Джон, Пол, Джордж, Ринго и я (Реальная история ‘Битлз’) - Тони Бэрроу

Значительные продажи концертных билетов в Штатах были сравнимы с высоким спросом у американских редакторов на свежий материал о великолепной четвёрке. В современном мире связей с общественностью, сильно ориентированной на деньги, мы бы договаривались об огромных суммах за каждое, данное битлами интервью. Типичный специалист из шоу-бизнеса по связям с общественностью наших дней является немного большим, чем торгашом, чья работа – продавать своих знаменитых клиентов за наличные предложившим наивысшую цену издателям. Они мало заботятся – если вообще заботятся – о длительности карьеры или защиты имиджа. В шестидесятые годы мы аккуратно разделяли рекламу и продажи. Все, кроме самых исключительных историй, считались скорее полезной рекламой, а не дополнительными источниками дохода. С ансамблем калибра ‘Битлз’ мы могли требовать максимального редакционного контроля над тем, в каком виде статьи окажутся напечатаны. Мы считали эту власть жизненно необходимой для контроля постоянства имиджа ‘Битлз’. Часто за нами было последнее слово в выборе снимков, используемых для иллюстраций основанных на интервью статей, и мы пользовались правом вето на материал для статей, который мы считали в каком-либо отношении нелестным или вредным. С такой прибыльной группой, как ‘Битлз’, это был более выгодный способ, чем просто продавать их слова и фотографии любым редакторам, которые были готовы заплатить больше всего денег.

К 1965 году мы также делали большинство интервью и фотосессий, поощряя при любой удобной возможности распространение публикаций одновременно несколькими изданиями. Это означало, что одна единственная статья или фотография появится не лишь один раз в оригинальной британской публикации, которая получила полномочия, а она будет доступной для появления множество раз в различных местах по всему миру, будучи переданной агентствами по распространению редакторам для местных переизданий. Этим мы добились более широкой огласки без необходимости давать дополнительные интервью. В период времени, предшествовавший серии американских концертов ‘Битлз’ в 1965 году, такой материал, взявший своё начало в Британии, сыграл большую роль в нашей рекламной кампании этого турне и в то де время упростил мою работу.

Может, протаскивание хвалебных статей в газеты и журналы и являлось главной частью моей работы, но были и важные второстепенные дела, которым надо было уделять внимание, когда приходило время битлам отправляться в путь. По просьбе Брайана Эпстайна, я начал непосредственно участвовать в согласовании стратегии безопасности с организаторами концертов на местах в США. Туда входило продумывание и предоставление действенных пропусков на доступ, чтобы нужные люди могли попасть в ограниченные области в местах концертов. Очевидно, что охрана за кулисами много раз терпела неудачу в 1964 году. Я сделал новые пропуска как можно более характерными и отправил необходимое количество в Штаты с прилагавшимися к ним детальными инструкциями, которые включали в себя изображения образцов значков различных цветов, разработанными для исполнителей, руководителей концертов и прессы. С учётом размаха битловского турне промашки были неизбежны. В случае с моими тщательно спланированными в целях безопасности пропусками, у меня не было сомнений, что организаторы концертов надлежащим образом распространят пропуска и прилагающуюся к ним информацию в разумных пределах своим людям, отвечающим за безопасность. Но, в конечном счете, многие из этих парней, ответственных за контрольные точки входа и доступа, решили проигнорировать наши инструкции и изобрели свои собственные своды правил относительно того, кого следует впускать, а кого надо прогнать. Примечательно, что большая часть мест, которые представляли ‘Битлз’ в предыдущем году стали намного более эффективными в отношении безопасности и другого материально-технического оснащения ко времени наступления концертов 1965 года. Больше всего головной боли вызывали у нас новые места, которые считали, что им лучше знать, и что им не нужны руководящие советы из Лондона. Больше всего это сказывалось на женщинах из нашей команды менеджмента и сопровождающей свиты из средств массовой информации, так как среди американцев, связанных с безопасностью, преобладало мнение, что женщины не могут профессионально справляться с важными обязанностями и, следовательно, им не следует предоставлять какой-либо привилегированный доступ!

