Остров Роз (ЛП) - Мур Хезер Б.

— Жаль, что я не могу читать ваши мысли, — тихо сказал он. — Как мне доверять женщине, что вышла за меня под чужим именем?

Она отвернулась, и он ощутил, как напряглось её тело под его руками.

— И всё же вы женились на мне, зная, что я не Фелиция, — ответила она почти неслышно. — А я подписала брачный контракт своим настоящим именем.

Мосс внимательно смотрел на неё. Пешка. Или, может быть, он сам — пешка в чужой игре?

— Почему вы согласились? Почему не сбежали, как ваша сестра? Наверняка у вас была такая возможность.

Она сделала вдох и прошептала:

— У меня есть дар.

Эти слова застали его врасплох. Хотя он подозревал об этом.

Она отвернулась и Мосс отпустил её руку, но она продолжила стоять рядом.

— Я могу слышать мысли мужчин. Не всех, но большинства. Но ваши мысли для меня закрыты...

Он схватил её за руку и развернул к себе.

— Ты не можешь слышать мои мысли?

— Нет. — Она вырвала ладонь из его и скрестила руки на груди. — Я пыталась… но не смогла. А ещё я знаю, что на вашу жизнь покушались. И я подумала… если вы не прикажете казнить меня за измену, я смогу помочь вам. Услышать мысли тех, кто замышляет предательство. Найти тех, кто хочет вашей смерти.

Мосс замер. Может ли быть так, что эта юная жена вышла за него не для того, чтобы предать — а чтобы спасти?

Глава 9

 Мосс трижды переменился в лице, но всё ещё не отреагировал на её признание о чтении мужских мыслей. Обвинит ли он её в колдовстве? И вместо того, чтобы повесить за государственную измену, прикажет сжечь на костре?

— Вы можете слышать мысли мужчин? — спросил он, и в его голосе прозвучало недоверие.

Она надеялась, что, раскрыв самую большую свою тайну, он поймёт: она не собиралась его обманывать, напротив — хотела помочь.

— Я не ведьма, — произнесла она.

Зелёные глаза лорда Мосса скользнули по её лицу, словно он пытался определить, говорит ли она правду.

— Я не ведьма, — повторила Корнелия, и её голос звенел от отчаянья.

«Сжалится ли он надо мной и сохранит ли мне жизнь?»

— У моей бабушки был такой же дар, — добавила она, — но он не передался моей матери или сестре.

Лорд Мосс отступил, но вместо того, чтобы удалиться, обошёл вокруг, неотрывно изучая её. Наконец он остановился позади, и Корнелия почувствовала, как его пальцы скользнули в её волосы.

— Умение слышать мысли другого человека — это дар, — пробормотал он.

«Неужели он искренен в своих суждениях?»

Но так как она не видела его лица, то не могла в этом убедиться.

Она ждала продолжения, чувствуя, как учащается её пульс.

— Я также могу читать мысли, — признался он. — Женщин, если быть точным. За исключением ваших.

Она перевела дыхание.

«Возможно ли это? Не поэтому ли я не могу слышать его мысли?»

Корнелия медленно повернулась к нему лицом, и Мосс отпустил прядь её волос.

— Вот как… — прошептала она. — Я тоже владею даром. И именно поэтому мы не можем читать мысли друг друга.

Он слегка кивнул.

— И в этом — проблема.

— Проблема? — её охватил приступ паники, хотя она не понимала, чем вызваны его слова.

— Я привык всегда знать, о чём думает женщина, — признался он. — Но вы — загадка.

В его открытом взгляде затаилась уязвимость и безмерный интерес. Странным образом ей захотелось улыбнуться.

— Вы тоже для меня загадка, милорд, — заметила она.

— Мосс.

Корнелия кивнула:

— Мосс.

Черты его лица смягчились, больше, чем прежде. И всё же он продолжал внимательно изучать её, словно до конца не верил, что ей можно доверять, хотя она только что поведала ему свой самый главный секрет.

Она подняла руку и сняла светлый парик. Глаза Мосса расширились, но он не выглядел потрясённым.

— Ваши волосы черны, как ночь, — сказал он.

— Да, — ответила она, и жар прилил к её лицу от того, как он смотрел на неё… будто ему нравилось то, что он видел.

