Фантастика 2025-69 - Вадим Бурденя

Вечером, ввалившихся в квартиру через одну дверь Селену, Стига и Джерри встречал необычно сосредоточенный и серьёзный Ингвар, который молча наблюдал, как они раздеваются. За ним, уперев руки в бока, стояла Оно-э. Джерри сразу же определил любимую позу Скворцовой.

— Ингвар, что случилось? — спросила Селена.

— Я прошу тебя вылечить двух человек.

— Что за люди?

— Мать и сестра Николая Еремчука, моего одноклассника.

— Я помню такого ученика, а что с ними такое?

— Сестра слабенькая, постоянно болеет, мать — практически ослепла.

— Ингвар, пойми, если с сестрой ещё можно что-то незаметно сделать, то с матерью не выйдет. Не хочу пускать новую волну слухов и видеть очереди нуждающихся. Мне им придется смотреть в глаза и отказывать, здесь тысячи тысяч таких же или более несчастных появляются каждый день, особенно там, где идёт война: раненые, покалеченные дети, женщины, старики. Если соглашусь — к школе начнут совершать паломничества, придётся постоянно лечить, лечить, лечить, и это не прекратиться пока не изменится система, пока люди и наука сами не дорастут, пока не поменяют своё мироустройство, но есть же и другие планеты, где сейчас происходит то же самое. И они не менее достойны помощи, так почему этим, а не тем…

— Понимаю, поэтому спокойно приму твой отказ. — глаза Ингвара начали тлеть глубоко внутри. — Но судьба свела меня именно с этим человеком, достойным человеком, с такой же достойной семьёй, мне нравятся они, их сила духа, поэтому я и хочу им помочь. И помогу. Так или иначе, но помогу.

Селене почему-то представился разрушенный и выжженный город с грудами человеческих черепов, по которым шагает Ингвар. Ну до этого, конечно, не дойдёт, но то, что не обойдётся без крови, она не сомневалась.

— Никаких иначе!!! — подошла она к Ингвару, и взяла того за руку. — Успокойся, я подумаю как можно помочь, не привлекая внимания.

— Пилюля жизни. — если Джерри стоял и слушал разговор Ингвара и Селены, то Стиг включился в разговор, уже разместившись на диване и листая программы передач.

— Что за пилюля жизни? — посмотрела на Стига Селена.

— Не знаю, где-то слышал такое название, почему бы ей не появится здесь? — проговорив это, Стиг опять отвернулся к телевизору, будто бы этот разговор его совершенно не интересовал.

Джерри начал улыбаться:

— Ну да, подарит Ингвар пилюли своему товарищу, а они и вылечат его родственников, мы тут совершенно ни при чём, главное, чтобы родственники об этом не трубили потом на весь свет.

— Не будут трубить, я их попрошу.

— Ингвар умеет просить, как и Стиг, им в этом не откажешь. — совсем развеселился Джерри.

— Ммм, а из чего мне сделать эти пилюли? — задумалась Селена.

— С любой таблетки? — предположил Джерри — И ты действительно можешь заложить сложную энергетическую структуру, которая произведёт диагностику и вылечит всё, что нужно или как это будет работать?

— Нет, теоретически такое можно сделать, но сложно, проще будет поместить общеукрепляющую структуру и маркер. Они почувствуют себя лучше, прилив сил, а я их увижу по маркеру и вылечу. С таблеток не хочу — не солидно, это всё-таки пилюля Жизни… — тут её взгляд упал на коробку каких-то импортных конфет, которые не встретишь в магазинах Муходвинска. Каждая конфета была завернута в изумрудную обёртку без каких-либо надписей.

— Вот это будет в самый раз!

Утром, отыскав заброшенную ранее пачку денег, добавив к ней две конфеты, лежащие в отдельных зип-пакетиках, Ингвар, как обычно прихватив Оно-э, отправился в школу.

— Как Полинка?

— Да всё нормально, хотя ещё небольшая температура есть, но рвётся уже на улицу. Спасибо… — пытался сказать ещё что-то Коля, но подсевшая к нему за парту Оно-э, начала его очень сильно обнимать. Ингвару пришлось очередной раз спасать одноклассника. К спасательной операции моментально подключилась и Скворцова и это помогло — Оно-э тут же переключилась на Катю.

— А что это у вас тут происходит, мальчики, о чём шепчетесь?

Ингвар расплылся в улыбке и хотел уже что-то выдать, как освобождённый Ерёма, догадавшись по лицу Терминаторова, что сейчас будет, краснея, тут же выдал:

— Нет, Ингвар, молчи! Ни слова!

Подмигнув, Ингвар забрал Оно-э и усадил с собой рядом:

— Да я хотел спросить у Коли, пойдёт он сегодня в библиотеку заниматься или нет.

— Пойду, обязательно…

Скворцова прищурила глаза и перевела несколько раз взгляд с одного на второго, пока не остановилась на более слабом звене:

— Еремчук, ты доиграешься, я буду тебя пытать!

От пыток Колю спас звонок на урок, а после уроков, когда Еремчук уже сидел в библиотеке, туда вошла неразлучная парочка брата и сестры. Ингвар подсел к однокласснику за стол, Оно-э хотела примаститься с другой стороны, но там стульев не было, поэтому стала перед столом и упёрла руки в бока, глядя на Николая.

— Твоя мама хотела угостить нас, поделиться, возможно, даже последним, она притворялась, а потом радовалась моему отказу?

— Вряд ли. — чувствуя непростой разговор, собрался Еремчук.

— Я тоже не радовался твоему, да, неправильно подошёл к вопросу, но это было так же искренне. — на стол легла уже виденная Николаем пачка денег. — У меня это не последнее, вообще для меня ничего не стоящее, но если тебе принципиально, то считай эти деньги в долг. Если получится, отдашь через пять лет, или десять, или пятьдесят. Не получится — ничего страшного. Прячь в рюкзак.

Коля непослушными руками убрал деньги в сумку, а Ингвар опять полез в свой Луттон Виа, на этот раз достав оттуда два маленьких пакетика с чем-то зеленым.

— Одну дашь маме, вторую Полинке.

— Что это?

— Пилюли Жизни, они помогут, может не сразу, но помогут, не хуже целителей.

— Не бывает таких пилюль…

— Это в Рашине не бывает, а в Катише вообще всё, наверное, бывает, не говоря о Сашуре.

— Я немного знаю сашурский и катишский, изучал в интернете их лекарства, не бывает…

Ингвар положил руку на плечо Еремчука и пристально посмотрел тому в глаза:

— Не вынуждай меня врать тебе ещё больше, я хочу помочь, просто дай, и сильно никому не рассказывайте, что и как вам помогло, мама пусть некоторое время никуда не обращается, или вообще никогда. Денег у вас теперь надолго хватит, пусть о вас заботится и присматривает. Родителям просто укажешь на меня.

Еремчук смотрел в глаза Ингвара и ничего не мог возразить. Это был взгляд старого, умудрённого жизнью человека. Похожие глаза были у его безногого соседа Семёныча, прожившего долгую и сложную жизнь. Здесь же всё было гораздо тяжелее, к тому же добавлялся лёгкий налёт безумия.