Твоя маленькая ложь (СИ) - "Alena Lavr"

— Эли, привет, котенок, — раздается нежный голос мамы от которого хочется реветь навзрыд.

В глубине души я испытываю неимоверное облегчение, ведь если она взяла трубку значит с ней все хорошо или, по красней мере, она может говорить…

— Привет, мам, — произношу я, пытаясь подавить слезы. — Нам будут выдавать телефон по воскресеньям поэтому, пожалуйста, бери трубку, я волнуюсь.

— Конечно, я буду стараться брать трубку. Как у тебя дела? Все хорошо? — спрашивает она и я улавливаю в трубке далекие голоса медсестер.

— Да, все прекрасно, — пытаюсь лгать я, кусая губу. — Вчера Грета ходила на свидание.

— Правда? Как здорово, — искренне радуется мама. — Ты хорошо ешь, а то я тебя знаю…

— Да, мам, нас кормят отлично, — признаюсь я. — Ты лучше скажи, как ты, все хорошо?!

Мама испускает едва заметный выдох, но мне этого достаточно, чтобы понять, что что-то не так.

— Я держусь, пытаюсь бороться, читаю мотивационные книги… — медленно произносит она. — Стараюсь не расчесывать волосы, чтобы не оставлять пол головы на расческе. Ты знаешь, вчера на мой счет пришло пособие, мой доктор уже пустил его на лекарства.

— Я рада, — я расплываюсь в улыбке и замечаю, как в комнате появляется Каролайн. — Мам, похоже, мне пора. Я перезвоню через неделю, хорошо?

— Эли, погоди, я не сказала тебе, что…

— Мадемуазель, время вышло, сдаем телефоны, — громко раздается строгий голос наставницы, и я нехотя сбрасываю звонок, не дослушивая слова мамы.

Она уже вторую неделю пытается мне что-то сказать, а Каролайн прерывает наш разговор. Через неделю мне следует начать звонок именно с этого вопроса.

— Надеюсь, вы успели сказать главные слова своим родным, — мягко проговаривает Оберг, заканчивая собирать телефоны. — Теперь вы можете быть свободны.

Участницы начинают покидать лиловую гостиную, разбредаясь кто куда. Мы с девочками тоже ступаем вслед за ними, но решительный голос наставницы заставляет меня остановиться.

— Элизабет, останься, пожалуйста, — тихо произносит Каролайн, разворачиваясь ко мне.

По затылку пробегают неприятные мурашки и с легким недоумением на лице я подхожу к женщине.

— Скажи мне, что произошло между тобой и горничной? — настойчиво спрашивает она, глядя мне в глаза. — Она тебе хамит или грубит?

— Она не выполняет некоторые обязанности, — уверенно сообщаю я, складывая руки на уровне солнечного сплетения, повторяя жест наставницы, тем самым, пытаясь переманить ее на свою сторону путем копирования ее жестов.

Каролайн удивленно приподнимает брови.

— Не может быть. Каждое утро я собираю всех горничных и докладываю им ваши планы на день. Раскладываю по полочкам где получить те или иные вещи, когда вам приносить расписание и тому подобное. Все девушки строго проинформированы и не имеют цели отклоняться от графика.

— Мия прекрасно приносит мне платья и еду, но вот с расписанием и информированием о различных мероприятиях у нее есть некоторые проблемы, — сообщаю я.

Оберг понимающе кивает, направляя на меня решительный взгляд.

— Хорошо, я поняла тебя. Быть может, это связано с тем, что Мия еще слишком молода, но ей действительно нужна эта работа, — уверенно проговаривает наставница. — Я еще раз обговорю с ней все детали и лично возьму ее под свой контроль.

— Благодарю, госпожа Оберг, — я коротко киваю. — Но, согласитесь, возраст девушки не является показателем ее ответственности. Я и остальные участницы не далеко ушли от нее.

— Элизабет, ты очень мудра. И я, безусловно, соглашусь с тобой, поэтому очень надеюсь, что ты меня услышала, — женщина натягивает милую улыбку и удаляется из помещения, прихватывая за собой прозрачную коробку с гаджетами.

Весь день проходит в спокойной обстановке. Ника опять где-то пропадает до самой ночи, а мы с Гретой и Мартой решаем провести день в библиотеке в толстых кожаных креслах, утопая в романах сестер Бронте. Время от времени Грета выбегает в туалет с бледным лицом, когда наши горничные приносят нам обед, полдник и ужин. Мия по-прежнему избегает моего взгляда и молча опускает глаза в пол.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Вы еще здесь? — раздается удивленный голос Ники. Она просовывает голову в библиотеку, оставляя туловище за дверью. — Там Селена приехала с принцем, всех нас собирают в лиловой гостиной.

