Фантастика 2025-69 - Вадим Бурденя

перед боссом не испытал. Тринадцатая школа сильно закаляла своих учеников, тем более сегодня последним уроком шла биология.

— Здарова, Слав, я Горхи, давай, присаживайся рядом, накидывай еды, не стесняйся, разговор есть.

Упрашивать Слава не нужно было, и стесняться он не собирался, вкусных блюд на столе хватало. Горхи же немного подождал, пока школьник наестся, точнее нахватается, вспоминая свою школьную пору и вечное недоедание.

— Слав, зашёл у нас тут разговор, о делах твоих, подвигах, а потом вспомнили и завхоза вашей школы Томова… — от Горхи не ускользнуло как собрался и нахмурился Слав. — Чего ты напрягся?

— Мы его на счётчик поставили? Денег опять должен?

— Никто его на деньги не ставил, там был расчёт за оказанную услугу, деловые отношения, а ты что, пошёл бы против своих, если что?

Слав замялся, не зная, что и как ответить:

— Да нее…, но как-то… нормальный он, по-человечески к нам, выручал меня…

— Как выручал?

— Ну когда меня подстрелили, от Ужаса прикрыл…ну почти прикрыл…

— Что за Ужас?

— Зауч наш, айколдун…

— Слав, ты вроде не маленький, откуда колдуны?

— Точно колдун, Ерёма доказал…

— Таак, давай подробнее про доказательства, только факты, которые можно подтвердить.

Слава и рассказал про все странные случаи в их школе: восстановившиеся и выросшие зубы, вылеченный врожденный порок сердца, гниющие языки, с которыми не мог справится ни один доктор, ни священник, ни целитель, седина после нескольких минут разговоров в кабинете у Шпака, которая потом исчезала сама по себе, о том, что рядом с Ужасом очень тяжело находиться, и вообще он на живого человека не похож, о признаках колдунов, ведьм, с отсылками на знатока истории Еремчука, но он может уточнить у того конкретные источники информации, Еремчук совсем не трепло, ну и конечно же рассказал и про себя.

Горхи сразу же нашёл взглядом находящегося рядом Листа, который кивнул в подтверждение слов Слава.

— Очень интересно… — откинулся на спинку кресла Горхи, задрав голову к потолку.

Не то, чтобы он сразу поверил всему сказанному, но эту информацию действительно можно было проверить. Правда возникал ещё один вопрос, который он, не задумываясь, произнес в слух:

— Откуда же они такие взялись и почему оказались здесь?

Слава за время длительного обстоятельного рассказа успел опять проголодаться, поэтому спокойно и деловито накладывал себе в тарелку новые порции:

— Тут фактов у меня нет, но говорят, из администрации президента, роют в подвале нашей школы древние артефакты, а так типа какой-то эксперимент Министерства образования.

Вся расслабленная задумчивость Горхи моментально улетела:

— Кто говорит, что из администрации президента?

— Да по школе такие слухи ходят. Может кто придумал, может нет. — занялся Слав едой.

Горхи же его больше ни о чём не расспрашивал. Там, где администрация президента, там и президент, за спиной которого всегда маячит Дед. А значит никаких телодвижений он до разговора с Серёгой больше делать не будет. Лезть в какие-то мутные дела государства с давно исчезнувшими ведьмами и колдунами чревато встречей с тем же Серёгой и командой из СГБ, только разговоров уже не будет.

Глава 27

С окончанием первого учебного триместра, каникул и началом занятий нового учебного триместра Селена принялась изучать общую успеваемость по школе. В начальных классах оценок не ставили, а вот старшие классы радовали, причём чем старше класс, тем лучше отметки. В одиннадцатых и двенадцатых классах вообще учились только хорошисты и отличники по всем предметам, за исключением биологии. Преподаватель биологии тут же был вызван на ковёр:

— Стиг, что это ты нам статистику портишь? Ты их так запугиваешь, что школьники не в состоянии ни контрольную работу хорошо написать, ни у доски ничего ответить?

— Они не справляются потому, что либо не могут, либо не хотят выучить заданный материал. Я выставляю оценки с учётом страха и волнения — даже немного завышенные.

— Вот другие предметы они прямо в состоянии выучить, а биология, мать всех наук, самая тяжелая и с ней не справляются?

Стиг сарказм не оценил, ни улыбкой ни другой эмоцией, мутные серые пародии на глаза равнодушно буравили Селену:

— Ещё варианты есть? Я уверен, что максимально объективно оцениваю знания и проделанную учениками работу.

— Получается, по другим предметам им просто так ставят высокие оценки?

— Это более правдоподобное предположение, хотя просто так ничего не бывает. Да, кстати, оценивать успеваемость после нас точно будут не по журналам: до начала нашей работы учеников тестировали, так же будут тестировать и в конце года.

— Тааак! — Селена вскочила со своего кресла и начала быстро ходить по кабинету. — Это засада! Нужно всё исправлять, журналы должны показывать близкие к действительности результаты! Зачем учителя вообще так делают?

— Могу предположить, что или из-за страха, или из-за материальной выгоды.

Селена остановилась и сосредоточила силу и внимание на происходящем в классах школы. Радости, удовольствия или счастья от получения взятки она нигде не нашла, так же как и запугивания или насильственных действий в адрес преподавателей, зато обнаружила, как в пятом классе учительница бьёт ученика указкой по рукам, что привело её в ступор.

— Стиг, а почему у нас учителя бьют учеников?

— Я так понимаю, это риторический вопрос? К разъяснительной работе по поводу объективной оценки знаний учащихся я добавлю лекцию о недопустимости непедагогичных методов, приёмов и технологий обучения.

В этот же день всему педагогическому составу было доведено, что завтра в конце рабочего дня им всем надлежит быть в актовом зале. Вся школа, в том числе и учителя, была наслышана о лекциях Стига Семёновича для старшеклассников, как и о результатах таких лекций. Преподаватели стали волноваться ещё с вечера. Естественно, эта информация дошла и до школьников, поэтому не было ничего удивительного в том, что ученик или ученица, точившие зуб на учителя, при окончании урока могли со злорадством выкрикнуть, иногда тайком, из толпы, меняя голос:

— Актовый зал ждёт! Пизда вам! Удачи! Привет Стигу Семёновичу!

Преподаватели на такие фразы практически не реагировали, только вздрагивали. А вечером отправились в актовый зал, где их уже ждал айколдун Стиг Семёнович и айведьма Селена Александровна.

С методикой и методологией выставления оценок разобрались быстро. Стиг сразу дал понять, что не потерпит необъективных оценок. Опасающиеся сразу могут ссылаться на него, хотя практика показывает, как и с посещением, всё будет воспринято спокойно, в случаях недопонимания, угроз, намёков на угрозы — фамилии ему на стол. Он с Селеной Александровной, как их непосредственные руководители, не оставят учителей один на один с такими проблемами.

В случаях же принятия решения преподавателем о злоупотреблении своим