Ламбрант-Некромант - Гапарон Гарсаров

— Трупы, — сказал Павлов, словно прочитав подозрения Аделарда. — Трупы в ванной, я понял.

Дендрус зачерпнул в свою крохотную ладонь воду, наполнявшую раковину, и принялся пить её. Затем дёрнулся и начал что-то лопотать. Борисов откровенно недоумевал. Мало того, что ему было не по себе поблизости со столь грозным для всех Ламбрантом. Так ещё и это существо наводило на него страх.

— Как я сам не догадался, — злобно прошептал люциферит, явно определив по жестам Дендруса, что тот имел в виду.

— Что здесь вообще происходит? — не выдержал Аделард и задал свой главный вопрос. — Кто это такой?

— Древесный демон, очень редкий в наших краях, — сообщил Павлов, потирая подбородок. — Он отвечает только на один вопрос для того, кто его найдёт и накормит.

— И что он ответил тебе? — уточнил Борисов, с омерзением поглядывая на серого лилипута с большой рогатой башкой.

Но Ламбрант вновь присмотрелся к Дендрусу, который повторял свои кривлянья в очередной раз — ложился в раковину, ждал, пока там наберётся вода, пил её и дёргался с лепетанием. Люциферит прервал его жесты, указав пальцем на беса, словно спрашивал. В ответ тот замотал головой, чем вызвал у Павлова недовольный вздох.

— Придётся искать крепкое тело, — промолвил он, потеряв интерес к древесному демону, и вышел из туалетного помещения.

— Какое тело? Зачем? — поспешил за ним Аделард, чуть не споткнувшись на пороге.

— У тебя дома следак нашёл диски с порнографией, — вдруг поведал Ламбрант, направляясь к раненному Рыкову, который всё так же лежал на животе. — А там прелестное видео про то, как насилуют маленьких деток. Твоя работа?

— Что??? — опешил Борисов. — Нет!

— Он сказал, что достал это из твоей сумки, — продолжал глумиться над ним люциферит с плотоядной улыбкой. — И следствие тут же сделало вывод, что ты и твои предки предпочитали секс с детьми и снимали это всё на видео.

— Какая мерзость! Этого не было!

— Ну, по каким-то причинам ты же стал бесом после смерти.

— Что?..

— Бесоголовые не объяснили тебе, что далеко не каждому трупу даётся вторая жизнь? — усмехнулся Ламбрант и заглянул люпастору в лицо. — Только истинные приверженцы Сатаны перерождаются в бесов.

— Ты всё врёшь, иначе бы бесы сами устраивали секты, — парировал Аделард, заглянув в рану Андрея. — Меня предупредили, что ты никогда не говоришь правды.

— Как и ты, — ухмыльнулся Павлов и приблизился к нему, заглянув в единственный глаз. — На сатаниста ты, действительно, мало похож, слишком рыхлый. Но грешник из тебя отменный. Я даже боюсь представить, что такого ужасного надо было натворить при жизни, чтобы переродиться в беса.

Борисов вновь опустил взгляд на обездвиженного Рыкова, нервно сжимая кулаки.

— Так что педофилия и торговля порнушкой вполне могут сойти за суровую правду, — сделал люциферит очередное неприятное заключение, и неофит замахнулся на него рукой.

Впрочем, ударить ему не удалось. Ламбрант перехватил руку, больно сжав запястье.

— Вот так ты благодарен за своё спасение! — радостно воскликнул Павлов, не отпуская несдержанного беса. — Все вы черти плешивые и место ваше в болоте!

— Мне продал эти диски мой сокурсник! — выпалил в ответ Аделард. — Я даже не знал, что на них!..

— Просто так купил, что ли? — усмехнулся люциферит, впившись в неофита горящими глазами, отчего тому становилось как-то плохо.

— Да, из любопытства, — зажмурившись, выдохнул тот. — По глупости всё получилось…

— И что же это за сокурсник такой? — заинтересовался Ламбрант.

— Нетленкин его фамилия, кажется, — напряг свою болезненную память Борисов. — Он стриптизёр в гей-клубе, мне так говорили.

— О! — пришёл вдруг в восторг Павлов, и глаза его стали ярче. — Гнездо разврата! Надо наведаться к твоему порнографу-педофилу.

— Зачем? Я даже не знаю, где этот клуб находится и как он называется…

— Так и называется «Гнездо разврата», — прошипел люциферит, которого глупости недавно переродившегося беса уже порядком раздражали. — В этом городе других подобных заведений ещё не открыли.

Злачное место в областной столице разрешили расположить лишь на самой отдалённой окраине, практически у лесной опушки. Зато хозяева отгрохали здесь целый трёхэтажный дворец с балконами, бассейном и огромным танцполом. Судя по количеству машин на парковке, интерес провинциальных горожан к этому нестандартному виду отдыха был повышенным. Уже на стоянке Аделард увидел целующихся парней и пьяных девиц, которые громко обсуждали, где им продолжить ночь. Ламбранта же вся эта обстановка заводила. Тем более, что был он в чёрном платье с фатой.

Корейскую иномарку с разбитым задним стеклом пришлось оставить возле колокольни в центре города, ведь ангрилоты наверняка уже объявили её в розыск. Впрочем, и раненного люпастора взять с собой не получилось — тот лежал без сознания в полузаброшенных амбарах. Поэтому до сюда они добрались на угнанной «Мазде». От машины до подсвеченного яркими огнями крыльца клуба люциферит двигался, пританцовывая под модный ритм, который издавали уличные колонки.

— Ваши флаеры, господа? — потребовал разукрашенный бородатый мужик, охранявший вход.

— Милый, ты опять забыл дома пригласительные? — радостным голосом обратился Павлов к бесу, а следом вдруг обнял его за шею и подтянул к себе под мышку, как какую-то собачонку. — Ах, мы с ним такие рассеянные! От страсти всё забываем!

Для убедительности Ламбрант чмокнул Аделарда прямо в глазную повязку.

— Пропусти их, Фредерик, — раздался из-за спины писклявый голосок, и на лестнице возникла фигура в белом воздушном платье и жёлтом парике. — Не видишь, что ли, ребятишки пришли на конкурс!..

Трансвестит широко улыбнулся им губами, густо накрашенными алой помадой. Аделарда чуть не стошнило от морды этой уродины. Зато Ламбрант в ответ на помощь случайного знакомого послал тому воздушный поцелуй. Впрочем, бородач в розовой кожаной куртке мигом пропустил всех троих в клуб.

Внутри гремела мелодичная музыка и моргали неоновые огни. На стенах были нарисованы обнажённые мужчины и женщины. Борисов вспомнил, как Женя хвасталась, что декорировала именно этот клуб. Он тут же заметил полуголых парней с заячьими ушками на головах, которые перемещались туда-сюда с подносами. Который из них Нетленкин, определить было сложно. Хотя бес и помнил надменное лицо своего развратного сокурсника. И зачем только взял у него эти диски с порнографией? Аделард не мог понять это при жизни, не понимал и сейчас.

— Вы откуда, красавчики? — спросил трансвестит в жёлтом парике, взяв люциферита за другую руку.