Ванильное облако, клубничное мороженое - Оля Виноградова

Андрей проводил взглядом фигурку секретарши, чувствуя себя последним подонком. Впрочем, он уже давно свыкся с этим чувством. Он не скрывал своего прошлого. Старался не говорить о прошлом, но и только. Приступы безосновательной ярости. Неконтролируемой, жестокой. Не спрячешь… Война многих переломала. Кого-то до смерти. Жаль их, но живых жалко больше. Тех, кто остался жить со страшным наследством в душе.

Водитель, Петр, уже сидел за рулем готовой ехать машины. Бизнесмен сел на заднее сидение бронированного Мерседеса и приказал ехать. Чем быстрее, тем лучше. Мужчина плохо знал Евгению, но предполагал, что без веской причины она не будет пропускать работу. Случилось что-то. Как пить дать случилось. Только б не непоправимое.

Ощутив мрачное настроение хозяина, водитель буквально летел через Московские улицы. Совершал невозможное, лавируя по узким улицам центра, по которым объезжал пробки на основных магистралях города. Черный хищный монстр откликался на каждое движение руки. Ехать на нем одно удовольствие, и Петр сильнее вдавливал педаль газа.

Через полтора часа машина плавно вкатилась в ворота элитного дома. Андрей сказал дождаться его и вошел в подъезд, предварительно бросил взгляд наверх. Горят окна. Дома Женька. Может болеет? Ну, конечно, делов-то. Таблеток каких попьет и выздоровеет.

Лифт ехал бесконечно долго. Казалось, расстояние между этажами изменяется часами. Наконец, двери открылись на четырнадцатом этаже. Без промедления мужчина нажал на звонок и не отпускал, пока ему не открыли. На пороге стояла хмурая молодая женщина в халате и сигаретой в зубах. Мать? Слишком молода. Подруга? Не похожа. Женька чистая, светлая, а от этой… Распутством воняет.

— Здравствуйте, Женю можно увидеть? — спросил Андрей. Он вглядывался в лицо женщины и пытался понять, что она в квартире стажерки.

— Здесь нет таких, — безразлично пожала плечами девушка.

Как нет… Бред какой-то…

— А вы кто? — бизнесмен растерялся. Его надежды увидеть встревоженное лицо сурка рассыпались прахом.

— Хозяка этой квартиры. Сняла ее на выходных, сегодня днем въехала. Еще коробки не разобрала. Заходи, чего в дверях стоишь? — женщина посторонилась, попуская мужчину в квартиру.

Андрей вошел, скривился от неприятного табачного запаха. Сам не курил и другим при себе не позволял. Баловался по молодости, но дальше этого не зашло. Прошелся, заглянул во все комнаты. Стажерки действительно нигде не было. И вещей ее не осталось.

— Сняли? А куда предидущая хозяйка делась? — возможно, Женя к родителям под крылышко обратно переехала.

— Тамара Павловна? Живет где-нибудь я полагаю. Выпить хочешь? — девушка суетилась возле бара. В воздухе запахло сильным алкоголем.

— Нет, — ответил на первый вопрос мужчина. — Женя. Здесь до вас жила молодая девушка…

— Погоди, погоди… — новая соседка развернулась к нему. — Я когда квартиру смотрела, здесь жила малолетка какая-то. Ремонт делала. И кажется ее Женей звали. Тамара Павловна говорила, что сиротку детдомовскую на время приютила. Так выпить хочешь? — но слова упали в воздух. Незванного гостя и след простыл. "Вот чудак!" — подумала женщина и сама выпила полный стакан вискаря.

Не дождавшись лифта, бизнесмен бежал по лестнице. Квартира, родители, дизайнерские шмотки… Вот идиот! По ней сразу можно было догадаться кто она и откуда. Худоба, сто раз латанные перелатанные вещи… Слепец! Куда она пошла? Дурочка! Почему к нему не зашла, помощи не попросила? Гордая слишком? Ничего, найдет поучит уму-разуму, раз в детдоме не научили. Возле каморки охранника Адрей остановился.

— Девушку с четырнадцатого этажа знаешь? — спросил он у парня.

— Это Женьку что ли? — можно подумать этаже с десяток квартир, где молодые девушки проживают.

— Ага, ее… — мужчина восстанавливал сбившееся дыхание.

— Так она в общежитие тут неподалеку переехала. Хотя я отговаривал ее. Не спокойное место. Алкашей полно. И среди молодых тоже. Милиция туда часто наведывается. Да только не переубедил я ее. Все твердила о чистеньких комнатках. Где она их там нашла?! А что случилось? — спросил охранник.

— Она три дня на работу не приходит? Адрес у общаги какой? — бизнесмен еще задыхался. А когда-то марш броски в полной аммуниции проходил и потом еще на дежурстве ночь стоял. Стареет…

Николай назвал адрес. Мысленно обругал себя и грохнул кулаком по столу. Чашка с остывшим чаем подпрыгнула и разлетелась на несколько осколков, упав на пол. На полу растеклась небольшая лужа. Зря отпустил девчонку. Стоп, а чего он сидит? Бежать надо вслед за этим хлыщом холеным. Он с виду мужик крепкий, но когда толпа навалится это его не спасет. Все кости переломают. Парень по рации вызвал двоих ребят с периметра охраняемой территории, дождался их и повел к общежитию. Пешком, дворами, они успели как раз к приезду бизнесмена.

— Вы? Откуда? — удивился Андрей, увидев их у входа в одноподъездную высотку. Первый этаж здания покрывали намалеванные черным каракули весьма хамского содержания.

— Поможем. Николай, — представился парень. — Это Валентин и Гера.

Мужчины пожали руки и вошли в общежитие. Развязанная толстая женщина с рыжими космами на пропускном пункте со сломанными турникетами не хотела сначала вспоминать девочку по имени Женя, но пятьсот рублей развязали ей язык, а удар прямо в наглую раскрашенную рожу не позволили предупредить никого о неожиданном визите. Слишком быстро она назвала номер комнаты после взятки и слишком блестели ее заплывшие жиром глазки.

До шестого этажа они добрались на старом лифте с прожженной многочисленными окурками обшивкой, в котором нестерпимо воняло мочой. Он скрипел при подъеме и громыхал. В коридоре, освещаемой всего одной тусклой лампочкой, было грязно. Валялись обрывки газет, очистки и куски хлеба. Обстановка не просто настораживала, она во весь голос вопила об опасности. Отвратительное место! Где были Женькины глаза? Какие к черту уютные комнатки?! Или ее преднамеренно обманули? Но что с нее взять? У нее же нет ничего.

Андрей вошел без стука. И, кажется, весьма вовремя. В комнате находилось шесть человек. Четверо нетрезвых парней и двое молодых девчонок под кайфом. Жгуты на руках и разбросанные по полу шприцы всем демонстрировали пожирающих их плоть и души демонов. Наркоманки сидели на полу, прислонившись к батарее, и стонули. Непонятно от боли или удовольствия, а парни сидели за столом с початой бутылкой водки и скудной закуской.

Но не это главное… На железной кровати, на голом матрасе в пятнах и дырах… Скрючившись… Лежала Женька, примотанная к спинке куском веревки. В синяках, разодранной кофточке. И без штанов. И даже без трусиков… С ногами, залитыми подсохнувшей кровью… А один из подонков, утирая одной рукой жирные губы, стоял возле кровати второй рукой расстегивая ширинку…