Как я стала невесткой шейха. Суфийская повесть. - Ольга Геннадьевна Шпакович

о моих взаимоотношениях с религиями в частности, и с Богом в целом… До двадцати шести лет я, как и большинство моих ровесников, материалистов и комсомольцев, не верила в Бога, в потустороннее, и прочую хрень. Что же случилось в двадцать шесть? Я шла по улице, упала, потеряла сознание… гипс? Нет. Я унеслась в неведомое нечто – небеса цвета песка, золотисто-песочные, выскочила, как чёртик из табакерки, посреди группы серебристых теней на этом золотистом фоне, которые… стояли? висели? Я бесцеремонно вторглась в их компанию и стала требовательно задавать вопросы. Они расступились и изумлённо воззрились на меня. И стали отвечать. Что? Не помню. Но предположить могу. Скорее всего, мой первый вопрос звучал так: «Значит, тот свет – существует?» Они мне что-то отвечали… я жадно впитывала новую информацию. Как вдруг нечто потянуло меня за ноги, как если бы меня засасывал гигантский пылесос, я низринулась вниз и… захлопав глазами, очнулась… С ощущением чего-то важного. Но я не помнила ничего. Хотя, скорее всего, в подсознании отложились все мои вопросы и, главное, все ответы на них. Как будто кто-то не путём образов, не путём слов, но каким-то неведомым способом вложил в меня некое знание. Просто взял – и вложил, и оно стало во мне жить, как вирус. И это, возможно, оказало влияние на всю мою последующую жизнь. Как оказало? Ну, во-первых, я поняла, что тот мир существует, а если существует тот мир – значит, есть Бог. А если есть Бог, к нему должен быть Путь. И пройти этим Путём можно, следуя какой-то определённой религиозной традиции. Но какой? Я стала искать. Я ела просад с кришнаитами. Я пела псалмы с протестантами… И в итоге под влиянием знакомых покрестилась в Православие. Хотя – не совсем под влиянием. Мне снились сны… Мне снилась женщина в сером одеянии, какие носили в начале нашей эры – длинный плащ, капюшон, прикрывающий лицо… В руках она держала простой деревянный крест.

– Долго ты ещё раздумывать будешь? Приходи! Пора! – загадочно заявила она.

В другом сне меня настоятельно звали на пересечение улиц Островского и Александра Невского. Когда я спросила у коллеги, что же находится на пересечении этих улиц, она ответила мне – новый православный храм во имя Александра Невского. Я умею считывать знаки, а потому я отправилась прямиком в этом храм и покрестилась, произнеся про себя:

– Вот я и пришла…

Жаль, тогда в нашем городке ничего не слышно было про ислам. Кришнаиты – были, баптисты – тоже имелись, даже католики устроили костёл в чьей-то квартире… А мусульман не было вообще.

Я помню то время – то был тяжёлый для меня период: в начале девяностых муж сошёл с ума… я осталась одна с трёхлетним сыном, не приспособленная к жизни филологиня, без средств к существованию, с удивлённо распахнутыми голубыми глазами, в которых стоял немой вопрос: что вообще происходит с этим миром?

А потом… двадцать шесть лет я исповедовала Православие. Я делала всё, что предписано – посты, постные дни – среда и пятница, молитвы утром и на сон грядущий, исповедь и причастие еженедельно, чтение Библии и трудов Святых отцов ежедневно… Но я не чувствовала ничего! Ни на йоту я не приблизилась к Богу, не обрела благости, не преисполнилась Духа Святого. Однако, истины ради надо сказать, что это тоже был Путь. Я закалила свою волю, получила практику аскетизма. Постоянные изнурения, посты, бдения… наверное, для чего-то они были нужны.

Но нельзя сказать, что ислама в моей жизни не было вообще… Помню, в 2002 году, в Одессе, я поехала на экскурсию под названием «Храмы Одессы». В течение дня мы посетили православную церковь, костёл, еврейскую синагогу и мечеть. Самое большое впечатление на меня произвела мечеть. Я почувствовала благодать, которую не ощутила в других храмах. Мне не хотелось уходить из той белоснежной мечети, устланной лазурным ковром.

… А потом меня буквально выкинуло из Православия. После пожара, который произошёл, кстати, на фоне ежедневного чтения Акафиста Святому Николаю Угоднику. Когда я увидела чёрный дым, клубами валящий из моих растерзанных окон, первое, что я сказала: «Спасибо, Господи!» За что спасибо? За испытания. Наверное, это тоже было для чего-то нужно. Хотя, когда я молилась, я ожидала не новых, неподъёмных для меня испытаний и бед, а удачи и благополучия…

Так вот, тогда мне негде было жить. Когда уехали машины пожарной и скорой помощи, меня напичкали успокоительными, и я осталась одна, встал вопрос: где ночевать? Вечерело… Никто из друзей и знакомых не приютил меня. Кроме одного, самого дальнего знакомого, двоюродного брата моей одноклассницы. Он приехал за мной, привёз к себе, выделил мне комнату. День я отлёживалась. Потом встала и начала действовать – собирать ресурсы для восстановления сгоревшей квартиры. Все мои мысли и чаяния были только об этом. И мне удалось восстановить моё обугленное жильё за пять месяцев. И приютивший меня мужчина мне очень помог: он в одиночку вывез на своём горбу капитальный ремонт, так как денег у меня на тот момент не было. Дело в том, что незадолго до пожара я бросила нелюбимую работу, замутила собственный бизнес, который «благополучно» прогорел, и стала банкротом, так как брала кредиты на развитие этого бизнеса. Беда не приходит одна. Не успела я отойти от неудачи с бизнесом, как судьба приготовила мне новое испытание, очевидно, чтобы окончательно меня добить – этот пожар. И тогда мой спаситель сделал мне предложение сойтись и впоследствии зарегистрировать наши отношения. Я согласилась. Я была очень благодарна ему за то, что он восстановил мою квартиру, содержал меня, оплачивал коммунальные платежи… Да я бы жизнь отдала за него! Но он попросил не жизнь, а меня…

II.

Итак, мы сошлись и стали жить в так называемом «гражданском браке». Но я считала себя добросовестной христианкой и привыкла каждую неделю исповедоваться и причащаться. Узнав, что я живу в невенчанном, незаконном браке, меня не стал исповедовать ни один священник. Меня прогнали из нескольких приходов. И я оказалась вне… вне религий, вне духовных практик… Вот тогда я и обрела изумруд ислама. Не сразу. Фильмы… Книги… Даже то, что мой мужчина считал себя мусульманином, хотя не совершал намазы и вообще имел очень смутное представление об исламе… Да, он считал себя мусульманином, скорее, чтобы быть наперекор этому миру… В общем, всё исподволь подталкивало меня к решению стать мусульманкой. Я считаю, что ислам – это более поздняя и более совершенная религия, в которой