Бродяга. Копьё Света - Айон91

— Шадар в своем репертуаре, — фыркнула леди Шарлотта, ускоряя шаг и… невероятно… используя магию! Немыслимо! Я всяких творений искусства повидал, как и артефактов, но чтобы картинный персонаж был способен не только покидать зачарованный холст, но и колдовать?! Что тут творится? Какого архангела происходит?

— Леди Ихтаррис, вы высш… — но не договорил, мы остановились, а я замер на месте, так как оказался в темном, непроглядном месте, где нет и намека на жизнь, только потустороннее дыхание, зовущее в свои чертоги и смертельные объятия, в которые я угодил благодаря легкой руке миледи Ихтаррис. — Что это … — но задать свой вопрос я не успел, так как тьма, холодная и непроглядная, проглотила меня полностью, не жуя.

Разочарование — вот что я почувствовал, как только лик леди Шарлоты растаял таким же сизо-синим цветом, как и явился. Потратил время на то, чтобы оказаться там, откуда сбегал все то время, как стал дьяхэ. В Бездну, наполненную отчаянием и одиночеством. Прав был Шадар, это пустая трата времени и сил. Мог бы попробовать еще поискать о Проклятом Пламени, навестить королевский архив.

— Поглоти теневую сущность! — приказал мне женский голос, звучавший отдаленно, словно из другой реальности. В голосе, что странно, слышались рычащие, похожие на драконьи нотки, и едва уловимый жар горячего дыхания. — Не используй шаншэ, а… — но то, что я услышал дальше, никак не укладывалось в разуме и восприятии.

Поглотить и стать шаншэ!

Столько жил в облике дьяхэ, использовал теневую сущность демонического мира и его способности по своей прихоти и необходимости, при этом, не задумываясь о возможности быть кем-то иным, сущностью почти без ограничений и слабостей. А всего-то было нужно поглотить теневого демона, присвоив себе его жизненную составляющую, а не только энергетическую структуру и способности. Раньше мы с шаншэ были партнерами. Я для него — сосудом, в котором теневой демон жил и не ведал преследования. Он для меня — сущностью, которой я пользовался, чтобы выжить и стать другим, без слабостей и гнетущих привязанностей.

Ведь когда я отринул человечность, принял в себя и свой узор потустороннего гостя, то встал на путь дьяхэ — создания теней и ночи. И не было в моей жизни ничего, кроме тьмы и боли, тени и мрака, следующих моей воле и зову.

А теперь, по словам из пустоты, мне, чтобы вновь выжить, предстоит окончательно разорвать те оставшиеся с шаншэ нити единения душ и узоров жизни. И все только для того, чтобы его, этого самого теневого демона поглотить, полностью, без остатка. А после переродиться и стать им же, но с живым телом и привязкой к миру живых и одновременно к миру демонов. Вариант странный, нигде и никем не описываемый, так как никто и никогда не встречал раненого Пламенем Бездны дьяхэ.

— Иди по предначертанному тебе пути, Айонирис сих Хантэ! — вот теперь голос, говоривший что делать и как быть, я узнал.

Леди Ихтаррис, из мира Владык, скорее всего не покидая дома 12 по Пепельному переулку, подсказывала мне тот самый шанс, чтобы выжить. И им, этим единственным шансом, я и решил воспользоваться. Но для начала попрощаться с шаншэ, что выручал меня и был в трудные моменты рядом:

— Прости, друг мой, но я хочу жить.

Рука с выпущенными когтями застыла у груди, глаза, что горят алым — прикрыты, сердце, что рвется на волю, в смирении. Как и застывшая в моменте душа, темная, непроглядная, шепчущая и шелестящая опавшей листвой. Не сожалея и не скорбя о днях минувших, мои когти, черные и длинные, приникают в грудную клетку, до треска ребер, до всхлипа легких и скрежета сердца. К позвоночнику, к сосредоточению жизненного узора, в глубь души. К нашей с шаншэ связи. И как только кончики пальцев коснулись потусторонней энергии, подцепили и захвати — резко, до хруста и вскрика дернули. Последние нити лопнули, остатки времени закончились, а сил осталось только на одно:

— Глоть! — проглотил я теневого демона, готовясь к нестерпимой боли и страданиям, которые будут терзать меня и мучить, пока я перерождаюсь, становясь иным созданием, не принадлежащим только человеческому миру.

Уверен, новый облик, способности, восприятие, как и сама демоническая сущность, вызовут массу неудобств. Но я готов ко всему. Даже к нежеланным последствиям. Как и к мерзким привычкам демонов заключать со смертными сделки на души и года в обмен на услуги и покровительство. Ведь все так, как и сказал, я хочу жить. А в каком амплуа уже не важно.

* * *

Леди с картины, что дремала долгое время, наконец-то покинула деревянную раму, оставив позади рунный барьер, выгравированный умелым мастером своего дела. Леди Шарлотта ваэ (Госпожа) Ихтаррис направилась туда, где ее ждал наследник рода и воли Сапфирового огня. Тот, кто бегал от своих обязанностей главы семьи долгие столетия, скрываясь за обязанностями и титулом «Князь Севера». Но тот, кого она любит и кем дорожит, даже несмотря на то, что внук променял семью и дар предков на службу Темному Владыке.

Ее он ждал в том же месте, где начался, но не закончился их последний разговор. В уцелевшем от разрухи доме семьи Ихтаррис, который остался единственным напоминанием о былом величии рода. Рода, который поколениями служил на корону Энии, почетая Север и предков. Леди Шарлотта, за столом покойного мужа, придаваясь воспоминаниям, не сразу заметила, как колыхнулась энергетическая завеса пространства, и из ближайшей тени вышел долгожданный собеседник.

— Времени, у нас мало, Дар, — говорит леди, — да и у тебя есть неоконченные дела, — добавила леди Ихтаррис, ощущая не совсем внука, а его энергетическую проекцию, то есть двойника.

Своего рода обманный ход, чтобы запутать противника и ввести в заблуждение, а может, и в смертельную ловушку. Но не в данный момент. Сейчас Шадар использует проекцию для того, чтобы не покидать команду светлых героев и не подставляться под ненужные вопросы. Делая вид, что спит, разделив ментальный поток и речевой, Шэд общается с бабушкой на расстоянии. Обсуждает то, от чего скрывался все эти годы.

— Мало, катастрофически мало, бабушка Шарлотта, — и этого холодного и неприветливого лица коснулась легкая улыбка, — но на то, чтобы сказать спасибо за Айона есть, — и расправив плечи, откинув пепельные волосы назад, склонил голову в поклоне, говоря: — благодарю. Айон не просто подчиненный, а друг.

— А еще крестный твоего сына… — Князь даже не шелохнулся, когда услышал о том, что бабушка в курсе ребенка и потенциального продолжателя рода. — Не думай обо мне плохо, Дар.