Плач феникса - Дмитрий Шебалин

что этот храм был не таким, как тот, что находится в Солнечной долине, или тот, что наполовину занесён песками пустыни южнее Золотой башни. Я думаю, что он и вовсе один такой на всём Павелене. Закрытый храм, в который нельзя попасть даже одарённым.

— Полагаю, что раз есть дверь, значит у кого-то от неё есть ключ, — сказал я.

Император осторожно провёл ладонью по шершавой поверхности камня и невесело усмехнулся.

— Фебран пытался открыть её трижды. И каждый раз ключ, что он приносил с собой, источал разную силу. Но это ему не помогло.

Хм… Три попытки, три ключа. Похоже, что у Троих права на вход нет. Что же это за место, в которое не пускают богов?

— Оберегая столицу, Трое боятся, что сюда заявится тот, кого храм сочтёт достойным? — предположил я. — Или кто-то, кто принесёт с собой его ключ.

Император промолчал. Но о ком при этом идёт речь, было несложно догадаться. Куда труднее разгадать, что именно спрятано на той стороне и зачем мне обо всём этом рассказывает тот, кто, по всей видимости, посажен охранять это место.

— Я хочу, чтобы ты попробовал открыть дверь.

Предложение Императора застало меня врасплох.

— С чего вы взяли, что у меня есть ключ?

— А разве у тебя его нет? Я даю шанс. Воспользоваться им или нет, решай сам.

— Отчего-то мне кажется, что это вряд ли возымеет эффект, — выразил я свои сомнения.

— И всё же.

Хм… Ма́лек сказал, что его суть станет ключом, когда мне потребуется открыть Мост в его домен. Это означает, что мало иметь силу, чтобы открыть проход меж мирами. Для этого нужно быть Первым или носителем его искры, чтобы эта древняя постройка откликнулась на твой запрос. В противном случае, сильные маги уже давненько скитались бы по обжитым мирам, ведь плата за переход ничтожна.

Я помнил тот самый первый раз, когда увидел багровый свет ключа в руке, как тогда мне казалось, культиста. И приказ Ма́лека, потребовавшего уничтожить его, чтобы остановить переход. Значит, на том кристалле было что-то вроде слепка или кода. И такой штуки у меня, к сожалению, нет. Зато у меня есть кое-что понадёжнее — сама суть Первого, и при желании можно попробовать воспользоваться ей в качестве идентификатора.

Неоправданный риск, но действительно ли я могу сейчас отказаться?

— Что ж, но если там сокровища, то делим пополам, — попытался пошутить я.

Император шутку не оценил и продолжил выжидательно смотреть на меня. Знать бы ещё как это делается…

Я мысленно потянулся к закрытой двери, интуитивно выставив руку в её направлении. И кажется, что храм потянулся ко мне в ответ, словно прощупывая, с чем я к нему пришёл. Меж пальцев заиграли голубые всполохи, потрескивающие от напряжения. Свет разгорался всё ярче, по залу покатилась вибрация, заставившая пыль со стен и пола подняться в воздух. Каменные створки вздрогнули, но так и остались плотно запертыми.

Не вышло.

— Я рад, что ты попытался, — услышал я. — И готов заключить с тобой сделку на предложенных тобой условиях. Ты сможешь отправиться в Северные пустоши в начале весны, и это время тебе дозволено провести здесь или в Фельсе. Также я сниму с мастера Кромвеля ограничения по тем заклинаниям, которые он получил в своё время из библиотеки Академии. Но договариваться с ним самим тебе предстоит лично.

Я склонил голову в почтительном поклоне.

— Будет ли мне дозволено задать ещё один вопрос?

— Спрашивай.

— Зачем вам понадобилась эта встреча с… моим нанимателем?

— Я не искал её, но так складывается рисунок, — загадочно ответил Император. — Я уже говорил тебе, что Фебран иногда передавал мне знания, недоступные населяющим Павелен народам. Даже этот дворец появился здесь благодаря им. Так почему же за сто с лишним лет не было построено ничего похожего на него? Ответ прост. Потому что сразу после его возведения слуга Троих снова забрал эти знания себе, убив всех работавших над проектом зодчих. Также было и во время войны, когда я шаг за шагом объединял эти разрозненные земли в единое государство. Использование артефактов для передачи сообщений, самовзводные самострелы, наблюдение с воздуха… Троим и их последователям действительно доступно многое, но они не хотят этим делиться, предпочитая сохранять свои тайны самым простым и понятным способом — устраняя тех, кто их получил. Вот и теперь Фебран обещает нам знания и помощь в нашем деле, и уже начал понемногу приоткрывать завесу, дабы мы могли справиться с нависшей над миром угрозой. Как думаешь поступят его хозяева со всеми нами, когда поймут, что больше не нуждаются в наших услугах?

— Попробуют избавится от тех, кто больше не представляет для них интереса. А на их место поставят новых, которым снова можно будет дать ровно столько информации, сколько нужно.

— Верно. Как сказал мне недавно один мой гость: «император — это всего лишь место на троне, которое при необходимости может занять кто-то другой.»

— И что с ним стало после этого?

— Да ничего особенного. Уехал куда-то по своим делам и умер по дороге от рук одного менее сдержанного чем я наёмника.

— Что ж, спасибо за ответ, — сказал я, стараясь сохранить невозмутимость.

— Но есть кое-что ещё, что я должен знать, Мазай, — серьёзно добавил он. — Способны ли Трое воплотить свою угрозу в жизнь или нет. Судьба горстки королей меня волнует куда меньше, чем всего человечества. Даже если одним из них являюсь я сам.

— И я услышал ваши слова.

Император кивнул и движением глаз указал мне за спину, тем самым давая понять, что аудиенция окончена. Поклонившись вновь, я развернулся к нему спиной и зашагал к выходу.

Выйдя из коридора, я наткнулся на наигранно скучающий взгляд Блурвеля, который всё это время ждал меня здесь.

— Судя по всему, вы договорились? — спросил меня он.

— И как же ты догадался?

— Интуиция.

— Она тебя не подвела. Поэтому я ожидаю исполнения и других условий нашего договора. Арена всё ещё в нашем распоряжении?

— Я позволил себе договориться ещё на 3 дня вперёд.

— Так верил в успех этой затеи? — удивился я.

— Нет, просто люблю, когда всё готово заранее.

— Что ж, не будем откладывать. У нас ещё полдня впереди.

Блурвель лишь обречённо покачал головой и запутанными