— Вам идёт, — произнёс он с восхищением.

— Вы не… разочарованы, что я не моя сестра?

Одна его бровь чуть приподнялась.

— Я не знал Фелицию. Браки по расчёту — это всего лишь… удобство.

Корнелия кивнула:

— Понимаю, — хотя голос её прозвучал хрипло и неуверенно.

Она не могла отрицать: он был красивым мужчиной с тёмными волосами, зелёными глазами, широкими плечами и сильными руками… Но было в нём нечто иное, что привлекало её. Когда он смотрел на неё, казалось, что видел её настоящую. К такому она не привыкла. Всегда была второй дочерью, второй по значимости — сестрой, что прислуживала старшей. Сестрой, которая заботилась о том, чтобы та была счастлива и имела всё, чего пожелает.

Корнелия никогда не задумывалась о собственных желаниях. У неё не было возможности мечтать о жизни вне дома или родовых земель. Вне её маленькой спальни и родительского поместья. И уж точно она не могла представить, что выйдет замуж за лорда острова Роз и что он будет стоять перед ней как законный муж с восхищением в глазах.

Возможно, это было лишь физическое влечение с его стороны. Но и этого оказалось достаточно лестно, ведь за все свои девятнадцать лет она не получала столько внимания.

— Что теперь, милорд? — спросила она, а затем поспешно поправилась: — Мосс.

Уголки его губ приподнялись. Это было ещё не улыбкой, но и прежней суровости в его лице больше не осталось.

— Мне нужно понять, могу ли я вам доверять, — тихо сказал он. — Если смогу — мы вместе составим план. Ты и я. Как найти тех, кто желает моей смерти.

Какой подвиг… Как доказать этому мужчине, что она искренна и ей можно доверять?

Разве она не исполнила просьбу сестры, скрыв её побег от родителей?

— Видите ли, я вторая дочь, — сказала Корнелия, не до конца понимая, к чему клонит, но надеясь донести истину. — Я целыми днями чинила платья сестры, поддерживала тепло в её камине, приносила ей еду, когда она болела, рассказывала истории, чтобы вызвать улыбку, и исполняла свой долг перед ней всеми возможными способами. Она должна была стать знатной леди. Всю её жизнь, да и мою тоже, мы верили в это. И я хотела помочь ей достичь величия.

Корнелия замолчала и увидела, что лорд Мосс внимательно слушает.

Собравшись с духом, она продолжила:

— Сегодня утром, когда я нашла записку в её комнате, она просила подождать до полудня, прежде чем сообщить новость родителям. Что я и сделала. — Она глубоко вдохнула. — Я верна сестре всегда и навеки. И если для её счастья мне нужно выйти замуж за того, кому она была обещана, я сделаю это.

— Ты вышла за меня ради своей сестры?

— Как вы правильно заметили, я могла бы сбежать. Но я этого не сделала, — ответила она. — Надеюсь, вы поверите, что мои намерения честны и искренни.

— Вы произнесли прекрасную речь, Корнелия, — заметил лорд Мосс.

Её имя, сорвавшееся с его уст, вызвало дрожь по телу.

— Мне ведомо лишь жить, как верной служанке, милорд, — произнесла она. — И я намерена продолжать ту жизнь, хотя теперь буду служить вам.

Лорд Мосс моргнул, и его черты закаменели.

— У меня много слуг. Мне нужна жена — женщина, что подарит мне детей.

Никакая сила воли не могла унять жара, разливавшегося по её телу. Но подбородок оставался гордо поднятым, а взгляд — прямым.

— Это что, высшая форма рабства?

Его губы дрогнули, но взгляд остался серьёзным.

— Я верю, что всё может быть иначе.

Он положил руку ей на плечо. Корнелия была слишком поражена, чтобы отстраниться, словно приросла к ковру под ногами.

Когда его большой палец скользнул по обнажённой коже ключицы, ей показалось, что сердце пропустило несколько ударов.

— Как именно иначе? — спросила она, ненавидя собственный прерывистый голос, который выдавал, как сильно он на неё влияет.

Затем он улыбнулся, и Корнелии почудилось, что она стоит на покачивающейся лодке, а вокруг неё вспыхивают яркие краски заката — оранжевые и розовые.