Как я стала невесткой шейха. Суфийская повесть. - Ольга Геннадьевна Шпакович

мне бил яркий свет электрической лампочки под потолком, моя соседка натужно кашляла, а из её смартфона доносились голоса и звуки выстрелов, видимо, она смотрела фильм.

Проснувшись ранним утром, я ощутила, что означали слова моей соседки про ужасный холод. Пенал больше походил не на гостиничный номер, а на холодильник. Из щелястого окна сифонило. Соседка по-прежнему восседала на своей кровати со смартфоном в руках.

– Как холодно! – воскликнула я и стала дышать на заледеневшие пальцы.

– Я ж и говорю, – бесстрастно подтвердила она. – Спать здесь невозможно. Боюсь застудиться и заболеть ещё больше.

Я вспомнила её надрывный кашель.

– Вы болеете?

– Да. Я приехала сюда подлечиться. Дети мне путёвку в Бурабай купили.

У меня возникло только одно желание – побыстрее покинуть это неуютное место. Волоча за собой чемодан, я постучала в кандейку комендантши. Она моментально появилась на пороге всё с тем же слащавым выражением лица.

– Что-то вы рано.

– Поеду в отель. Вот, хочу рассчитаться.

– Может, кофе, чай?

– Нет, спасибо.

Я отсчитала ей евро и поспешила покинуть неуютную гостиницу.

На привокзальной площади дежурил местный извозчик, развозивший клиентов на ржавом жигулёнке, судя по виду, помнившему ещё советские времена. Я назвала отель – и мы поехали. Я жадно глядела в окно, потому что ничто так не возбуждает меня, как новые места. Сначала проехали по улочкам Щучинска, унылого городка, застроенного панельными пятиэтажками да ржавыми гаражами. Разбитые дороги, редкие и чахлые кустики…

– Мне шестьдесят лет, – флегматично рассказывал водитель, – а ничего здесь за шестьдесят лет не поменялось. Всё, как было, так и есть.

Вскоре мы выехали из городка и далее путь наш лежал через сосновый лес. Стало понятно, что мы въехали в зону фешенебельного курорта – дороги прекрасные, по обе стороны то тут, то там – современные отели, утопающие в зелени дубрав. Между стволами сосен можно было увидеть озёра в обрамлении лесистых холмов.

– Горы? Здесь? Откуда? Разве мы не посреди Кулундинской степи? – высказала я своё удивление.

– А вот, не зря это место называют жемчужиной Казахстана, – с готовностью ответил водитель. – Степи – и вдруг этот заповедник. Наша «казахстанская Швейцария» – горы и озёра.

Наконец мы подъехали к моему отелю. Его окружали высокие, кронами уходящие в небо, сосны. Озеро виднелось вдали, в просвете между деревьев. Я вошла в уютный холл и спросила, не могу ли заселиться немедленно. К моему удивлению, мне дали добро. И доплачивать не пришлось. А также выдали ключ от номера в виде пластиковой карточки. Лифт поднял меня на третий этаж. Я без труда отыскала дверь своего номера, вошла и огляделась: залитая солнцем комната, окно в пол, две кровати, по обе стороны от каждой – прикроватные тумбочки. Всё чистенькое. Санузел блестит и сверкает. Удобный зеркальный шифоньер со множеством плечиков. Я тут же развесила на них свои немногочисленные наряды, на туалетном столике в ванной расставила батарею пузырьков и склянок с косметическими средствами… и упала на кровать, закутавшись в лёгкое тёплое одеяло, с намерением хотя бы пару-тройку часов посвятить сну.

Однако сон как рукой сняло. Напротив, хотелось всё здесь изучить, хотелось сломя голову нестись куда-то. Только не спать!

Да и движение в чате Гильдии не давало уснуть: айфон постоянно пикал, оповещая о том, что чат пополняется новыми сообщениями – вот кто-то ищет попутчиков от Астаны до Щучинска, кто-то сообщает о том, что добрался и всё отлично, а кто-то спрашивает – с кем он будет в номере… Стоп, а вот и моя фамилия, наряду с призывом: «Отзовитесь, мы будем жить в одном номере. Вы уже на месте? Вас заселили?». Я тут же набрала сообщение, что я на месте, заселили, всё хорошо, она может смело идти в наш номер.

Через какое-то время в дверь постучались.

– Да, да! Открыто! – ответила я.

Дверь отворилась и в номер вошла крупная эффектная дама примерно моего возраста: высокая, фигура – «песочные часы», из-под шляпы до пояса струятся золотисто-рыжие кудри, загорелое лицо с крупными чертами.

– Это здесь я буду жить? – спросила с акцентом и недоверчиво огляделась. Но, увидев меня, смягчилась.

– Да. Ваша кровать – эта. Добро пожаловать! – ответила я.

Вскоре мы уже оживлённо болтали. Мою соседку звали Таня И. «Именно Таня, не Татьяна, – подчеркнула моя новая знакомая. – Я – Таня по паспорту. У нас, в Болгарии, Таня – это самостоятельное имя». Таня рассказала, что она – болгарка по происхождению, но постоянно живёт в Испании, так как имеет двойное гражданство – Болгария и Испания – благодаря браку с испанцем. Таня – художник-самоучка, поэтесса, по профессии – гид. Здесь, на фестивале, она – финалистка и в номинации «Поэзия», и в номинации – «Фотография». «Хотя я не фотохудожник», – заметила она. Вообще эта рыжая особа оказалась весьма открытой и откровенной. Для нас, русских, такая открытость с первых минут знакомства кажется странной, но Таня со своим бешеным темпераментом и манерами больше напоминала цыганку, нежели славянку. За несколько минут она поведала мне всю свою жизнь. Удачный брак, но несчастливая семейная жизнь. С мужем они практически не живут. Она – в постоянном движении. Как гид, всё время ищет себе новые туры, направления, группы, лишь бы не сидеть с вечно брюзжащим стариком-мужем. Мне, в свою очередь, пришлось рассказать ей о моём назревающем романе с Зайнэ. Она казалась заинтригованной, однако поморщилась, узнав, что он – казах.

«Как хорошо, что нас поселили вместе! – щебетала она. – Я так боялась, что меня подселят к какой-нибудь бабке! И та будет ворчать, что я ей мешаю, что ей надо спать, отдыхать и так далее».

Вскоре в чате появилось объявление, что всех приглашают в отель «Rixos» к часу дня на открытие фестиваля.

И вот мы на месте. Холл отеля с высоченными потолками, уходящими куда-то в бесконечность, заполнен народом – это всё члены нашей Гильдии. Торжественное открытие, приветственное слово председателя Гильдии и её основателя, Марата А., выступления наиболее почётных членов Гильдии – музыканта и продюсера из Австралии, администраторов Гильдии из Лондона, хранителей Гильдии из Казахстана, Узбекистана, Израиля… Предоставили слово и Тане. Она говорила на русском и английском.

После торжественного открытия на микроавтобусах мы переместились в другой отель – «Дом у озера», где в небольшом уютном холле вечер продолжился в более непринуждённой, неофициальной обстановке. Народ заказывал пиво или воду, что-то на ужин, и просто общался. Каждый из нас вставал и коротко представлял себя.

И вот тут появился Зайнэ.

IV

Как раз во время моего выступления. Я стояла под прицелом