За месяц до нашего отлёта в Америку произошёл настоящий шквал выпусков записей по обе стороны от Атлантики. Самый последний ‘кэпитолский’ сборник группы, под названием ‘‘Битлз’-VI’ поднялся на первое место в хит-параде альбомов в США. Альбом со звуковой дорожкой ‘Помогите!’ и сингл, включавший в себя заглавную песню в паре с ‘Я удручён’, вышли одновременно с премьерой фильма в Британии и Штатах и мгновенно стали бестселлерами.

В пятницу, 13 августа, мы полетели из Лондона в Нью-Йорк, и ребята тут же расстроились, когда увидели первое свидетельство ужесточившейся безопасности после того, как мы приземлились в международном аэропорту ‘Кеннеди’. Вместо того чтобы приблизиться к зданиям с терминалами и дать сотням фанатов возможность поприветствовать группу, тесно соприкоснувшись с ней, наш самолёт Ти-У-Эй проехал около трёх километров, чтобы высадить битлов в отдалённом углу аэропорта. Хотя ребята соглашались с этим шагом в Лондоне, теперь они утверждали, что несправедливо лишать разочарованных фанатов шанса даже мельком взглянуть на них. Мы переложили вину на службы аэропорта, бормоча о “соображениях общественной безопасности”, но группа оставалась в сердитом настроении, когда мы умчали их в лимузинах в отель ‘Уорвик’. Снаружи отеля, расположенного на углу Шестой авеню и 54-й улицы, стало ясно, что кто-то намекнул нью-йоркским поклонникам ‘Битлз’ на новые меры предосторожности в аэропорту, потому что возле ‘Уорвика’ оказалось больше фанатов, чем в ‘Д.Ф.К.’ Увидев эту толпу машущих фанатов и услышав восторженный приём, который им дарили, ребята заметно обрадовались, а Джордж сказал мне: “Значит, американцы всё ещё любят нас, в конце концов”. Должно быть, в их головах промелькнула мысль, что мы уклонились от здания вокзала в аэропорту потому, что слишком мало фанатов собралось там поприветствовать их.

Часто во время этого и других турне я устраивал так, что пресс-конференции проходили в моём собственном номере в отеле. Это было очень удобно, потому что я мог сказать журналистам заранее, куда прийти прежде, чем я сам узнавал номер моей комнаты. Это также гарантировало, что мне предоставляли большую комнату, что раздражало Брайана Эпстайна, когда его была меньше моей. Я сделал для ‘Уорвика’ исключение, будучи предупреждённым Сидом Бернстайном – жившим в Нью-Йорке организатором открывающего турне шоу на стадионе ‘Шей’ – что это будет особенно большое событие, и нам придётся использовать танцевальный зал отеля или самое просторное здание для организации вечеров. Как обычно, я устроил конференцию как можно быстрее после нашего прибытия, потому что это ослабляло давление вопросов и просьб прессы на оставшуюся часть нашего пребывания. Кроме того, чем быстрее я устраивал первую конференцию в Нью-Йорке, тем больше шансов у меня было собрать ребят, прежде чем они доберутся до своих кроватей и уснут после утомительного перелёта через Атлантику. Я взглянул на длинный банкетный зал, заказанный Сидом Бернстайном, и предположил, что он вместит до 100 человек безо всяких неудобств. “Сколько человек мы ожидаем”, – спросил я его. “Около 250”, – ответил он с гордостью, добавив: “Это включительно победителей всяких конкурсов и тому подобное”. Так много для моей краткой пресс-конференции перед турне, тогда как я молил всех организаторов сделать конференцию по сути деловым мероприятием, ограничив приглашения уполномоченными профессионалами! Бернстайн сиял простодушным удовольствием, словно он успешно ‘распродал’ эту конференцию, и я оставил его барахтаться в этом чувстве собственного достижения.