Белая линия ночи - Халид Аль Насрулла

в глаза Эльяви, я уставился в глазок камеры видеонаблюдения, висевшей на потолке в углу.

– Ты знаешь, со мной ведь происходит то же самое, – неожиданно спокойно произнес Аристократ. – Я замечаю его повсюду: в машине в соседней полосе, на входе в торговый центр, на соседнем ряду в кинозале, на улице, в автобусе, на пляже, в кафе, в парке, в библиотеке, в витринах магазинов, в аэропорту… В какой-то момент я стал носить в кармане складной ножик. И если я вдруг забываю его дома, обязательно возвращаюсь. Вам двоим это теперь тоже не помешает.

– И каков наш план? – спросил Эльяви. – Заявим в полицию или будем разбираться сами?

– Перво-наперво мы должны заполучить «Сказку сказок», – ответил Аристократ. – Потом уже придумаем, что делать с Библиодемоном. Продавец рассказал, что, пока книга была у него, за ним тоже следили – точно так же, как за нами. В день, когда мы с вами познакомились, продавец в очередной раз заметил Библиодемона в толпе и решил подойти к нему и спросить в лоб: мол, как так выходит, что я постоянно вижу вашу физиономию? Но стоило продавцу приблизиться, как Библиодемон тут же завопил – дескать, это как раз вы вечно следите за мной, что вам от меня нужно и все такое. Понимаете, да? Перевел стрелки! А главное, во время этого разговора он не сводил глаз с книги, которая была у продавца с собой. Я, разумеется, попросил перенести нашу встречу. Тем временем у курьера заканчивалась виза, ему нужно было уезжать из страны, и он нашел посредника – хозяйку небольшой библиотеки на западе промышленного квартала.

– И что потом?

– Я нашел эту библиотеку, пообщался с владелицей по телефону. Она, как выяснилось, тоже была знакома с Библиодемоном не понаслышке. Оказалось, он и ее преследовал в свое время, но в какой-то момент вдруг исчез из ее жизни так же неожиданно, как и появился. Курьер передал ей книгу, и теперь она хранится у нее дома. Нам нужно будет поехать к ней.

– Да уж, так себе новости… – отреагировал я. – А почему бы тебе просто не пригласить эту библиотекаршу к себе домой? Пусть сама завезет книгу.

– Исключено, – отрезал Аристократ.

– Ну и зря. Ты думаешь, Библиодемон не знает твоего адреса? Наивный.

– Я не собираюсь звать домой чужих людей. Никогда не знаешь, кто на самом деле тебе друг, а кто враг. Эту книгу я нашел за границей. Мы с продавцом договорились не пользоваться услугами почты и служб доставки, потому что посылки такого рода нередко теряются, а то и кое-что похуже. Я не хочу рисковать. У продавца есть свой курьер, который передал книгу посреднику – той самой библиотекарше. Курьеру я доверяю, он человек проверенный, а вот библиотекарша – неизвестно.

– Ладно. Давайте съездим к ней завтра.

Домой мы возвращались на той же машине с личным водителем. Едва мы сели на заднее сидение, Эльяви придвинулся поближе и больно ткнул меня кулаком в плечо:

– Личная библиотека, значит? Какой-то черт за тобой бегает, говоришь?

Салон автомобиля был обит черной кожей, и на улице было темно, так что скудный свет проносившихся мимо нас фонарей не позволял мне разглядеть лицо Эльяви.

– Это все – правда.

В темноте я разглядел его насмешливую улыбку.

– Вот поэтому я и не стал тебе ни о чем рассказывать…

Эльяви больше не мог держать себя в руках и разразился издевательским смехом.

– Верю-верю, охотно верю, – прохохотал он.

Я почувствовал себя оскорбленным и отвернулся к окну. На этот раз Эльяви довольно быстро успокоился, достал из кармана сигарету и протянул мне, но я остановил его, указав взглядом на водителя. Эльяви все понял и тут же вернул сигарету в пачку. Приняв серьезный вид, он посмотрел мне в глаза и строго произнес:

– А теперь давай еще раз во всех подробностях: когда произошла ваша встреча в переулке, как он выглядел, где еще ты встречал его. Я хочу знать абсолютно все.

Я принялся с жаром рассказывать, попутно вспоминая некоторые детали, на которые сперва не обратил внимания.

– Да уж, тут не обойтись без сигаретки, – сказал я шутливо.

Услышав это, водитель тут же опустил стекло на заднем ряду.

– Курите, ради бога, – произнес он и снял кепку, положив ее возле себя на пассажирском сиденье. – А я, кстати сказать, знаю этого вашего Библиодемона.

Мы с Эльяви замерли в ожидании продолжения.

– Слыхал про него не раз. Это ведь тот самый псих, который охотится за коллекционерами детских книжек и журналов?

Эльяви сидел за спиной у водителя, а я – по диагонали от него, так что мне было отлично видно его профиль. Задержавшись на мгновение взглядом, я вдруг поймал себя на мысли о том, как же сильно водитель похож на моего преследователя: короткие жиденькие волосы, продолговатое лицо, тонкая шея, дряблая кожа… Я застыл от страха. В машине повисла мертвая тишина. Дорога домой длилась целую вечность.

15

Цензор открыл дневник афоризмов и оставил в нем следующую запись: «Безусловно, в основе любого художественного произведения лежат личные переживания автора, однако не меньшую роль в художественном тексте играет такой важный аспект, как авторский вымысел».

Мать смирилась с тем, что Цензор перестал жить дома. Она понимала, что ничего другого ему не оставалось: отсутствие на рабочем месте без уважительной причины влекло за собой серьезное наказание, а в текущей обстановке его исчезновение и вовсе могло быть расценено как измена родине.

Первые два-три дня под землей были для Цензора самыми тяжелыми. Ночи он проводил в спальном мешке, словно солдат. Тусклый фонарь с радиусом освещения около полутора метров был его единственным оружием против темноты и гула ветра, доносившегося из вентиляционных отверстий. Пока фонарь горел, Цензор не мог отделаться от мысли, что из глубины тоннеля на него смотрит страшное чудовище, готовое в любой момент наброситься на него и разорвать на мелкие кусочки. Но как только он гасил фонарь, воспаленное воображение начинало рисовать еще более страшные картины: как кто-то невидимый проводит рукой по его волосам или щекочет у него за ухом, как к нему в спальный мешок заползает гадкое насекомое или как запрыгнувшая на грудь крыса, щелкнув челюстями, откусывает ему нос.

Цензор старался вести полноценную жизнь, насколько это было возможно в условиях подземелья. Наружу он выбирался, лишь когда у него заканчивалась еда и прочие припасы. Забежав домой, он быстро собирал в рюкзак все необходимое и немедленно возвращался в свое убежище.

Солнечного света, пробивавшегося через вентиляционные отверстия, вполне хватало для