Руки прочь, Эйдан Линч! (СИ) - Алина Рейн

Хелла. Тут он был прав, спорить я даже не думал. — Для меня всегда было загадкой, как можно видеть не дальше своего… хм… носа.

Никки… Всю дорогу до больничного крыла меня разъедало чувство вины, откусывая от души кусочек за кусочком.

Помню, после похорон я подолгу сидел у могилы мамы, размышляя, не стану ли я таким же, как отец. В один день он осунулся, поседел и постарел лет на десять, перестал есть и говорить, всё время проводя в кресле перед пустым супружеским ложем. Мне было одиннадцать, и тогда я думал, что он заболел, и меня может постигнуть та же участь. Глупые мысли, конечно, но вдали от душного дома мне было легче.

А ещё я скучал, в одиночку переживая смерть близкого человека.

В один из таких вот пасмурных осенних дней рядом со мной и появилась незнакомая девчонка, громко шмыгнув носом.

— Почему ты здесь один?

— Потому что моя мама умерла.

— Моя тоже, — девочка без слов села рядом прямо на землю и обхватила руками свои тощие коленки в потрёпанных холщовых штанах.

Мы просидели так почти до ночи, в безмолвии разглядывая новенькое мраморное надгробие. И как ни странно, неловко рядом с ней я себя не ощущал. Повернувшись к девчонке, отметил растрёпанные тёмные волосы, светлую кожу и ясные, голубые глаза, которые будто не соответствовали её возрасту.

— Тебя как зовут?

— Никки, — ровно ответила она. — А тебя?

— Эйдан Линч.

— Глупое имя, — на полном серьёзе заявила девочка.

— Обычное, — не согласился я, вяло пожав плечами.

Спорить с ней не хотелось. Разговаривать тоже. Но мысль вновь остаться в одиночестве оказалась ещё более ненавистной. С тех пор я всегда бегал за Кнопкой по пятам. Детей на отдалённом осколке было раз-два и обчёлся, лишь пара мальчишек постарше, которые вздумали однажды задирать сына дархара, до которого никому не было дела, но быстро отстали. Увидели, что я дружил с Никки, и не лезли, потому что знали её ещё с младенчества.

Однажды я сказал ей, что дочке фермера ни за что не поступить в Институт Магии, но правда была в том, что я всегда в неё верил. Задирал, язвил, но верил, что и этот отрезок жизни мы преодолеем вместе. Тогда, в годы детства, она стала для меня всем.

Но время шло. Никки всегда была рядом, это я отдалился. Капитану команды и дархару не пристало дружить с дочкой фермера, пусть она и в сто раз умнее, поэтому всё, похоже, воспринимали подругу моей тенью, и я не спешил разубеждать общественность.

Новые знакомства, перспективы и впечатления вытеснили всё, что раньше я считал неизменным.

Хелла я оставил далеко позади, огибал спины студентов, расталкивал плечами, чтобы быстрее оказаться в больничном крыле. Меня пропускали, что-то кричали вдогонку, но я стремительно преодолевал коридор за коридором, так ни с кем и не заговорив.

Как вымаливать прощение? Я не знал, честно. Но надеялся, что смогу загладить вину за своё паршивое отношение хоть чем-то. Конфеты? Цветы? Подарки? Стоит попробовать, ведь в любом случае хуже не будет.

Глава 5

Никки

В себя я приходила долго. Мучительно долго. За закрытыми веками мелькали вспышки зелёного огня, круговороты смазанных образов, а в голове гудел чей-то незнакомый голос. Или знакомый? Как бы там ни было, когда всё же удалось открыть глаза, я оказалась в белой комнате, залитой солнечным светом, хотя последние мои воспоминания были совсем другими.

Я шла по тёмному безлюдному переулку. Переваривала поражение, к которым так не привыкла, а во рту поселился горько-солёный привкус слёз.

— В тебе нет ничего.

Ничего…

Только разбитые вдребезги надежды.

А ещё я поняла, что оказалась на застеленной накрахмаленной простыней кушетке, входная дверь в большое помещение скрыта от меня перегородкой, а в воздухе витал явный запах трав и лекарств. Больничное крыло института. Я была здесь лишь однажды в прошлом году, когда подвернула ногу во время пробежки на физподготовке, но место узнала без проблем.

Как и старичка в белом халате, который внимательно меня рассматривал, хмуря морщинистый лоб.

— Х-м-м… — лекарь Грасс сверился с моей медицинской картой, поправив очки-половинки на своём длинном носу. — Николетт Гаро, второй курс поддержки, — он озадаченно взглянул поверх листов бумаги на меня. — Что же вы так, милочка?

Для ответа пришлось прочистить горло.

— Так, это как?

— Под магическое истощение себя подвели, — охотно пояснил старичок. — Прыгали с камнем переноса не от плиты, а из случайной точки осколка.

Ясно… Камню не хватило мощности, и он воспользовался моим резервом. Ситуация стандартная, но от этого не менее неприятная. И непонятная. Такой глупости я не совершила бы в принципе, ведь я себе не враг. Почему тогда у меня саднит запястье правой руки? Я слегка привстала на подушке, чтобы посмотреть, и с удивлением обнаружила, что оно забинтовано, а ладонь плотно сжата в кулак.

— Никому не показывай. Это приказ…

— И что теперь делать? — я вновь подняла взгляд на Грасса, как дверь в больничное крыло, судя по звуку, открылась, и в поле зрения появились моя соседка по комнате Анна вместе с Каем. Оба взмыленные и обеспокоенные.

— Покой и отдых, — повысил голос лекарь, чтобы мои гости прочувствовали скрытый в словах намёк. Анна как раз захлопнула рот, придерживая поток вопросов. — Отдых и покой. Сегодня ночуете здесь, адептка Гаро, от занятий я выпишу освобождение, а завтра утром можете быть свободны. И настоятельно рекомендую не вставать с кушетки.

Грасс захлопнул карту и резко развернулся, намереваясь удалиться. Пока бойкий стук стариковской обуви не утих, мы все хранили степенное молчание, но спустя несколько секунд брат и подруга заговорили разом, провоцируя у меня приступ мигрени.

Пришлось прибегнуть к методу лекаря и повторить: «отдых и покой», потирая виски и прикрыв глаза. Сработало. Они умолкли, и теперь обеспокоенно переглядывались.

От меня не укрылось, что Анна посматривала на Кая с явным интересом. Кажется, его нелепый траурный наряд и того же цвета губы ничуть её не смущали. Эх, сказать, что ли подруге, что ей ничего не светит? Или не лезть, потому что меня не спрашивали? А шансов у неё нет, это я понимала отчётливо. У Кая сложные отношения с противоположным полом из-за одной не очень давней, но очень секретной истории. Девушки его определённо привлекали, но ещё он их боялся. Не впадал в панику при их появлении, конечно, и не скатывался в истерику (подобного вообще за ним не наблюдалось), просто лишний раз старался с девушками не контактировать. Я другое дело,