Руки прочь, Эйдан Линч! (СИ) - Алина Рейн

сворачивая в тёмный проулок, обеспокоенно обернулась. Кажется, за всеми своими безрадостными мыслями я окончательно заблудилась.

Позади послышались шаги. Тихие, но уверенные. А ещё шелест ткани. В горле застрял предательский ком, и я спешно огляделась. Подтвердились самые худшие опасения — на многие метры вокруг не горел ни один фонарь, тьма казалась непроглядной, густой и зловещей.

Вот точно мне нужен фонарик! Или просто дам себе твёрдое обещание больше никогда не попадать в такую скверную ситуацию.

Шаги приближались…

— К-кто здесь? — стараясь, чтобы голос звучал более уверенно, я добилась совершенно обратного эффекта и позорно проблеяла.

Не́кто мой вопрос проигнорировал. У монолитной стены какого-то строения показалось смутное движение, а потом во тьме вспыхнули два изумрудных огня. На высоте человеческого роста.

— Лучше не кричи, — определённо это был мужчина. Возможно даже, что довольно молодой, но от его голоса странным образом по позвоночнику скользнул озноб, больно хватая когтями кожу. И от его взгляда… — Не люблю вопящих девиц.

— А бежать можно? — шёпотом уточнила я.

Какая глупость! Бегаю я неважно, и всё равно попросила разрешения? Да мне нужно было мчаться без оглядки, едва я поняла, что за мной кто-то увязался!

И все же ноги будто приросли к земле, и каким-то шестым чувством я поняла, что незнакомец растянул губы в улыбке.

— Попробуй, вейла. Развлеки меня.

От услышанного я облегчённо выдохнула.

— Вы обознались. Никакая я не вейла, что бы это ни значило.

— Обознался? Смешно. Кровь говорит иначе, — сказанные слова заставили меня до боли сжать подушечку пальца, которая да, всё ещё кровила. — Ты же хотела бежать. Так беги.

Но я лишь сделала два шага назад. Незнакомец просил его развлечь, но я не актриса из бродячего балагана. И твёрдо знала, что не собираюсь его веселить, хоть мороз и предательски бежал по коже.

— Я не знаю, кто вам нужен. Я не…

Договорить мне не дали. Под незнакомцем ослепительно вспыхнула утоптанная дорожка. Холодный зелёный огонь описал вокруг него круг, осветил полы плаща и низконадвинутый капюшон, а ещё кончик носа. Моя догадка была верна — он молод, но, к сожалению, она никак не помогала выпутаться из этой ситуации.

Однако характерная магия дала подсказку.

Тленник! Некромант, могильщик — тех, кто отдал предпочтение шестой по счёту стихии — смерти, называют по-всякому. Мало кто им доверяет, ещё реже решаются вести с ними дела, ведь в основном все их боятся. Лично я ни с одним тленником никогда не сталкивалась, но читала, что напрямую с мертвецами они работать не любят. И уж точно не могут воскресить усопшего, вернее, в одиночку, без помощи стихийников жизни. Поэтому используют накопленную землёй энергию мёртвых, последнюю каплю которой отдаёт каждый погибший маг.

Страшная вещь. Особенно когда сталкиваешься с ней лицом к лицу. Мне вот не повезло.

— Беги, — вновь повторил он.

Во рту поселился горько-кислый привкус обречённости. Может и правда попытать удачу? Но на физподготовке для девушек я никогда не блистала и смело могла сказать, что это было моей самой слабой стороной. Использовать её глупо.

А если попытать счастье с сильной?

— Нет, — сложив пальцами фигуру «Арх», я сплела узор заклинания, потянулась к собственному резерву и зачерпнула значительную часть магии для создания вокруг себя охранного круга. Универсальная способность поддержки, но оказалось, что против обученного тленника она бесполезна.

За одно биение сердца он оказался рядом, вновь сверкая изумрудами глаз. На этот раз не насмешливо, а зло. Зелёное могильное пламя потянулось за хозяином, опутало полупрозрачный охранный купол, и тот лопнул, как тонкий мыльный пузырь. Моё запястье схватили неожиданно не холодные, а вполне тёплые пальцы. Но сильными они от этого быть не перестали.

— Слабый фокус, вейла, — прошипел он, почти касаясь кончиком носа моего. И не выпустил, когда я попыталась вырваться. — Слабый и посредственный. Никакой оригинальности.

И в том месте, где я ощущала контакт с его рукой, кожу обожгло огнём, будто на мне ставили клеймо, как на племенной скотине. Боль разрослась до размеров нестерпимой, пылал каждый внутренний орган, каждый нерв и артерия. В глазах потемнело, а потом вспышками пронесло давнее воспоминание о том, кого мне так не хватало.

— Никки, не ходи! — вновь попросил он.

Надо же, какой трусишка. А так и не скажешь. Просьбу Эйдана я проигнорировала, устремляясь вперёд.

— Просто хочу посмотреть. Я не буду подходить близко.

Изумрудная трава едва проминалась под моими детскими босыми ступнями. Волосы трепал ветер. Я никогда их не заплетала, из-за чего Эйдан часто дразнил меня Лохматой.

Но это не помешало двенадцатилетнему мальчишке увязаться за мной. Его лицо раскраснелось, на лбу выступили капельки пота. Он всегда неважно переносил жаркие летние дни — засушливая погода не была его любимой, в отличие от меня.

— Это мгла, к ней нельзя подходить близко, — зато упёртости ему было не занимать. — Никки, это глупо.

— Ты назвал меня глупой, Эйдан Линч? — я оглянулась, чтобы насмешливо усмехнуться. — Ха, за такое оскорбление я отомщу! Буду учиться лучше тебя и не давать списывать.

— Это ты-то? Не смеши, Лохматая, дочке фермера не поступить в институт магии.

— А вот и посмотрим! — выдала я упрямо, продолжая идти вперёд.

— Да подожди ты, мы слишком близко!

— Боишься? Так топай назад, аристократик.

— За тебя боюсь… — буркнул он, а я замерла под кронами небольшого деревца и в нескольких метрах от Мглы.

Да, именно так, с большой буквы. Потому что на столь крохотном расстоянии и можно было ощутить её первозданную мощь. Неизведанная, тёмная, пугающая.

Она казалась живой, как будто дышала. Вдох-выдох. Снова вдох, туман продвинулся вперёд на несколько сантиметров, пожрав клочок земли и изумрудную зелень. Выдох — на несколько сантиметров назад, но трава больше не зеленела. Она погибла, иссохла, а с порывом ветра разлетелась пеплом.

Свой вопрос я задала шёпотом:

— И почему все её так боятся?

— Она сжирает людей, — Эйдан встал рядом, хмуро поглядывая на туманную стену. — И всё, до чего доберётся. Она уничтожила Магразию.

И никто, кого она коснулась, не возвращался, подумала я.

— Тебе никогда не было интересно, что внутри неё?

Всего лишь какое-то мгновение в карих глазах мальчика читалось удивление, а потом они расширились от ужаса.

— Никки, ты… Нет!

Поздно. Что-то произошло с мглой, а я даже не заметила. Там, где мне чудилось размеренное дыхание, она увеличилась, опухла и выпустила вперёд несколько отростков. Один из них опутал мою ногу, дёрнул и опрокинул на спину, больно приложив затылком о землю.

— Эйдан! — с воплем я успела ухватиться за его протянутую ладонь, прежде чем мгла потянула меня к