— Правда? — удивляется Марта, подскакивая с кресла.

— Ну, конечно, пойдемте скорее, — с нетерпением произносит Ника, заманивая нас рукой.

Мы обмениваемся недоуменными взглядами с Гретой и с неохотой направляемся к дверям. Всю дорогу до гостиной Ника высмеивает надменное поведение Расмуссен, поражаясь ее наглости. А я в это время уже жалею, что покинула тихую и уютную библиотеку, представляя, как меня будет мутить от одного вида этой парочки.

Когда мы заходим в самое популярное помещение отбора, я замечаю, что все участницы уже в сборе. Мы проходим мимо принца и Селены, которые стоят посреди гостиной и усаживаемся на белоснежные полукруглые диваны. Я наблюдаю, как Расмуссен с огромной охапкой белоснежных роз в руках берет под локоть наследника, изображая на лице победную улыбку. Похоже, я не замечаю, как мое лицо искажается в гримасе отвращения потому как в этот момент ловлю на себе взгляд Кристиана. Сегодня на нем сидит неизменный костюм в приятном синем цвете, подчеркивающий его глаза, с приталенным пиджаком, белоснежной рубашкой и обычными классическими брюками без стрелок, а дополняет весь образ тонкий ярко-красный галстук регат.

— Дамы, рад приветствовать вас, — вежливо говорит он, окидывая быстрым взглядом всех участниц. — Вчера и сегодня я побывал на первых свиданиях с двумя замечательными девушками.

Селена сияет он счастья, стряпая противные утиные губы в ответ на слова принца, а я подавляю желание закатить глаза. Безусловно, сейчас она выглядит в сотни раз шикарнее всех нас вместе взятых в длинном облегающем платье винного оттенка, аккуратно подчеркивающее ягодицы и зону декольте, а тонким и ломанным блондинистым волосам ее мастеру удалось придать легкую волну с потрясающим объемом.

— И, не смотря на столь поздний час, я бы хотел лично поговорить с каждой из вас и узнать, где бы вы хотели побывать на свиданиях. Да, признаюсь честно, у меня не так много идей для свиданий с вами поэтому я бы хотел услышать ваше мнение. Заодно я познакомлюсь с вами немного поближе, — проговаривает наследник с непринужденной улыбкой на лице, аккуратно убирая руку своей спутницы. — Селена, на сегодня ты можешь быть свободна, мы с тобой уже все обговорили.

Девушка наигранно улыбается широкой улыбкой, целует его в щеку, а он слегка приобнимает ее за талию.

— До встречи, Крис, — нарочито громко произносит она, чтобы ее услышала каждая живая душа в этой комнате.

— Доброй ночи, Селена, — добавляет он, смотря ей вслед, слегка поправляя галстук на шее. — Что ж, кто желает первой поговорить со мной наедине?

Практически все участницы встают с диванов и подаются вперед, выкрикивая свое имя. Я наблюдаю, как Марта бросается к толпе участниц, поднимая руку вверх. Мы с Никой и Гретой остаемся на своих местах, продолжая наблюдать за этим представлением. В конце концов, юноша выбирает одну из участниц и уводит ее из лиловой гостиной, оставляя других девушек томно ожидать своей очереди.

— Похоже, это надолго. Может, пойдем в комнаты? — зевая, говорит Ника. — Уже ночь как-никак.

— Я за, — соглашается Грета, подавляя ответный зевок.

Я коротко киваю, и мы встаем с белоснежной софы, направляясь по своим комнатам. По дороге на второй этаж меня не покидает то противное чувство, которое посещает меня при виде Кристиана и Селены. Нет, это не рвотный рефлекс, как кажется изначально, это нечто чем-то схожее со злостью и желанием как можно быстрее покинуть помещение, лишь бы не находиться с ними рядом.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Зависть? Ревность? Может быть, я чувствую ее своей главной соперницей? Но соперницей за кого? Моего лучшего друга?!

Ну уж нет. Мой друг никому не парень.

После принятия расслабляющего душа мои мысли приходят в порядок и большую часть времени я провожу, лежа на кровати, прикрытая одним белоснежным полотенцем. Длинные влажные волосы беспорядочно разбросаны по мягкому постельному белью, и я продолжаю медленно разглаживать их пальцами, задумчиво устремляя взгляд в потолок.