасности. Ведёт Демонт Алексеев, крайне опытный бес, он раньше возглавлял гвардию экзархата, но успел побывать в плену у ангрилотов и сбежать. Теперь работает с неофитами, обучает их премудростям личной безопасности.

— Мне уже не терпится начать, — мечтательно промолвил Борисов, вызвав усмешку у Вельмона.

— Э-э-э, сейчас ты не должен отвлекаться на всё это. Восстановление памяти — приоритет для экзархата…

К машине подошёл один из гвардейцев и сообщил, что на кладбище безопасно. Сразу же возле ворот их встретил толстый мужик в кепке. Аделард узнал его, и перед единственным глазом вновь замелькали картинки из прошлой жизни. Вот он рыщет по кладбищу, отгоняет собак, залазит в какой-то склеп, но не находит там ничего интересного, кроме вонючего ручья.